Осенний марафон

Не является ли мое стремление к праведности лишь гордыней?

Но главное, чего я хочу — это служить вам. Для вас душа моя — воск, на котором вы можете запечатлеть все, что вам угодно.

Альдонса. Но он и слова мне не сказал!

Санчо. Потому что его чувство всегда было возвышенным и далее почтительных взглядов дело не заходило.

Санчо. Иногда он забредал в наше Тобосо и тут влюбился в тебя за твою миловидность.

Альдонса. Я не обращала на него никакого внимания.

Санчо. Ты не обращала на него внимания, но ты показалась ему достойной быть владычицей его помыслов.

Альдонса. Почему же, Санчо, твой Дон-Кихот и на этот раз не пришел ко мне, когда я сама его позвала?

Санчо. Да потому, что по законам рыцарства, он сначала должен был выполнить свое обещание и спасти принцессу от великанов! А потом уж думать об удовольствиях!

Альдонса. Так что он там — женился, нет?

Санчо. Как же он мог жениться, если владычицей его души была Дульсинея!

Санчо. Владычицей его души была несравненная Дульсинея. Но она как бы была, но в тоже время ее как бы и не было! Но он был верен ей и отвергал королев, императриц и всякого рода дам.

Жених. Значит она как бы и была?

Санчо. Как бы и была.

Санчо (привычно). Смиренный со смиренными, гордый с надменными, он смотрел опасности прямо в глаза. Он не унывал в бедах. Он был влюблен ни в кого.

Мать. Вы изволили сказать, что он не был влюблен ни в кого?

Санчо. Он был влюблен ни в кого.

Отец (Жениху). Понял?

Жених. Не понял.

Мать. Если можно, скажите еще раз, Санчо, он не был влюблен или был влюблен?

Санчо. Разумеется, был.

Жених. В кого же, интересно было бы знать?

Санчо. Ни в кого.

Когда Марлен Дитрих, звезду мирового экрана, спросили:

• Как вам удается не стареть?

• Я хорошо сплю и никому не завидую.

Грех не случается, а совершается. В результате всего предыдущего, всей жизни твоей.