Руководство для желающих жениться (сборник)

Вот как можно не восхищаться талантом Антона Павловича?! В коротком рассказе он предсказывает рождение сразу нескольких профессий, тесно связанных с рекламой. Тут вам и копирайтер, и PR-менеджер, и менеджер по рекламе, и арт-директор, и криэйтор…

Очень продвинутый для конца позапрошлого века купец Ершаков, владеющий чайным бизнесом (магазином), принимает в своём офисе (маленькой комнатке) копирайтера, PR-менеджера, менеджера по рекламе (писателя) в одном лице Гейнима. «Ершаков смешивал слова "гений" и "Гейне", и они сливались у него в одно - "Гейним", как он и называл всегда старика».

Писатель принёс выполненный заказ рекламного объявления. На мой скромный взгляд, написано блестяще!
"Два слова к нашим покупателям. Милостивые государи! Ни политические события последнего времени, ни холодный индифферентизм, всё более и более проникающий во все слои нашего общества, ни обмеление Волги, на которое еще так недавно указывала лучшая часть нашей прессы, - ничто не смущает нас. Долголетнее существование нашей фирмы и симпатии, которыми мы успели заручиться, дают нам возможность прочно держаться почвы и не изменять раз навсегда заведенной системе как в сношениях наших с владельцами чайных плантаций, так равно и в добросовестном исполнении заказов. Наш девиз достаточно известен. Выражается он в немногих, но многозначительных словах: добросовестность, дешевизна и скорость!!"

Замечаете в нём современные нотки? Да, Волга спустя 130 лет продолжает мелеть, а политические события никак не влияют на качество чая, только на его цену.
Только Ершаков указывает на необходимость провернуть фокус, чтобы и соблазнить покупателей свежими поставками, и распродать складские запасы чая, полученные ещё три года назад. Но настоящего профессионала в области рекламы не собьёшь! Он же настоящий криэйтор – «В начале объявления мы напишем, что чаи только что получены, а в конце мы так скажем: "Имея большой запас чаев с оплатой прежней пошлины, мы без ущерба собственным интересам можем продавать их по прейскуранту прошлых лет...» Обычно этим ходом пользуются автосалоны, заявляя, что распродают остатки прошлых лет.

Особенно творчески Гейним подходит к проблеме так называемых бонусов. Кто с ними не сталкивался в современной торговле?! Это сущий ад… Никогда не разберёшься в сложной структуре начисления этих бонусов, так как компаний огромное множество, каждая придумывает собственную систему. В результате покупатели запутываются и не могут проследить за правильностью начисления этих фантомных бонусов и премий. Что предлагает Гейним?

"Большинство наших конкурентов, желая завлечь к себе покупателей, закидывает удочку в виде премий. Мы с своей стороны протестуем против этого возмутительного приема и предлагаем нашим покупателям не в виде премии, а бесплатно все приманки, какими угощают конкуренты своих жертв. Всякий купивший у нас не менее чем на 50 р., выбирает и получает бесплатно одну из следующих пяти вещей: чайник из британского металла, сто визитных карточек, план города Москвы, чайницу в виде нагой китаянки и книгу "Жених удивлен, или Невеста под корытом", рассказ Игривого Весельчака". Просто и со вкусом! Настоящий гений рекламы!

Пора вознаградить его за труды. Но Ершаков не торопится с оплатой, предлагает взять натурой товара на пять с полтиной. Писатель просит расплатиться деньгами за свой труд. Тут-то и проступает непонимание купцом творческого вклада гения рекламы - «Какой труд! Сел, написал и всё тут. Писанья не съешь, не выпьешь... плевое дело! И рубля не стоит». Так и просится бессмертная фраза - "Настоящего художника может обидеть каждый,а материально поддержать - никто". (Эмиль Брагинский, а может быть, Андрей Миронов). Но Гейним достойно ответил – «Не съешь, не выпьешь. Того не понимаете, что я, может, когда сочинял эту рекламу, душой страдал. Пишешь и чувствуешь, что всю Россию в обман вводишь». И, как настоящий творческий работник, добавил, что возьмёт сахарным песком, а затем со скидкой отдаст его обратно продавцам, потеряет на этой операции сорок копеек. «Гейним повернулся, чтобы выйти, но остановился в дверях, вздохнул и сказал мрачно: - Россию обманываю! Всю Россию! Отечество обманываю из-за куска хлеба! Эх!» А дело его живёт, процветает и поныне…

Фраза – «Я вам прочту-с, а вы вникайте и указывайте в случае, ежели ошибку найдете. Ошибиться не мудрено, Захар Семеныч... Верите ли? Трем магазинам сразу рекламу сочинял... Это и у Шекспира бы голова закружилась».

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 385

Рассказ «Налим» написан Чеховым в 1885 году и в том же году опубликован в «Петербургской газете».
Рассказы Чехова, описывающие забавные сценки ,до сих пор звучат актуально. Внимательно наблюдая за житейской суетой, писатель замечал какие либо пристрастия человека, выявлял в них смешное и делился с читателем.
В этом рассказе показана страсть героев к рыбалке, которая ,вероятно на генетическом уровне , заложена
в русском мужчине.
Желание заполучить недосягаемого налима, пробудило в плотниках, пастухе и самом барине ,первобытных охотников.
Неожиданная рыбалка заставила сердца персонажей учащенно забиться. Все они забросили свои прямые обязанности. Причем у каждого героя сложилось твердое убеждение, что именно его умение принесет удачу в охоте за осторожной и хитрой рыбой.
Читатель вместе с героями рассказа переживает потоки эмоций, которые взрываются фонтаном радости и низвергаются в бездну досады и огорчения.
Этот рассказ особенный, в нем Чехов описывает красоту летнего пейзажа.
В своем творчестве к описаниям природы писатель обращался крайне редко.Из немалого количества рассказов, прочитанных мной у классика ,могу припомнить только "Дом с мезонином".
В рассказе нет едкой иронии,это просто талантливая зарисовка сельской жизни и характера человека.

Иной раз Антон Павлович ставит меня как читателя в тупик. Посудите сами. В этом произведении генерал Букин ищет для своего имения управляющего. К нему приходит устраиваться молодой человек по фамилии Маслов. Конечно, опыта у него маловато. После окончания академии , где изучал агрономию, он год служил младшим управляющим у Киршмахера. Только имение это было продано с аукциона, поэтому и ищет новое место.

Букин перечисляет свои требования к управляющему, говорит, что готов платить тысячу жалованья, «квартира, провизия, экипаж и полнейшая свобода действий!» Маслову условия подходят, но… Неожиданно генерал предупреждает – «хапайте не более тысячи в год...», так как предшественник «на одной шерсти стилиснул пять тысяч». Молодой человек оскорбился таким предложением – «Вы говорите со мной, словно с мошенником!» И этим он Букину не подошёл.

Что же ставит меня в тупик? Это убеждённость Букина, что честные люди хуже хапуг – «Если честен, то наверное или дела своего не знает, или же авантюрист, пустомеля... дурак». Поразительная уверенность генерала, что нельзя доверять честным людям. Что это? Жизненный опыт? Он судит других по себе? Примета XIX века, когда всё в Российской империи вращалось по формуле – «не подмажешь – не поедешь». Сам Букин выражается однозначно – «человек ищет, где лучше, и своя рубашка ближе к телу…»

Ещё поразительнее, что генерал разговаривал уже с пятью кандидатами, и все они оказались честными людьми, оскорбившимися на предложение – «хапать». Поэтому Букин подумывает, что надо назад возвращать проворовавшегося управляющего. Представляете?! По формуле – «Он – сукин сын, но свой сукин сын». То есть уже проверенный.

Не уверен, но, как мне кажется, в этом подходе скрывается одна из причин кризиса властных структур царской России – они не верили людям, не доверяли благородным и честным, считая их «авантюристами, пустомелями и дураками». Может быть, поэтому благородные и достойные представители интеллигенции в скором времени и скинули царя, а управляющих имениями уничтожили как класс.

Фраза – «Коли ежели ты управляющий, слуга своему господину, то и будь управляющим, а нечего выдумки выдумывать, в образованные лезть... Тоже, поди ты, в гостиную захотел... харя немытая... Уж оченно много нониче смешных людей развелось, ваше превосходительство!»

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 493

Есть такой особый синдром охранника или вахтёра, когда человек активно начинает пользоваться данной ему властью, чтобы возвысить себя в глазах своих, самоутвердиться за счёт тех, на ком он может эту власть применить. Вот такой синдром начинает проявляться в рассказе Чехова у обер-кондуктора Подтягина в форме излишнего служебного рвения, когда он во втором часу ночи (!) решает провести проверку билетов у пассажиров. Причём сам он для себя аргументирует эту внезапно проснувшуюся тягу к работе нежеланием больше пить – «Шабаш, не буду больше пить!.. Ни... ни за что! Пора уж за ум взяться. Надо работать, трудиться... Любишь жалованье получать, так работай честно, усердно, по совести, пренебрегая покоем и сном». Похвальное стремление к трезвой жизни выливается на головы бедных пассажиров, спящих, сонных, дремлющих…

Даже фраза, которой он будит людей, нервная и жужжащая – «Вам говорят по-челаэчески: вашш... билеты! Па-атрудитесь!» Таким образом Подтягин будит одного из пассажиров болезненного вида, который стонет и жалуется на ревматизм, что он три ночи не спал, принял лекарство, а его разбудили из-за пустяков. Но ретивого обер-кондуктора не проймёшь человеческими слезами! Он исполняет свой долг! На возмущение жалующегося человека отвечает в стиле маленького начальника - «И ежели вы не перестанете кричать и беспокоить публику, то я принужден буду высадить вас на станции и составить акт об этом факте!» Припугнуть своими «властными полномочиями» в стиле любого кондуктора, вахтёра, охранника, упивающегося предоставленными ему возможностями насолить любому недовольному.

Подтягин решает действовать в соответствии со своими представлениями о «порядке». С одной стороны, он понимает, что не нужно было будить больного, но, с другой стороны - «я не виноват... Они там думают, что это я с жиру, от нечего делать, а того не знают, что этого служба требует... Ежели они не верят, так я могу к ним начальника станции привести". И этот ретивый кондуктор во время остановки приводит к больному ещё и вышестоящее начальство и будит того снова!

Бедный пассажир, принявший ещё одно лекарство, чтобы заснуть, опять плачет и возмущается… Даже начальник станции говорит Подтягину, чтобы оставил того в покое… Забавно, что кондуктору невдомёк, отчего ругается пассажир - "Изволь тут угодить! - недоумевает он. - Я для него же позвал начальника станции, чтоб он понимал, успокоился, а он... ругается".

Возмущённые увиденным пассажиры на другой станции подходят к Подтягину и требуют, чтобы он извинился перед больным. «Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибёт». Естественно, этот идиот кондуктор, придумав извинительную фразу, которая бы удовлетворила пассажира, но не умолила достоинства извиняющегося, будит больного в третий раз (!). Конечно, у того начинается истерика - «Третий порошок морфия принял, задремал и... опять! Боже, когда же, наконец, кончится эта пытка!... Высадите меня на следующей станции... Более терпеть я не в состоянии. Я... я умираю...»

Всё! Подтягин решает, что с него на сегодня хватит! "Ну, публика! Извольте вот ей угодить! Извольте вот служить, трудиться! Поневоле плюнешь на всё и запьешь... Ничего не делаешь - сердятся, начнешь делать - тоже сердятся... Выпить!"

Блестящий рассказ о том, с чем встречался практически каждый россиянин, когда мелкий чиновник, охранник, вахтёр начинает измываться над человеком, при этом искренне считая себя правым. Эта тема остаётся для нас вечной.

Фраза – «Подтягин выпивает сразу полбутылки и больше уже не думает о труде, долге и честности».

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 337

Давно ли Вы пугались, как Дмитрий Осипович Ваксин? Чтобы от жуткого страха, вползшего в душу, бояться оставаться одному? Чтобы искать общества любого человека? Вспомнили? Тогда Вы без труда поймёте произошедшее с Ваксиным после возвращения его со спиритического сеанса.
Забавно, что сеанса как такового и не было. Просто весь вечер проговорили какие-то страшные разговоры про угадывание мыслей, духов, привидения, заживо погребённого из рассказа Эдгара Алана По… Нормальные такие беседы, чтобы потом одному дома перед сном вспомнить, так как жена Ваксина уехала к Троице. Да, к тому же сам он отличился, показал барышням, как нужно с помощью блюдечка беседовать с духами, вызвал дядю своего Клавдия Мироновича и мысленно спросил его - "Не пора ли мне дом перевести на имя жены?" - на что дядя ответил: "Во благовремении всё хорошо". Посоветовался с духом, а теперь ворочался и не мог уснуть, косился в свете лампадки на большой портрет дяди, висевший против кровати. Подходящая обстановка для тихого умиротворённого сна…
А мысли в голову лезли самые «добрые» - «перевернувшийся в гробу труп, заходили образы умершей тещи, одного повесившегося товарища, девушки-утопленницы...» Чехов умело описывает нагнетание жути в воображении героя. Как не гонит он из головы мрачные мысли, пережитые за вечер впечатления и окружающая обстановка ведут его к нервному срыву. Часы тикают, слышится звон из сельской церкви на погосте, «заунывный, за душу тянущий».
«По затылку и по спине Ваксина пробежали холодные мурашки. Ему показалось, что над его головой кто-то тяжело дышит, точно дядя вышел из рамы и склонился над племянником... Ваксину стало невыносимо жутко. Он стиснул от страха зубы и притаил дыхание». Приходится ему дёргать за шнурок, чтобы вызвать слугу. Но приходит гувернантка Розалия Карловна, толстая , краснощёкая. Выяснилось, что сам Ваксин слугу Гаврилу в город отпустил. И ему пришлось просить гувернантку присесть. Только вот Розалия Карловна по-другому восприняла его приглашение - «Неприлишно девице стоять в мужчинской комнат... Ви, я вижу, Деметрий Осипыч, шалюн... насмешкин... Я понимай...» И ушла.
Чехов психологически обоснованно показывает, что Ваксину после общения с другим человеком минут десять было спокойно, но затем в голову опять полезла всё та же чепуха. Зажёг свечу, но стало только хуже, «напуганному воображению Ваксина казалось, что из угла кто-то смотрит и что у дяди мигают глаза». Решив ещё раз использовать только что опробованное средство – присутствие другого человека, он опять звонит. Но ответа нет, на следующее дёрганье им шнурка зазвонили на погосте. Тут уж Ваксин, охваченный страхом опрометью побежал к комнате гувернантки. Начав стучать в дверь, он стал жаловаться на здоровье, дескать, болен, помогите – «Я вас прошу... понимаете? Прошу! И к чему эта... щепетильность, не понимаю, в особенности, если человек... болен? Какая же вы, право, цирлих-манирлих. В ваши годы...» Представляете, что должна была подумать честная девица, даже в возрасте? Что на её честь покушается барин! И она пригрозила, что всё расскажет его жене. «- Ваша жена честный, хороший женщин, и вы должны ее любить. Ja! Она благородный! Я не желай быть ее враг!- Дура вы, вот и всё! Понимаете? Дура!»
Так и стоял бедный Ваксин, ожидая, когда пройдёт его страх, который не уменьшался. Чехов описывает его игру воображения подробно и очень правдоподобно, как в темноте мерещится в углах что-то тёмное, а ещё ему показалось, «что кто-то слегка дернул его сзади за сорочку и тронул за плечо...» До чего себя довёл человек жуткими переживаниями!
Он пытался говорить с гувернанткой, но она не отвечала. Заглянув в её комнату, увидел, что она спит. "Пусть спит, немчура... - думал он. - Посижу у нее, а когда рассветет, выйду... Теперь рано светает" - и присел на плетёный сундук, стоявший у двери. И успокоенный мерным дыханием Розалии Карловны, он уснул. Где, как Вы, наверное, уже догадались, его и обнаружила вернувшаяся от Троицы супруга… Чехов не описывает дальнейшие события, так как справедливо полагает, что у читателя достаточно воображения, чтобы додумать концовку самому.
Фраза – «Привидения - предрассудок, плод умов недозрелых, но, тем не менее, все-таки Ваксин натянул на голову одеяло и плотнее закрыл глаза».
Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 318

Уже не в первый раз Чехов описывает особые взаимоотношения русских с иностранцами. Правда, основные характеристики иностранцев в этих рассказах очень мифологизированные, приписываемые обывателями представителям тех или иных стран. В «Дочери Альбиона» помещик Рябов своим голым видом нисколько не смутил девицу-англичанку, а в «Глупом французе» бедный Генри Пуркуа подвергся леденящим кровь картинам поедания блинов этими варварами-русскими в количествах, которые разорвали бы любого цивилизованного человека. И вот опять представитель свободолюбивой Франции, в прошлом гувернёр, а ныне «вроде бонны мужского пола», «чистенький, гладко выбритый старик французик, m-r Шампунь». Живёт он у помещика Камышева, в его обязанности входит – «прилично одеваться, пахнуть духами, выслушивать праздную болтовню Камышева, есть, пить, спать - и больше, кажется, ничего».
Судя по рассказу Чехова, главная тяжесть из этих обязанностей – это слушать хозяина. Камышев своей болтовнёй, унизительными репликами в адрес Франции и французов и мёртвого достанет, чем он и занимается. Что по его мнению не так с родиной «Марсельезы»? Да, всё плохо! От горчицы до не достаточно большой территории. «…Ну, что такое Франция, говоря по совести? Кусочек земли! Пошли туда нашего исправника, так он через месяц же перевода запросит: повернуться негде! Вашу Францию всю в один день объездить можно…» С тем, что Россия больше по размерам, Шампунь соглашается охотно.
Но крайне возмущается подобными измышлениями Камышева – «Вообще... не нравятся мне французы! Я про вас не говорю, а вообще... Безнравственный народ! Наружностью словно как бы и на людей походят, а живут как собаки... Взять хоть, например, брак. У нас коли женился, так прилепись к жене и никаких разговоров, а у вас чёрт знает что. Муж целый день в кафе сидит, а жена напустит полный дом французов и давай с ними канканировать». Шампунь не выдерживает и возмущается, заявляя, что во Франции «семейный принцип стоит очень высоко!» И задаёт вопрос Камышеву, что, если он так ненавидит французов, зачем же держит его у себя, а не отпустит домой?
«-Что-о-о? Да нешто вас пустят теперь во Францию? Ведь вы изменник своему отечеству! То у вас Наполеон великий человек, то Гамбетта... сам чёрт вас не разберет!» Оскорблённый француз с достоинством уходит укладывать чемоданы. Я сильно подозреваю, что делает он это регулярно. Но Камышев заявляет ему, что никуда тот не сможет уехать, так как паспорт его он потерял, а без документа - «Не успеете и пяти верст проехать, как вас сцарапают». Открыто издевается над бедным французом.
«- Да... Вот увидите! Заметят по лицу, что вы без паспорта, и сейчас: кто таков? Альфонс Шампунь! Знаем мы этих Альфонсов Шампуней! А не угодно ли вам по этапу в не столь отдаленные!

• Вы это шутите?
• С какой стати мне шутить! Очень мне нужно! Только смотрите, условие: не извольте потом хныкать и письма писать. И пальцем не пошевельну, когда вас мимо в кандалах проведут!»

«Локомотив свистит, шипит, пыхтит, сопит...». Герой пребывал в беспокойстве. Вагоны готовились к отбытию, вокруг – темнота, в которой будто бы затаилось что-то невероятно ужасное, опасное и нахальное (и речь не о карманнике, который уже успел обшарить карманы пассажиров, и не сказать что он остался доволен результатом...). «„Что-то будет!”, — стучат дрожащие от старости лет вагоны. „Огого-гого-о-о!”, — подхватывает локомотив», – и звуки эти прямо слышишь. Волнительно, что и говорить. Он смотрел в окно и плакал тонул во внезапно нахлынувших думах о детстве и смерти, да ещё карманник этот, зараза такая, сопит за спиной... карманы пустые, чего стоишь!.. Вокруг тем временем бурлила жизнь. Кто-то вопил: у него стащили прямо с ног сапоги и чулки. В буфете обстановка тоже не сказать что располагающая: и водка совсем не горькая, и бутерброды годовалые, да и вообще... Вздохнув и собравшись, несчастный решил отправиться в свой вагон №224, глядишь, там будет получше, может, он сможет отдохнуть, а то и выспаться? Наивный он, конечно. «Страшно...».

«Мы тутотко!». В вагоне было... обычно. Кто-то спал (и как им это удаётся?), кто-то ел (ну с этими всё ясно), кто-то ворчал (понимаю). Старик нашёптывал герою гнусности про девицу, пытающийся улечься мужчина вопил о том, что все учёные – брехуны, лучше бы придумали «как ноги можно было отвинчивать и привинчивать по произволению», дремавшего соседа мучил кошмар о работе... Вон парочка курлычет, кто-то в картишки играет, без старушек, естественно, не обошлось, с ними вообще целая трагедия разыгралась: не пустили, не вернулась, сумочку в окно! «Кто тебя просил? Ну да и ведьма, прости господи! Что теперь делать? Своей не бросила, паскуда... Морду бы свою ты лучше выбросила!». Когда пришла пора предъявлять билетики, выяснилось, что благое это дело – ездить зайцем, их всех объединяло золотое «Чтоб я заплатил когда-нибудь и что-нибудь!?», – и правда... Опять же, никто не удивился, когда локомотив сломался. И когда у героя украли-таки чемодан, удивлений тоже не было. Да, не зря его одолевали предчувствия... «Ннно? Молодцы! Ай да коммерсанты!».

«— Жиндаррр!!! — кричит кто-то на плацформе таким голосом, каким во время оно, до потопа, кричали голодные мастодонты, ихтиозавры и плезиозавры», – как же уважаемый может в юмор, а. Описание вагонов, которые «воют волками и кричат совами», тоже впечатлило, хотя надо признать, звенела в начале рассказа тревожная такая нотка, чуть ли не кинговская, да и чеховское – ха! – ружьё выстрелило: кража была совершена. А вообще, мем смешной, а ситуация страшная. Вот эти флешбеки из детства, когда всё было точно так... и ведь совсем недавно это всё было, но эта атмосфера, эти характеры, ради всего святого!.. так всё и было. И вульгарные старики, и ворчащие люди, и скандальные бабульки, без карманников, конечно, не обходилось, ну и фоном крики, разговоры, скандалы... Теперь-то об этом забавно вспоминать, когда путешествие по железной дороге – безопасное удовольствие с комфортом, уютом и спокойствием, да и короткие они, никаких суточных мучений. Хотя по стаканам, далям и тому самому звуку я, конечно, скучаю. А как не скучать... «Кондухтырь!».

РУКОВОДСТВО ДЛЯ ЖЕЛАЮЩИХ ЖЕНИТЬСЯ.

Прочитала рассказ" Руководство для желающих жениться" 1885 г. и еще раз убедилась,что А.П.Чехов непревзойденный знаток человеческих
душ.
В этом "Секретном руководстве" автор собрал множество сведений о женщинах, стремясь подготовить мужчину к новому жизненному периоду, во избежание острых проблем.
В юмористическом рассказе изложена житейская мудрость поколений о представительницах противоположного
пола, к которому, самим Творцом заложено притяжение.
А вот взаимопонимание, между двумя совершенно разными человеческими существами, порой затруднено.
Брак шаг ответственный, он свяжет людей на всю жизнь. Совершить ошибку значит загубить свою судьбу. Стремление свести к минимуму негативные последствия, диктует отбросить эмоции, и со всей серьезностью подойти к проблеме. Ведь всем известно, чтобы знать врага его следует всесторонне изучить.
В этом рассказе Чехов поделился житейским опытым, собранным по крупицам.
Читателю только предстоит изумляться насколько глубоко и точно автор смог представить черты женского характера.
Через детальное описание внешних данных и манеру поведения, великий классик смог раскрыть душевные качества будущих избранниц.
Иронично, забавно и на мой взгляд, актуально по сей день. Когда моим сыновьям придет время сделать свой выбор, обязательно посоветую прочесть это руководство.

Одна из постоянных чеховских тем – театральная. Трагик Унылов и благородный отец Тигров после бенефиса решают, как распределить полученный доход. У трагика обширные планы – сестре послать 25 рублей, пару новую сшить – 30, выкупить заложенное, купить табаку, щиблеты, пальто и т.п. Выходило, что полученная сумма полностью уходила на очень нужные вещи.

Но Тигров просит одолжить ему 20 рублей, чтобы съездить в Елец на похороны дяди, заранее предупреждая, что деньги не вернёт. Они отправляются на вокзал, чтобы проводить благородного отца. В ожидании поезда начинают с пива, затем вино. А дальше… Остановиться уже не могут. К ним присоединяется комик Дудкин, зазывая их в «Бель-вю», где за тостами в честь искусства и прочие замечательные вещи… «Поездка же в Елец, покупка чаю, табаку и одежи, выкуп заложенного и уплата сами собой улеглись в далекий... очень далекий ящик».

Старая как мир истина, когда начинается праздник души, а, точнее, обычная пьянка, остановиться уже невозможно. Вспоминаются слова провинциального комика Шмаги из пьесы Островского «Без вины виноватые» - «…Мы артисты, наше место в буфете".

Интересно, что, когда деньги ещё были в руках Унылова, а сумма была приличная, у него были самые благородные планы. Опять же слова Егора Прокудина из «Калины красной» Василия Шукшина - «Деньги ляжку жгут, надо их пристроить». Такие люди как трагик Унылов не справляются с планированием бюджета и следованию дисциплине в его расходовании. И, вроде, только что было достаточно средств, можно было с умом потратить, или хотя бы с долгами расплатиться. Но импульсивные порывы повергают Унылова в неконтролируемый разгул, тогда все нужные покупки и платежи переносятся на завтра. А завтра на послезавтра. И так до… Нет, не до бесконечности. Жизнь конечна. А возможность зарабатывать тоже внезапно заканчивается. (В пандемию для очень многих этот момент наступил мгновенно!) Далее – либо банкротство, либо бомжевание, либо богадельня. Вполне закономерный итог.

Фраза – «Дай только бог встать мне на ноги, - говорил Унылов, - и ты увидишь... Я покажу тогда, что значит сцена! Ты у меня двести в месяц получать будешь... Мне бы только на первый раз тысячу рублей... летний театр снять...»

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 396

Если бы у Вас появилась возможность дополнить УК (Уголовный кодекс) или КОАП (Кодекс об административных правонарушениях) своими статьями, воспользовались бы Вы таким подарком судьбы? Или чисто теоретически что-нибудь своё предложить? А вот Антон Павлович предложил свои статьи в «Уложение о наказаниях».
Например, он давно уже предлагал, чтобы всех болеющих писательским зудом изолировали от общества! Ещё изгонять из отечества лиц, кои, выдавая себя за женихов, обедают ежедневно на счет отцов, имеющих дочерей. А на любителей, которые не имеют таланта и дарования, но поют куплеты и романсы, надевать намордники (!!!). Девиц же, злоупотребляющих гаммами, переселять в специальные толстостенные здания. В наше бы время туда же отправились все соседи с работающими перфораторами в ночное время. Жаль, что в эпоху Чехова не было гаишников, представляю, как бы им досталось!
Но не забыл Чехов про статьи о предании суду рецензентов за лихоимство, различных лжеблаготворителей, собирающих помощь нуждающимся, «чем и порождают в обывателях малодушный страх перед филантропией».
В одном я точно не соглашусь с Чеховым. Это про девиц, «из каких-либо видов скрывающих свой возраст». Зачем Антону Павловичу так надо точно знать их возраст? Не пойму, хоть убей….
Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 327