За всю историю существования Пулитцеровской премии лишь четверо писателей дважды становились лауреатами в ее «художественной» номинации: Бут Таркингтон, Уильям Фолкнер, Джон Апдайк и Колсон Уайтхед, удостоившийся премии в 2017 и 2020 годах. Чернокожий писатель из Нью-Йорка, родившийся в семье успешных предпринимателей, все детство провел на Манхэттене, а затем получил образование в Гарварде, где и загорелся идеей стать романистом. Первые работы молодого автора не привлекли к себе большого внимания: некоторые из них, например, постапокалиптический роман «Zone one» (не переведенный на русский) хвалили в газетах, но Уайтхед по-прежнему оставался писателем довольно узкой категории читателей.
Все изменилось в 2016 году с выходом «Подземной железной дороги» — исторического романа о системе тайных железных дорог, по которой рабов перевозили с Юга страны на Север. Новелла попала в число обязательных книг для прочтения от президента Обамы и чуть позже стала обладательницей Пулитцеровской премии. Поняв, о чем хочет читать современный американский потребитель, Уайтхед продолжил писать о расизме, и в июле 2019 года свет увидела его следующая работа «Мальчишки из „Никеля“» — художественная история о реальной исправительной школе для мальчиков Дозьер, расположенной в штате Флорида. В том же месяце портрет Уайтхеда красовался на обложке свежего выпуска журнала «Times», а сам писатель готовился к получению своего второго Пулитцера.
Завязка романа происходит в 60-е годы прошлого века в Таллахасси, столице штата Флорида. Главный герой — чернокожий паренек по имени Элвуд, заметно выделяющийся на фоне ровесников: не курит, не пьет, не ворует — читает книжки и работает на кухне местного отеля, а по возвращении домой слушает пластинку с выступлением своего кумира Мартина Лютера Кинга. Учась в школе, Элвуд впервые принимает участие в марше за гражданские права и понимает, что больше не может сидеть дома сложа руки и хочет бороться за равноправное отношение к себе и братьям по цвету кожи. Элвуд углубляется в изучение художественной литературы и истории, желая однажды, как и доктор Кинг, получить образование и выступать перед многотысячной толпой с проповедью о любви к ближнему. Но злой рок решил сыграть с мальчиком жестокую шутку. По трагичной случайности Элвуда обвинили в краже машины, которую он, конечно же, не совершал, и отправили в местное исправительное учреждение для подростков — академию Никель.
Первые часы в стенах академии показались парню вполне сносными: ровесники не обижали, воспитатели не орали — распределили в общежитие для чернокожих и больше не отвлекали. Элвуд даже понадеялся продолжить в стенах «Никеля» подготовку к вступительным экзаменам в колледж, хотя с образовательным процессом в его новой школе было туго. Положение Элвуда стало проясняться после близкого контакта с бывалыми учениками академии. От них мальчик узнал об извращенных повадках некоторых сотрудников «Никеля», о жестоких избиениях мальчишек, попавших под горячую руку надзирателей, о Белом доме — излюбленном сарае главного надсмотрщика академии Спенсера, любящего хлестать учеников плетью. На поверку исправительное учреждение должное перевоспитывать нашкодивших мальчуганов оказалось хуже тюрьмы для заключенных строгого режима, и одна только удача могла спасти «ученика» от истязаний и смерти.
Жуткие события романа приобретают еще более мрачный оттенок, когда узнаешь, что все жесточайшие сцены «Мальчишек» Уайтхед не выдумал, а позаимствовал у переживших исправительную школу ребят, решивших поделиться своей драматичной юностью с миром. Стиль повествования Колсона близится к публицистическому, отчего действительность описываемых событий ощущается еще отчетливее, заставляя сердце сжиматься каждый раз, когда несправедливость вновь заносит руку над мальчуганом, некогда мечтавшем о большой и яркой жизни. Уайтхед пишет скупо и безжизненно, текст лишен художественной эстетики и многообразия. Иной читатель может принять сухость изложения за ограниченность и неумелость автора, но в данном случае его стоит скорее похвалить: нарочитая немногословность Уайтхеда укрепляет веру читателя в события романа и трогает его душу вернее многотысячных изложений очередного неискреннего графомана.
Однако же «Мальчишки из „Никеля“» не обрели бы и доли своей популярности, не будь история подлинным антирасистским манифестом, поданным автором не в бровь, а в глаз. Главные герои романа несколько раз подчеркивают, что надзиратели академии с одинаковой ненавистью относятся как к чернокожим, так и белым учащимся заведения, проявляя всю суть своего звериного нутра. Но самого Уайтхеда развитие этой мысли нисколько не интересует: как начал он историю с того, что Элвуд сидел на кухне отеля и гадал, когда же афроамериканец сможет войти в гостиничный ресторан и отужинать в нем со всеми на равных, так и закончил ее межрасовым боксерским поединком, прославляющим генетику чернокожих и выявляющим коварство белых коррупционеров. Антирасистские высказывания в литературе — дело правильное и важное, оспаривать это глупо; но хорошая проза тем и отличается, что воздействует на читателя тонко, по-партизански, шаг за шагом выметая скверные предубеждения из черствого сердца, а не расстреливая его из мортир. К сожалению, Колсон Уайтхед выбрал короткий и грубый путь воздействия на потребителя, который неминуемо вызывает восторг у современного американского читателя, готового убивать за ценности «новой этики», но оглушает и вызывает недоумение у и без того чуткого и эмпатичного чтеца, не вовлеченного в расовые трудности заокеанской державы.
Ярчайший пример качественной антирасистской литературы — «Убить пересмешника». Великий роман Харпер Ли работает с читательским сознанием аккуратно, бережно и в то же время остро, словно нейрохирург за операционным столом, и, читая ее историю, человек, действительно, меняется, духовно расцветает. Произведение Уайтхеда, в свою очередь, представляет собой предложение на активно возрастающий общественный спрос, а не важную культурную фигуру, олицетворяющую торжество свободы и всеобщего равенства. В результате получается, что трагичная судьба жертв исправительной школы Дозьер покрывается мглистой тенью вторичности, в то время как личные убеждения и модные взгляды писателя выходят на первый план, рассказывая уже совсем другую — не столь сильную, но более продаваемую историю.
Решив выпустить «Мальчишек из „Никеля“» на русском, издательство «Синдбад» пошло на большой риск. Роман Уайтхеда продукт, направленный исключительно на американского потребителя: сопереживающего и близко знакомого с историей борьбы за права чернокожих в США. Отдельно от территориального и временного контекста книга теряет свое значение. Выбрав интересную и страшную тему для повествования, Уайтхед решил не раскрывать ее, а использовать как фундамент для очередной политизированной оды борьбе за права человека, так и не решившей, чем она хочет быть — публицистическим текстом о пытках в стенах исправительного учреждения или художественной историей о взрослении чернокожего мальчика в несправедливом, расистском обществе Соединенных Штатов Америки прошлого столетия.
115 понравилось
