Darkdawn

она, конечно, любила этого уродливого поганца, но он был не из тех, кто позволял правде помешать хорошей байке.

– У страха есть свои преимущества. Именно страх не дает тьме поглотить тебя. Именно страх не дает тебе ввязаться в игру, в которой нет даже надежды на победу.

Дураки не пользуются возможностью, когда она стоит прямо перед ними.

— Хочешь сказать, что мы плывем с двадцатью тоннами взрывчатки под нами?
— Ну.. — Клауд слегка пожал плечами. — Скорее, с двадцатью одной!
— Посреди грозы?!
– Волнующе, не правда ли? – Корлеоне басовито рассмеялся.

— Итак, — попытался Корлеоне закинуть очередьную удочку. — Откуда вы все знаете друг друга?
Тишина.
Долгая, как годы.
— Мы учились вместе, — наконец ответила Мия.
— Правда? — капитан заинтригованно улыбнулся. — В общественном учреждении, Железной Коллегии или...
— ...Это была школа для начинающих ассасинов, управляемая культом убийц...
— А-а-а, — Клауд посмотрел на кота из теней и кивнул. — Значит, частные преподаватели.

Она облачилась в ночь.
ЕЕ платье - черный шелк. Ожерелье на шее - сумрачные звезды. От талии к босым ногам струилась пышная юбка, призрачно-бледную кожу стягивал полночный корсет.
Белая пудра на щеках.
Черная краска на губах.
И легионы в глазах.

Все те жизни. Все те истории. Повести о храбрости и любви, о добре, восторжествовавшем над злом, о радости и счастливой и долгой жизни. Но на самом деле жизнь не такая, верно?

АДИ ТЕБЯ Я ОТВЕРГ САМУ СМЕРТЬ. НО, ЧТОБЫ БЫТЬ С ТОБОЙ, Я БЫ УМЕР СНОВА. УБИВАЛ БЫ. СОРВАЛ БЫ ЗВЕЗДЫ С НЕБЕС И СМАСТЕРИЛ ТЕБЕ КОРОНУ. ТЫ – МОЕ СЕРДЦЕ. МОЯ КОРОЛЕВА. Я СДЕЛАЮ ВСЕ – ВСЕ ЧТО УГОДНО, – ТОЛЬКО ПОПРОСИ, МИЯ.

При выборе правителя между честным идиотом и мудрым лжецом, большинство предпочтет идиота.

– ИЗБАВЬСЯ ОТ ПАСТУХА, И ОВЦЫ САМИ РАЗБЕГУТСЯ.
– Нет. Избавься от пастуха, и овцы последуют за тобой.

«Все должно было быть иначе. Это место должно было быть логовом волков, а не ягнят».

– Нет, пошло оно все на хрен, – сплюнула девушка. – И он в том числе. Я не собираюсь сидеть здесь и терпеть это дерьмо из-за того, что каждый из нас делал. Все мы лжецы. Все убийцы. Бездна и кровь, ты стал полноправным Клинком Красной Церкви, Трик! В отличие от Мии ты прошел испытания. Так что не строй из себя гребаную жертву, когда убитые тобой тоже в могиле!

– Тихая гора находится в Ашкахе, Трик, – перебила она. – Нам все равно по пути. Так что избавь меня хоть ненадолго от своей болтовни про судьбу, ладно?
– ЗНАЧИТ, ТЫ СМИРИЛАСЬ С НЕЙ?
– Вовсе нет. – Мия с тихим стоном закинула ноги на гамак. – Пока достаточно и того, что мы плывем в правильном направлении.

– Тебе рассказали, что он у них, потому что хотят, чтобы ты пошла за ним. Чтобы сделать эту гребаную ловушку еще более очевидной, Духовенству пришлось бы нанять кучу дорогущих куртизанок, танцующих в лиизианском нижнем белье и задорно поющих хором: «Это очевидная гребаная ловушка».
Мия слабо улыбнулась.
– Люблю эту песню.

Видите ли, в этом вся суть божеств — у них есть только та власть,которой мы из наделяем.

Любовь нередко ржавеет до ненависти, если её часто поливать пренебрежением.

Ты не поймёшь, насколько сладок вдох, пока тебе не сломают рёбра. Ты не начнешь ценить своего счастья, пока не познаешь горе. И нет никакого смысла винить себя в том, что жизнь дала тебе пинок.

Но это ужасно, донна Мия, когда тот, кто должен любить тебя больше всех на свете, оставляет тебя на съедение волкам.

Зачем люди вечно винят сверхъестественные силы, вместо того чтобы признать собственные ошибки, — одна из величайших загадок в жизни.

—...Он всегда говорил, что кровь пятнает сильнее, чем вино. Знаешь, что это значит?... Это значит, что семья может ранить тебя глубже, чем кто-либо другой. Но лишь потому, что она важнее, чем кто-либо другой...