Мифы Древней Греции

Я уже рассказывала, что на даче у меня была библиотека в стиле "полная эклектика" и "все книги в гости к нам". И в числе прочих - эта книга. Я в детстве зачитывалась сказками, волшебными историями. Но именно мифы о Ясоне и Геракле оказали на меня большое влияние. Уникальность этой книги в том, что в ней особенный стиль повествования-не гладкопись, а такой музыкальный, почти белый стих. И сами истории читались увлекательнее некоторых романов. Конечно, там нет этой "взрослой" мифологической жести вроде Геракла-тупого качка-машины для убийств или безумия Медеи (что-то кстати даже есть). Но и сами истории проработаны, и стиль очень приятный, напевный.
Книга, виноватая в двух вещах. В моем своеобразном литературном (скорее даже, аудиальном) вкусе, который я в разное время изо всех сил пыталась победить юмористическим фэнтези, Донцовой, современными бестселлерами и современными переводами, но так и не искоренила. И в том, что я читаю хорошие переработки мифов (это не Колм Тойбин,Криста Вольф и тот суперучёный мужик, который не переваривает Геракла) а вроде Мадлен Миллер, Фрая и Олди - и пищу от удовольствия. Кто не понял, кто все эти древнегреческие люди в "Герой должен быть один" Олди или "Медее" Кристы Вольф-можно попробовать Успенских. Может, станет понятнее.

В этой книге, задолго до того, как я начал изучать историю в школе, прочитал о "Золотом руне" и "Двенадцати подвигах Геракла". И эти произведения сразу же стали одними из самых любимых, особенно о Геракле. Все его двенадцать подвигов для меня действительно были подвигами, а сам сын Зевса и смертной женщины по имени Алкмена. которого люто ненавидела богиня Гера и строила против него различные козни, стал для меня великим героем.Гера навела на него безумие, в результате чего Геракл убил свою жену и детей. В качестве искупления своей вины он и совершил свои двенадцать подвигов и обрел за них бессмертие. "Золотое руно" - это еще один герой Ясон, воспитанный кентавром, который сумел добыть золотое руно из Колхиды при помощи Медеи и на обратном пути преодолел множество препятствий, в том числе избежал печальных последствий встречи с прекрасными сиренами. Прошло уже много,много лет, как я читал эти мифы, многие детали забылись, но сюжеты сохранились в памяти, как и ощущение встречи с чем-то прекрасным.

Извилист и многотруден был мой путь к этой книге. Извилист, многотруден и подобен эху. Когда-то древние греки, эти праотцы современной европейской цивиллизации, пересказывали друг другу чудные (ударение в этом слове поставить можно как на первом, так и на втором слоге) сказки. Сказки, в которых боги жили рядом с людьми, общались друг с другом, воевали друг с другом, любили друг друга, и от этой любви рождались дети – полубоги-получеловеки – герои. К стыду величайшему моему и моих учителей, Куна я не читал. Обрывки греческих мифов в виде сюжетов мультиков, тех или иных упоминаний во вторичных литературных источниках – этого было сколько угодно. А если учесть, что и Кун, по сути, вторичен, то вот вам и эхо мифов – многократно отразившись от различных слоев современной культуры, так или иначе достигало моих ушей. Книга Успенских, Льва и Всеволода Васильевичей (братья?), как мне представляется, – пересказ Куна для младшего школьного возраста. Вот я и читал ее своим младшеньким – ибо задали им, первоклассникам, книжку эту для внеклассного летнего чтения. Ну что я вам скажу, други мои, легким это чтение не назовешь. Убийства, убийства, убийства… убийства на каждой странице, а то и чаще. Геракл, этот простодушный силач и герой, сын Зевса и земной женщины, был пешкой разменной в ленивой и злобной игре богов друг с другом. На мой вкус, в сказке, рассказанной детям, обязательно должна быть мораль. Как мне кажется, в русской традиции сказка – это не столько развлечение, сколько обучение. Здесь же, в древнегреческих мифах, с моралью слабовато. Я услышал следующее: «от судьбы не уйдешь», «сила солому ломит», «простота хуже воровства», «герой, не мочись против ветра (не иди против богов)». Что усвоили мои дети?.. Увы, только сюжет, только сюжет… Высокая оценка – скорее поклон древнегреческой культуре, чем данной конкретной книжке.