Бессмертный огонь

Не позволяй чувствам тебя ослабить.

– Так что воплощала мишень?
– Стрела воплощала меня, – улыбнулась Нанако. – Как и мишень.

Он не способен быть тем, кем все хотят его видеть. Пока не способен. Я продолжу звать его Широ потому, что ему нужно, чтобы хоть кто-то видел его таким, какой он сейчас, а не сломленным божеством, которое, возможно, никогда не станет прежним.

Ее сердце разбивалось на части, мешая думать.

Только тебя я хочу так сильно, чтобы рискнуть своей чистотой.

Часть ее, впрочем, отчаянно желала быть обычной, непримечательной. Часть ее хотела просто-напросто стоять в красивом кимоно во дворе храма среди других женщин и восхищаться фейерверками – и ничего не знать о ками, ёкаях и девушке, которую ждало жертвоприношение, хотя она лишь хотела чувствовать себя особенной и значимой.

А потом из-за ветвей выглянула вторая мико с тарелкой еды. И еще одна. Позади Айи толпились уже четыре девушки, и все жадно разглядывали ёкаев со смесью благоговения и опаски.

Он заботится, боится ее потерять, но он – бессмертное божество.

– Откуда тебе, Сусаноо, знать, как выглядит любовь? Тебе – тому, кто никогда не ведал любви и не жаждал ее?

Он почти терпим, однако продлится это недолго. Я уже видел в нем проблески прежней сущности, хоть те и быстро угасали. Стоит ему освободиться от проклятия ками, как, подозреваю, он в мгновение ока вернет былое обаяние.

Она вспомнила, как прислонялась спиной к дереву, а ворон сидел у нее на колене и методично приглаживал перья острым клювом, совсем как самая обычная птица.

- Мост, - продолжил кицунэ серьезнее, - это сплетение путей между мирами. Перекресток, где соединены восемь дорог, связан с этой землей великим столпом, и если его разрушить, к дорогам будет не попасть. И мы, куницуками земли, обладаем силой, способной уничтожить опору Моста в жтом мире.

– Бедняжечка! Мужчины – гнусные создания, знаешь ли, даже те, что умеют очаровать.

— Ты… Эми, ты отдашь себя мне?
— Да. Я твоя

— Накануне гибели этого мира осторожность станет нам смертным приговором. Пусть это и путь величайшего риска, лишь он приведет нас к победе.

— Мы ведем заведомо проигрышную войну. Так что если собираешься поставить на своей жизни крест, по крайней мере, сделай это ради чего-то стоящего.

Если ее не желал Инари – с этим она была готова смириться. Она приняла бы равнодушие бессмертного божества, но отказ Широ стал пыткой, которую она едва могла вынести.

Эми оглядела троицу своих спутников. Те находились среди толпы готовых к бою воинов, обученных убивать ёкаев, и это их нисколько не тревожило. Вообще ни капельки. Они вели себя так, словно стояли на лугу с бабочками.

Надеясь прожить достаточно долго, чтобы Широ смог накричать на нее за ослушание, Эми выбежала из-за деревьев и тоже помчалась к шикигами.