Спящие красавицы

Поистине, тело женщины заманивает мужчин в ад.

«Женщина – это бесконечность»,– с грустью подумал Эгути и открыл глаза.

Ко всему можно привыкнуть, и то что вчера казалось немыслимым, сегодня воспринимается как вполне нормальное. Все грехи покрывает тьма.

Но объясни мне, почему невинная девушка чиста, а та, что познала любовь,– нет?

Никакая красавица не сможет скрыть своего возраста, когда спит. А лицо молодой женщины всегда приятно во время сна, даже если она и не красива.

Эгути часто вспоминал строчки из стихотворения одной поэтессы, рано умершей от рака: «Бессонными ночами приходят мертвецы, псы черные, мерзкие жабы».

И теперь, вспомнив это стихотворение, он подумал, что, возможно, девушка, спящая – нет, вернее, усыпленная – в соседней комнате, похожа на этих «мертвецов», и заколебался, входить ему туда или нет.

– Старик – сосед смерти.

Высшее счастье для старика умереть в такую холодную ночь, согреваясь теплом молодого тела.

По-видимому, в юных, девичьих телах таится некая печаль, наводящая стариков на мысли о смерти.

Он познал радостные и счастливые мысли стариков, приходящих в этот дом. Для самих стариков здесь не существует неприглядных печалей старости, милосердие молодости переполняет их.

Что в жизни одряхлевших мужчин может сравниться с этими самозабвенными минутами, когда их обвивает тело молодой девушки? Но неужели старики покупают усыпленных для этого, приносимых в жертву девушек, не сознавая своей греховности? Или сознание тайного греха, напротив, усиливает их радость?

Старик лежал спокойно. Закрыл глаза. Ему стало тепло и приятно. Это был почти неосознанный экстаз.

Ничто на свете так не наводит на воспоминания о прошлом, как запах.

Некоторые добились успеха, совершая зло, и оберегали свой успех, нагромождая одно зло на другое. Такие не знают мира в душе, напротив, живут в вечном страхе и фактически потерпели духовное крушение.

Он чувствовал непреодолимое искушение заснуть как мертвый вместе со спящей девушкой.

Большинство же стариков хотят лишь вдыхать молодость этих «спящих красавиц».

Они несравнимы – женщина и цветок камелии.

В памяти Эгути всплыло видение цветущей «камелии, роняющей лепестки». Безусловно, ни его дочь, ни спящая здесь девушка не могли сравниться красотой с той камелией.

Дочь очень похорошела, расцвела, превратившись в привлекательную молодую женщину. И конечно, дело не только в физиологических причинах, они не могли бы вызвать столь яркого цветения, если бы ее душу омрачала тень.

Должно быть, она не столько любовалась камелией, сколько вглядывалась в собственную душу.

Действительно ли на одном дереве были цветы пяти различных цветов? Да, там были цветы красные, белые, в крапинку, но Эгути не стал проверять, он был захвачен чудесным зрелищем.