Чтобы сказать ему

Я, проверяя свою догадку, специально смотрела расположение планет Марты Кетро - она, как я и предполагала оказалась "настоящей русалкой" - солнце, луна, марс, меркурий - четыре из пяти личностных объектов расположены в водной стихии. Отсюда эта проникновенная проза, которая способна как омыть и очистить, так и заполнить едким отравляющим раствором все замысловатые каверны читательских душ. Раньше я ощущала только первое воздействие текстов Марты, через них я словно сообщалась с общемировым океаном человеческих эмоций. Какие точные слова находит писательница для выражения каждого неповторимого чувства, с особыми оттенками, нюансами, привкусами, верхними и нижними нотами. Но её сюжетные произведения, составленные вроде бы из тех же слов, меня только раздражают (второй роман и несколько рассказов)

Как известно с точки зрения инопланетян по версии Голливуда наша планета выглядит так:

Похоже, эта космическая зараза коснулась нашей русско-израильской писательницы, иначе зачем бы ей переселять свои фантазии в мир американских прерий с мексиканцами и индейцами, с главной героиней по имени Дора. (Отсылка к Дороти? Та что по дорожке из жёлтого кирпича направляется к обманчиво-изумрудным крышам волшебного города? Да и на обложке книги кто-то навевающий ассоциации с Тотошкой). Мне несколько надоел повсеместный американский антураж, и для меня декорации этой книги были неприятным сюрпризом, несколько картонным и идеализированным, как всякая подделка.

Итак это книга пути - женщина средних лет пускается в путешествие, встречает разных людей, впитывает квинтэссенцию их личностей и судеб. Потерянная любовь к сыну является путеводной звездой в этом странном путешествии. Героиня утверждает, что каждая любовь слеплена в одном-единственном экземпляре и передать её другому невозможно (вот тут я готова поспорить с применением собственного опыта. Её можно перенести. Конечно, она не останется прежней, она трансформируется и будет дальше развиваться по другому. Ведь любовь это энергия, она не пропадает бесследно, а вот во что она переходит? в другую любовь, в ненависть, в самоуничтожающий посыл или в пышный сад)

Сперва я встретилась с моей знакомой Мартой, её выразительными меткими образами, "поплыла по её волнам", а потом мне стало казаться, что это мёртвое море, где плавать не очень-то приятно. Образы-то точны, да слишком много соли оседает на коже и разъедает глаза - преждевременное старение, потерянность, угасание её героини, и встреченных ею персонажей - мне не нравится пропускать через себя эти эмоции с такой силой заряда (а напомню Марта Кетро особенно эффективна в передаче эмоций)

Во многом я согласна с Мартой, но тем не менее то что она написала, очень похоже на расхожую притчу мейнстримного психолога. Для романа и даже для повести это оказалось слишком назидательно, линейно и мелковато. Мне очень жалко, что важные мысли, которые должны были зародиться, укрепиться, развиться и дать плоды в душе самого читателя, приподнесены ему в разжёванном виде на плоской тарелочке. Это портит вкус.

Книга о любви, об отношениях, заставляющая заглянуть внутрь себя, порефлексировать и исправить в отношениях с ребенком то, что в силах...

Ведь никогда не поздно...

Для недовольных:

- творчество М. Кетро нужно любить. Оно специфично, но затрагивает до глубины души. Если Вы ханжа, пугающийся секса, физиологических моментов и слов, описывающих вещи своими именами, то просто проходите мимо.

- чтобы понять книгу нужно быть чьим-то ребенком и чьим-то родителем.

Бонус)

Как нельзя лучше к этой книге подошла бы песня Татьяны Зыкиной:

вижу тебя смущённым подростком,

вижу потерянным малышом,

который не знает где дом,

не знает, как строить свой,

не знает, как всё сложить,

и вместо «домой»

есть только «в гости в чужую жизнь»

вижу тебя без возраста

без дела, без тела, без пола, без голоса

без телефона, без бороды, без связки ключей

смущённый подросток, ничей

кого легко за небрежности

наказывать, лишая нежности

двое из детского сада

мы не знаем как надо

вижу себя смущённым подростком,

вижу потерянным малышом,

который машет картонным мечом

и верит, что будет повержен дракон,

и наконец заживём,

но не заживёт и за десятки лет

их след:

«сопля, здесь ничего твоего нет!»

ничего твоего.

терапевт,

не крести башки, отпусти грехи,

объясни косяки: виноваты родаки

а в их косяках - их родаки,

и их родаки,

и их родаки…