Смерть экспертизы

Том Николс — американский профессор политологии, в свое время выступавший советником нескольких значимых политических персон. Кроме того, в Штатах Николс известен как неоднократный победитель интеллектуальной телеигры "Jeopardy" (прообраз нашей "Своей игры"). В общем, эрудит высшей категории.

Как настоящего профессора, Николса дико бесит невежество. С его проявлениями он встречается каждый день, а в нашу информационную эпоху — так и каждую минуту. Журналисты из крупного издания включают Ивлин Во в список лучших женщин-писателей, забывая о том малозначительном факте, что Ивлин Во был мужчиной. Значительный процент граждан США поддерживает идею вмешаться в украинский конфликт, но почти никто не может показать эту самую Украину на карте. Наконец, треть конгрессменов не прочь нанести ракетный удар по государству Аграба, которого на самом деле вообще не существует.

Впрочем, невежество, по мысли Николса — это далеко не самое страшное. В конце концов, вряд ли кто-то всерьез полагает, что раньше люди были умнее — с чего бы, если до войны четверть населения Штатов с трудом могла написать собственное имя. Настоящая проблема в другом — сейчас невежество стало воинственным. Если раньше люди четко осознавали, что чего-то не знают и им стоит проконсультироваться у специалиста, то сейчас этого нет. Каждый считает себя экспертом по всему и думает, что его мнение бесценно.

Почему так? Николс пытается дать максимально развернутый ответ, делая упор на развитие технологий. Для начала он напоминает о том, что наш мозг от природы склонен искать подтверждения уже сложившимся у человека взглядам. Преодолеть это очень сложно — как бы вы ни были умны, вы все равно всегда будете попадать в эту ловушку. Раньше это не было такой большой проблемой, потому что человек смотрел один ТВ-канал и читал одну газету, в которых излагались более-менее проверенные факты, но теперь все не так. Теперь СМИ расплодилось столько, что они вынуждены бороться друг с другом за внимание потенциального потребителя и потому начинают плясать под его дудку, потакая его запросам и взглядам. Так что если человек верит во вред ГМО или прививок, то без проблем находит тому где-нибудь подтверждение и радуется, что был прав. "Это же по телевизору показали!"

Не обошел Николс и такой важный фактор, как интернет. Сеть создает иллюзию того, что человек в любую секунду может получить ответ на любой вопрос, не обращаясь ни к каким экспертам. Это действительно так, но есть нюанс — этот ответ далеко не всегда будет правильным, а в сложных сферах вроде медицины или той же геополитики почти наверняка будет неправильным. Но поди ж объясни это — "я нагуглил, тут так написано, так что отстаньте!".

Еще одна проблема, о которой профессор Николс просто не мог промолчать — это явная инфляция высшего образования. Если раньше оно было привилегией, которой удостаивались единицы, то сейчас за дипломами ринулись все — даже те, кому самой природой, казалось бы, предначертано держаться подальше от науки. Раз есть спрос, значит есть предложение — захолустные колледжи напокупали себе лицензий университетов и начали завлекать абитуриентов обещаниями, что у нас, дескать, вы приятно и без напряжения проведете все годы учебы. И они, надо признать, не лгут — лично меня шокировало, что по результатам опросов треть американских студентов никогда не записывали за семестр больше 40 страниц текста. Лично я на своем истфаке БГУ 40 листов запросто выписывал за один учебный день.

Самое печальное тут то, что процесс необратим. ВУЗы не могут резко ужесточить условия, потому что столкнутся с оттоком студентов (и денег их родителей) в более сговорчивые заведения. Поэтому нужно юлить, умасливать этих подростков, которые по факту ничего не знают, но искренне считают себя элитой и полагают, что им все должны. Они неверно понимают принцип равенства и думают, что мнения всех людей имеют равную ценность, поэтому спорят с преподавателями, а в случае чего идут писать на них жалобы, не понимая, что преподаватель изучал свой предмет всю жизнь и явно знает о нем больше, чем погугливший что-то три минуты недоросль.

Девальвация высшего образования приводит к тому, что в свет выходит куча неполноценных профессионалов, которые берутся за какую-либо работу и еще ниже опускают престиж эксперта. К восторгу публики, ведь "яйцеголовых" и так традиционно не любят. Так и появляется культура подчеркнутого антиинтеллектуализма, а к власти приходит лихой парень, построивший предвыборную кампанию на высказываниях вроде "меня тошнит от умников".

В общем, прежнего уважения к экспертам и их мнениям уже нет. По мнению Николса, это напрямую угрожает самой сути американской демократии — первую победу дремучего популизма мы уже видели, а ведь то ли еще будет. Казалось уместным, чтобы профессор еще и написал, что теперь нужно со всем этим делать, но он никаких советов не дает, честно признаваясь, что решения проблемы не видит. В одном месте Николс даже делает страшную оговорку насчет того, что исправить положение мог бы какой-нибудь катаклизм типа войны или новой Великой Депрессии.

Ставлю 4/5. Балл отнял за не очень удачную композицию — аргументы идут как-то вразброс, чтобы собрать цельную картину, надо потрудиться. Еще немного смущало свойственное для американской литературы повторение одного и того же по несколько раз.

Тема книги актуальная для нашего времени, и мне очень хотелось ее прочитать. Там и в самом деле были интересные высказывания и правильные заключения. Но книга читалась очень тяжело. Конечно, это нонфикшн, и сплошной текст ожидаем (какие уж тут могут быть диалоги?), но надо было его как-то по-другому структурировать и сделать легче, возможно поделить на более короткие части для упрощения восприятия (да-да, я же дитя интернет-века, и лонгриды вообще не для меня). Сам язык тоже вызвал вопросы, и не раз я ловила себя на том, что приходится по несколько раз перечитывать некоторые предложения, чтобы уловить смысл. Уж не знаю, это автор писал так сложно или переводчик "постарался". Плюс гладкость чтения и легкость восприятия зависела от темы (а книга разбита на несколько крупных тематик), про что-то было читать интереснее, потому как оно было ближе лично мне (про школьное и вузовское образование - да, про определение экспертов или политику - нет).

Что касается собственно темы. Автор - американец, и разбирал всю ситуацию на примере американского общества, но и для нашей страны оно во многом подходит. В книге все верно говорится, сейчас очень много людей совершенно не готовы к конструктивному спору ради выявления истины, люди больше настроены любой ценой (а чаще всего оскорблениями за неимением адекватных аргументов) отстоять свое мнение. Их не интересует логичность, истина, правда, не интересует даже, спорят они с таким же как они простым обывателем по данной теме или экспертом; важно лишь их мнение, каким бы оно ни было. При этом упирают, что ведь это демократия и каждый имеет право голоса.

Американцы сейчас уверены в том, что обладание равными правами в политической системе также означает, что мнение каждого человека по любому вопросу должно считаться равнозначным любому другому

Кроме того, люди готовы высказываться по любому мнению, даже если не разбираются в теме, потому как боятся показаться невежественными. Наш век обилия информации как бы обязывает человека быть в курсе всего. Только это не возможно, и в лучшем случае человек пробегается по вершкам (читая заголовки или первые строки статей), но не вникая в суть, ведь времени на это нет.

Во многом автор винит интернет, как безграничную базу данных. Там можно найти информацию практически на любой вопрос или тему. Многие люди думают, что раз они могут моментально найти ответ на любой вопрос, то автоматически становятся знатоками в данной теме. Но это ведь не так (точнее, в каких-то вопросах да, можно найти ответ и разобраться самому, но чаще всего это достаточно простые темы. Более сложные требуют комплексных и глубоких знаний проблемы). Во-первых, даже обладая знанием на какой-то конкретный вопрос, надо уметь еще правильно ими воспользоваться, а так же учитывать мелкие нюансы, на которые обычный человек может не обратить внимание, а эксперт их увидит. Во-вторых, в интернете просто масса неправильных данных (где-то не проверили все до конца, а где-то намеренно исказили правду). Отсюда вытекает необходимый для нынешних людей навык - умение критически относиться практически к любой информации, умение выделять достоверные источники. Это сложно. Особенно, когда тебе хочется верить в ту ложь, которая опубликована.

Отдельный большой блок был посвящен высшему образованию, и вот это было мне очень интересно. Автор рассказал все то, что я в целом-то понимала, но не могла сформулировать. Высшее образование потеряло нынче тот статус, который имело еще несколько десятков лет назад. Во-первых, перестало быть элитарным. Поступить в университет или институт сейчас может почти каждый (увы, но для этого важнее теперь иметь деньги, нежели ум). Из-за этого таких учебных заведений стало очень много, даже в маленьких городах, куда берут не самых проверенных и хороших преподавателей. Следовательно, и знания они дают средние (плюс если сам студент не шибко умный, то на выходе получается такой себе специалист). Во-вторых, университеты практически перешли из сферы образования в сферу оказания услуг. И если раньше преподаватели были авторитетом, их уважали и слушались, то сейчас в сфере образования царит принцип "клиент всегда прав", и уже сами преподаватели думают, как бы угодить студентам и не дай бог не оскорбить их.

Книга дала большое поле для размышлений и осознаний современных реалий, а так же помогла понять, почему нынешний люди в интернетах ведут себя так: спорят, огрызаются, хамят и никак не соглашаются верить даже очевидным аргументам. Автор затронул больше тем, чем я упомянула (упомянула бы все, что меня особенно заинтересовало, да боюсь в таком случае отзыв разрастется в несколько раз). Под конец остался у меня большой вопрос: как исправлять сложившуюся ситуацию.

Хотел было сказать, что и 9/10 этой книги в соответствии с законом Старджона никуда не годится, но это было бы несправедливо. Книга написана довольно сумбурно, хотя автор вроде бы структурировал текст; 90% в ней посвящено американской политологии, которая нас вроде бы не касается; некоторые мысли остались для меня загадочными то ли из-за перевода, то ли мне не хватило кругозора, а может быть, не хватило ума. Но в сумме все эти недостатки никак не составляют 9/10. Может быть, 1/10 или даже меньше. Всё остальное вполне понятно, и я почти во всем согласен с автором.

Не понимаю, откуда в русском заголовке взялся интернет. Оригинальное название The Death of Expertise: The Campaign Against Established Knowledge and Why it Matters, т.е. дословно "Смерть экспертизы: Кампания против установленного знания, и почему это важно". Интернету посвящена от силы 1/5 текста. На остальных страницах Том Николс рассказывает, почему нынче в моде антиинтеллектуализм и как он ведёт к разрушению основ: -- демократии, -- республиканской организации общества и -- государственного управления. Где-то на фоне действительно часто маячит интернет, но заголовка он не достоин.

Лично меня больше всего зацепила глава об образовании. Автор пишет о США, но в нашей системе высшего образования я вижу те же тенденции: студент превращается в клиента, преподаватель -- в продавца услуг, а процесс обучения всё больше становится чистой профанацией идеи получения знаний. Одна из главных идей книги: да, люди равны в политическом смысле, но во всех других смыслах все мы разные. И да, есть люди, которые умнее нас, которые разобрались в каком-то вопросе намного лучше, и их мнение должно перевешивать мнение обывателя, когда речь идёт об этом самом вопросе. Ну и совсем не вредно для общества, если его граждане стремятся к знанию, а не кичатся его отсутствием. (Последнее и есть тот самый антиинтеллектуализм).

С одной же фразой Тома Николса согласиться не могу никак:

цель науки – объяснять, а не предсказывать

Автор, кажется, сам неудачно выразился. В другом месте он говорит, что эксперт может ошибаться в прогнозе, но его предсказание всё же лучше, чем ничего:

Перспектива узнать диагноз, пусть даже приблизительный, всегда приветствуется больше, чем абсолютная точность при вскрытии.

Выходит, науке всё-таки позволено иногда предсказывать.

OK, пересказывать содержание книги не буду, там полно и других хороших мыслей, читайте, кому интересно. А я приведу пару собственных примеров.

#1. Затмение и судьба

Не далее чем 7 августа одна дама прислала мне ссылку на материал "Третье солнечное затмение будет в августе 2019 года: как влияет на самочувствие и судьбу человека". На вопрос, зачем прислала, она сказала: "Ну ты же интересуешься астрономией". Да, именно так и сказала: астрономией. Из уважения к даме я посмотрел статью. Там утверждается, что 11 августа 2019 года в 12:46 состоится солнечное затмение. А так случилось, что я как раз накануне видел луну, и она была растущей во второй четверти. Не претендую на звание эксперта в астрономии, но что такое солнечное затмение, всё же представляю себе. Элементарная геометрия гласит, что в ближайшие две недели луна никак не смогла бы догнать солнце на его пути по эклиптике. Я честно сообщил об этом той любительнице астрономии и приложил звёздную карту, на которой было ясно видно, что 11 августа солнце и луна находятся на расстоянии больше четверти небесной сферы друг от друга и потому луна никак не может затмить солнце. На это я получил ответ: "Ты ничего не понимаешь, это будет частичное затмение". Ну ладно, ответил я, история нас рассудит, смотри 11 августа 2019 года в 12:46 на солнце. Приготовьтесь! Сейчас будет самое интересное! Хотите верьте, хотите нет, но около 13 часов 11 августа дама звонит мне и сообщает, что она таки видела затмение!!! Блин! Всё! У меня не нашлось слов. Уж не знаю, что она там видела, но спорить с ней не представляется возможным. Не уверен, что на мою судьбу влияют состоявшиеся затмения, но не состоявшиеся влияют вполне заметно.

#2. Инфляция оценок, степеней, званий и дипломов

Лет 15 назад я работал на Миусской площади, и окно моего офиса смотрело во двор РГГУ. Надо сказать, РГГУ -- совсем не худшее учебное заведение страны. Одно из лучших. И вот в один из прекрасных летних дней у них во дворе началась какая-то суета. Это было вручение дипломов выпускникам. Обычно у них там тихо, но по такому случаю установили громкоговорители и кричали в них так, что я слышал каждое слово церемонии. Было довольно интересно. Сначала какие-то люди говорили напутственные речи, затем запускали гроздья воздушных шаров, а потом стали вызывать выпускников по одному в алфавитном порядке. Каждому аплодировали. Особые крики отмечали вручение красного диплома. Так вот, примерно каждый третий диплом был красным. Когда я заканчивал вуз в 1980 году, диплом с отличием получил 1 человек. Во избежание недоразумений повторю прописью: один человек из ста с небольшим выпускников. Разумеется, РГГУ очень хороший вуз, студенты там умнее меня. Опять же, я не эксперт в области высшего образования, просто не верю, что они умнее в тридцать раз. Том Николс приводит несколько похожих примеров, но мне кажется, мой пример круче.

#3. Дороги, которые мы выбираем (для страны)

В сентябре Москва будет выбирать депутатов Мосгордумы. По этому поводу было несколько митингов протеста, куча задержанных и т.п., это всё важно и интересно, но сейчас речь не об этом. Одна из моих знакомых неожиданно сообщает мне, что собирается голосовать за кандидата [X]. Я несказанно удивился, потому что она никогда политикой по-серьёзному не интересовалась. Спрашиваю: -- А почему за него? -- А он выступал перед народом на детской площадке у нашего дома. -- И что? -- спрашиваю я, -- какова его программа? -- Не знаю, не слышала, с балкона смотрела... -- И как же ты его тогда выбрала из других? -- Ну как-как? Говорю же: он на нашей детской площадке выступал! Нормальный подход к демократии, да? Если бы на детской площадке выступил, прости господи, Гитлер, она бы и за него проголосовала :))) Вот об этом Том Николс рассказал намного лучше, чем я. Ещё бы: он как-никак эксперт-политолог, а я нет.

Да, очень жаль, я не эксперт ни в одной из областей... Хотя, нет, постойте! Чуть не забыл: я же эксперт Лайвлиба! Значит, рекомендую эту книгу как эксперт экспертам.

========= Этот полемический приём называется reductio ad Hitlerum.