Превращение

Бедный, бедный жучок! Давно я так не плакала над книгами!
Почему он даже не попытался показать, что у него человеческая душа? Что он понимает разговоры, что всё помнит и чувствует? Наверное, потому, что его душа и до превращения никого не интересовала. Его любовь к семье была настолько всепоглощающей, что он сам согласился выполнять роль домашнего животного - до какого-то момента весьма полезного, а после сбоя - ни на что негодного. Даже будучи запертым в комнате, как в одиночной камере, он не думает, как бы он мог прожить эту жизнь, нет, все его мысли только о семье и о том, какие неудобства он ей причиняет, он готов даже умереть, когда добрые родственники решают, что им без него было бы лучше! А как было бы лучше для него, кажется, не задумывался никто и никогда :(
Больше всего трогает отсутствие обличительного пафоса как со стороны несчастного Грегора, так и со стороны автора. От того, что не давят на жалость, не объясняют, как мещанская среда губительна для благородных насекомых, становится намного больнее, потому что всё описанное воспринимается, как есть, о существовании автора и его литературной условности забываешь напрочь - хочется прижать бедную зверушку к сердцу, угостить тухлым сыром и никому больше не давать в обиду!

Мое маленькое знакомство с автором.
Начала я с «Кафкианских кошмаров». Данный рассказ не предвещал мне ничего существенного, но под конец…

История рассказывает о Грегоре Замза, который каждый день ходит на работу, содержит семью и в тайне мечтает. Мечтает освободиться, мечтает расплатиться с непомерными долгами своих домочадцев и зажить той жизнью, которую никогда не видел. Но однажды по утру, он обнаруживает, что превратился в огромное, неповоротливое, мерзкое насекомое. В этом безобразном воплощении, Грегор сохранил свой рассудок, но все остальное вокруг него меняется безвозвратно.

Я под невероятно большим впечатлением от этой повести.
Ее сюжет направлен на такие глубокие мысли и принятия, что постичь все и сразу практически невозможно.
Произведение весьма философское с абсурдным сюрреализмом и мрачной стороной бытия.

Сразу скажу, не каждому подойдет подобное чтение, но мне оно зашло на ура.
Более того, с подобным нужно быть очень аккуратным.
Повесть может навеять не только глубинные размышления о жизни, семье, отношении и всесторонние развороты взаимопомощи, но и достаточно мрачное, тяжелое, грустное настроение.

Во мне всколыхнулось такое мерзопакостное понимание внутри-семейных дилемм, что это и признавать не хотелось, но в тоже время я понимала, что никто от подобного не застрахован.
Желать такую участь и таких родственников – хуже смерти.

Я не смогу вам выразить все свои мысли и чувства по поводу этого произведения, поскольку слишком много. Слишком фундаментально.
Это нужно прочувствовать самому. Пропустить через себя и открыть дверь сознания нараспашку.

Минусы, недочеты и последнее слово:

Я не ставлю выше оценку, ибо это не та вещь, которая несет легкость, светлость, радость или легкую печаль.
Не то, что хочется перечитать как можно скорее.

Тем не менее история прекрасна. Ее ужас не в мрачных тенях мистического посыла. Ужас клубится в жизни и в монстрах, которые ходят, улыбаются и обнимают тебя так нежно, так ласково, но только тогда, когда им это нужно.

Сюжет этой повести, как мне кажется, знают все. Даже те, кто не читал.
Грегор Замза, коммивояжер, однажды утром обнаружил, что превратился в жука. От него шарахаются члены семьи, коллеги по работе, соседи и все остальные. Им непонятно, почему он вдруг изменился, неприятен его жучиный облик и новые повадки, изменение пищевого вкуса. Начинается постепенное взаимное отторжение и страдание.
Кафка поднял интересный вопрос. Что за судьба ждет человека, отличающегося от большинства. Он блестяще сделал это на простом примере превращения в насекомое. Вывод же подавляющее большинство читателей делает однозначный — какие гадкие люди окружают бедного Грегора Замзу. Все знают, что надо сделать, чтобы было правильно. Всячески опекать Грегора, проявить любовь и заботу, чистить ему хитиновый покров, придумать специальное кресло и с удовольствием наблюдать, как он с аппетитом кушает тухлые продукты. Гордо показывать гостям и рассказывать, как ему комфортно в новом положении. Гулять по улице, заводить в кафе и кинотеатры. Жизнь положить ради Грегора. 17-летняя сестренка не должна была пугаться брата-насекомого, ну ползает он по стенкам и потолку, мажет обои какой-то слизью. Брат же, родная кровь. Тем более мать с отцом. Это же их ребенок, как они могли!?! - возмущенно восклицают читатели и горят от праведного гнева.
Только жизнь сложнее, в ней человек может и знает, как правильно, но положить свою единственную жизнь на алтарь служения потребностям особенного человека способен далеко не каждый. Да и в семье любовь не возникает автоматически, иногда близкие по крови оказываются дальше друг от друга, чем чужаки. Семью не выбирают. Хорошо, когда все правильно. А если нет?
Всегда кто-то должен поступаться своими интересами и желаниями во имя других. Как Грегор Замза. Вкалывал не покладая рук и ног, приносил в семью деньги, мечтал о том дне, когда сможет пожить хоть немного для себя. А потом выяснилось, что без этих его жертв семье даже лучше. Никто не чувствовал себя обязанным, не сидел сложа руки, они делом занялись, вкус к жизни почувствовали. Получилось, что эта жертвенность Грегора и не нужна была особо.
Всегда кто-то терпит. Кафка показал крайний вариант. Высшую степень отвращения близких при появлении проблем у одного из них. И дело тут не в Грегоре конкретно. Окажись на его месте сестра или любой из родителей, то было бы так же.
Общество всегда, если на него не давят, отвергает не таких, как все. Слабых детей в Спарте убивали. Почитайте Утопию Томаса Мора, в его идеальном обществе неизлечимо больных категорически уговаривали самоубиться. В некоторых племенах старики уходили в лес умирать. А сейчас люди отринули свои дикие нецивилизованные замашки, в лес не посылают, а отвозят в дома престарелых-интернаты. Или пансионаты, очень политкорректное название.
Вроде как временный дом отдыха, но все же понимают, что оттуда уже не возвращаются. Это навсегда. Или пока у родни деньги не закончатся. Вспомнилась книга Лайза Дженова - Навеки Элис . Героиня, узнав про свой диагноз, решила рассмотреть все варианты и поискать пансионат, чтобы не напрягать родню. Оказалось, что профессор Гарварда приличное заведение по деньгам не потянет, а в неприличное ей самой не захотелось.
У нас любят поохать - у них там комфорт, уход, стариковские развлечения, не то что у нас. Цивилизация, культура, забота! Мы тоже так хотим, и у нас когда-нибудь такое будет (на самом деле уже есть, но не для всех и за дорого). А на деле просто, чтобы успокоить свою совесть (ведь есть она еще, нельзя от неё по желанию избавиться), построили резервации для нетаких.
Чтобы не наблюдать старость или болезни, ведь не все хотят пример перед глазами — и ты постареешь-заболеешь, и с тобой вот это случится. Мало кто хочет видеть, как валится с ложки еда у старичка, как уже он сам не справляется с гигиеной, памперсы менять тоже такое себе удовольствие. Заниматься уходом некогда, устаем на работе, хочется просто расслабиться. Пусть люди за зарплату за проблемным человеком ухаживают. Проблемным нужна наша любовь, они не хотят в уюте на чужбине умирать? Мы не можем себе это позволить. Достаточно оплачивать приемлемые условия содержания.
Если бы у семьи Грегора Замзы было достаточно денег и на них еще и давили современные моральные нормы, то отправили бы его в пансионат для насекомых. Навещали раз в год или даже чаще (вот молодцы, правда же?), всем рассказывали, как там ему хорошо и комфортно. И даже по выходным всех жучков-паучков собирают и возят в музей или театр. Красота!
Но Кафка был циничный и совестливый человек, поэтому не додумался до современных цивилизованных норм. Просто показал на что способен человек. Без прикрас.
Великая вещь уже только за то, что заставляет задуматься.

Потрясающе написанная вещь. Кафка - это что-то очень странное, что трудно описать, но хорошо получается прочувствовать. Не знаю, правда, ставил ли перед собой автор задачу кого-то заставить что-то чувствовать, кроме отвращения.

Начинается все очень классически - с момента, когда главный герой Грегор Замза просыпается в своей кровати и обнаруживает, что ночью превратился в жука. И тут нет ничего странного. Кафка только обрисовал условия задачи. Дальше вот начинается поистине странные вещи, для меня сконцентрировавшиеся на человеческом поведении. Я имею в виду то, как вели себя родители и любимая сестра Грегора. Сначала, по заданным условиям, кажется, что ничего страшного и не произошло, ведь герой как-то не особо много внимания уделяет этому довольно примечательному факту. "Может, это не так уж и важно..." - приходило мне в голову. Он переживает, что опоздал на поезд, подвел семью. Потом волнуется и переживает за бедную сестру, вынужденную кормить его и заходить в комнату Грегора. Грегор переживает, что подвел семью и делает это не зря. В его старой душе в новом теле происходят волнения, а новые лапки жука не перестают шевелиться. Постепенно он начинает утрачивать все остатки человеческого, при этом не переставая быть лучше своих сородичей.

Семья Грегора Замзы показывает поистине типичную реакцию, начиная опасаться этого диковинного жука, в которого превратился их сын, постепенно доводя его до гибели.При этом выясняется, что не так уж все было плохо после банкротства. Что отец даже смог что-то сохранить и все это время Грегор был обманут. И на протяжении всей новеллы невероятно жалко этого маленького Грегора, обреченного самим рождением и провидением провести годы в коммивояжерах, а потом сгинуть от руки собственного отца, мгновенно растерявшего родственные чувства к сыну после превращения последнего.

Самым страшным моментом стал то чувство облегчения, испытанного семьей Грегора Замзы, зажившей с новой силой после смерти этого жука. Наверное, это мое самое любимое произведение Кафки на данный момент.

Кафку нужно читать только на немецком, потому что никакое иное сочетание звуков, кроме скрипа, не годится.
Немцы и сами все немножко жуки с подтяжками на брюхе, неспособные перевернуться или посмотреть ввысь.
Хотя Кафка хорошо бы смотрелся в петербургских декорациях, там ему было бы куда более комфортно, но увы.
Достаточно было бы написать не «там», а «тут», и было бы совершенно иначе, пусть наверняка и чуть сложнее.
Но я не «тут», я «там», вечно там, поэтому Петербургу приходится быть внутри меня, пока я крепчаю в борьбе.
Каждый день борюсь за свое право не превращаться в пелевинского жука, комара, тараканиху, муху, муравьиху,
Обрезаю крылышки, отрываю лапки, размягчаю свои огрубевшие жвалы, разминаю затекшие панцирем мускулы.
Мир вокруг меня неизбежно стремится заковать меня в грубый панцирь вновь, чтобы потом швырнуть яблоком.
Яблоко, эппл, откушенный бочок, медленно разлагает владельца изнутри, требуя новых iЖертв для потребления.
Проблема Грегора Замзы не в том, что он превратился в нечто иное внешне, а в том, что он не изменился внутри.
Такой же жалкий паразит, мусорщик, застрявший в самом начале эволюции, так и требующий постоянно жратвы.
А если не жратвы, то одежды, работы, женщин, стульев, столов, часов, тарелок, котов, всего, чем можно владеть.
Хотя я не очень уверена, можно ли действительно владеть котами, особенно если сам ты гигантский тараканище.
Непостижимым образом все лелеют этого таракана внутри себя и готовы его кормить, пока он не прорвется вовне.
Только тогда лицемерно отворачиваются, хотя такие же чешуйчатые лапки вскинулись в приветствии внутри них.
Единственный выход — вовремя уморить это чудовище внутри себя, не давая ему ни еды, ни шансов на выживание.
Но далеко не каждый способен вынести изрядную дозу яда, пережив это гнусное чудовище, поэтому терпят и ждут.
Никогда не дождутся того, к чему не приложили никаких усилий, стремясь раствориться в грязной жучиной толпе.

Это. Было. Обидно! И даже как-то смешно. Сначала я думала, что это будет маленький очерк о власти. О том, как она всесильна, могущественна, и как простому человеку нет в ней места, нет в нее лазейки, пути. О том, что нам порой приходится унижаться и отдавать все, чтобы узреть хоть каплю справедливости, да так и умереть. Но это же Кафка, он никогда не бывает однозначен. Это очерк о нерешительности. О том, что хоть и редко, но есть такие случаи, когда можно дерзнуть, нарушить запрет, пойти против системы (как же я не люблю этот шаблон, он уже такой пошлый). А мы не можем разглядеть этот случай, мы привыкли, что те, кто сильнее, все нам запрещают. Мы даже не рассматриваем шанс на победу перед большим и страшным. А такие случаи есть, когда маловероятное событие поворачивается к нам лицом и только и ждет, что мы его осуществим. Научил бы нас кто, как их разглядеть...

Как известно, рассказы я не особо жалую, но в этот погрузилась довольно сильно. Вспомнились похожие ощущения от давний и неудачной попытки прочитать Замок. Даже жалко, что не прочитала его, или наоборот хорошо, тк. теперь он будет воспринят по другому (если доберусь))
Рассказ о сложной профессии врача и его внутреннем мире. Общаясь с ними пациенты часто забывают, что врачи такие же люди

Кафка - это Кафка. И не все в его творчестве лежит на поверхности.

Была уверена, что прочитала почти всего Кафку еще в подростковом возрасте, но нет, и этому несказанно рада... При этом я давно так не плакала над книгой, даже не припомню, когда такое и так было.
С первых строк, с пробуждения Грегора, я почувствовала, что это прям обо мне, - честное слово, описаны мои муки ежедневного утреннего подъема на работу! Грегор не может встать, все тело как бы неподвластно ему, а ведь он должен! во что бы то ни стало идти на работу! Потому что должен, потому что от него зависит семья, обанкротившийся отец, мать, сестра, которую так хочется отдать в хорошую консерваторию... И все так надеются и рассчитывают на Грегора... Он должен, он не может не идти!..
Но нет, Грегор уже никогда не сможет пойти работать, даже когда ему, превратившемуся в насекомое, удастся сползти с кровати и кое-как начать передвигаться по комнате. И тут наш Грегор, кормилец и надежда семьи, остается один на один со своей бедой. Он вызывает ужас и отвращение, отец палкой наносит ему серьезную рану, мать в истерическом припадке, одна младшая сестренка еще кое-как заботится о нем - приносит объедки да прибирается в комнате, пока Грегор прячется под кроватью, чтоб не напугать ее.
Бедный Грегор. Никому не нужный, всеми забытый и покинутый, он, конечно же, умрет, тем самым вызвав у семьи чувство облегчения.