Дон Кихот

- За новый грех — новое покаяние.

— Таковы все женщины. Отличительное свойство их натуры — презирать тех, кто их любит, и любить тех, кто их презирает. -(Дон Кихот).

На эти нелепости он нагромождал другие, точь-в-точь как в его любимых романах, стараясь при этом по мере возможности подражать их слогу, и оттого ехал так медленно, солнце же стояло теперь так высоко и столь нещадно палило, что если б в голове у Дон Кихота еще оставался мозг, то растопился бы неминуемо.

Каждый из нас - сын своих добрых дел.

Хорошему плательщику никакой залог не страшен. Больше успевает тот, кому Бог помогает, чем тот, кто встает с петухами; не ноги владеют брюхом, а брюхо ногами. Я хочу сказать, что если Бог мне поможет и я буду исполнять свой долг, то уж наверное буду управлять как орел, а не верите - положите мне палец в рот - и тогда вы увидите, кусаюсь я или нет.

Думаю я, что в деле управления самое главное - начало.

Но чтобы тебе стало ясно, насколько ты глуп и насколько я умен, скажу тебе только, что все графини и принцессы, все благородные и прекрасные дамы, которые описываются в романах и воспеваются в стихах, не существуют в действительности. Поэтому их просто выдумывают, чтобы было о ком написать стихи и что бы все считали их влюбленными или людьми достойными любви.

- Если вы на самом деле дьявол, как же вы не узнали рыцаря Дон Кихота Ламанчского, - ведь он перед вами.

• Клянусь Богом и совестью, - ответил дьявол, - я на него и не посмотрел. У меня так много разных хлопот и дел, что о главном я и позабыл.
• Несомненно, - заметил Санчо, - что этот дьявол – почтенный человек и добрый христианин, иначе бы он не стал клясться Богом и совестью. Теперь я начинаю верить, что и в аду можно найти добрых людей.

Только добродетель приносит благородство, и человек скромного происхождения, но добродетельный, заслуживает большего уважения, чем знатный и порочный.

— Я вижу, что вновь жаждет горестей моих судьбина и что она отрезала все пути, по которым какая-либо отрада могла бы проникнуть в наболевшую эту душу, в моем теле заключенную.

...опыт показывал, что если какое-либо приключение кончается для странствующего рыцаря неудачей, то из этого следует, что оно предуготовано не для него, а для кого-нибудь еще, и ему нет никакого смысла искать его снова.

Мой наряд - мои доспехи, в лютой битве мой покой.

- Весь фокус в том, чтобы помешаться без всякого повода и дать понять моей даме, что если я, здорово живешь, свихнулся, то что же будет, когда меня до этого доведут!

Впрочем я отлично знаю, что нет таких чар, которые могли бы поколебать или же сломить нашу волю, как полагают иные простаки, ибо воля наша свободна, и ни колдовские травы, ни чародейство над нею не властны.

Верьте мне: величайшая глупость, какую можно сделать на свете, это - убивать самого себя, предавшись безвыходному унынию...

Не следует думать, что все в нашей жизни пребывает неизменным.

- У нас есть пословица, гласящая, что «усердие — мать успеха».

- Не следует забывать разницу между господином и слугой, дворянином и холопом, рыцарем и оруженосцем. А потому отныне мы будем относиться друг к другу с большим уважением и перестанем друг над другом шутки шутить, ибо в чем бы мой гнев ни выразился — все равно тебе придется несладко... -(Дон Кихот).

- Недаром говорится: «Кого люблю, того и бью». Тем более в обычаях знатных господ — сперва обругать слугу, а потом сейчас же подарить ему штаны. Вот только я не знаю, что принято дарить после побоев, — наверно, странствующие рыцари, отколошматив оруженосца, тут же дарят ему остров или королевство где-нибудь на суше. -(Санчо).