Bridge of Clay

Если бы только он умел смеяться вместе с ней, у них бы все наладилось...

Я, как самый старший, одолел свою пинту, и это, скажу вам, было нелегко. Рори и Генри выпили по половинке. Клэй и Томми справились только с пеной – но все это было вообще не важно, потому что мы смотрели, как Пенни Данбар улыбается сама себе; белое девчачье платье и кости. Она думала, что делает из нас мужчин, но это она старалась быть настоящей женщиной.
Девочка-сбивашка на сей раз не сбилась.
Она не встала с места, пока не допила за всеми.

Когда наблюдаешь, как умирает человек, видишь не только его исчезновение.

Тебя могут не задевать десять лет, чтобы затравить уже в подростковые годы.

Оставалось только добраться до лагеря, выучить английский, найти работу и жилье. А потом, самое важное, купить книжную полку. И пианино.

...красота смерти – она окончательна.

Что-то зашевелилось в ней, и казалось, что и в нём. Годы тихого бесплодия. Целые города, не бывшие, не житые. И хотя каждый из них знал, что никогда не был ни бойким, ни дерзким, лежала перед ними и другая истина – всё будет только так.
Без выжиданий, без церемоний.
Пустыня распахнулась, вырвалась из них.

В её прежней стране, в Восточном блоке, солнце было игрушкой, вещичкой. Там, в далёкой земле, ненастье и дожди, лёд и снег – они распоряжались, а не смешной жёлтый колобок, иногда показывавшийся людям: тёплые дни отпускались по карточкам.