Осенний марафон

Я, например, знаю, от кого чего можно ожидать, и ни от кого не требую большего. Поэтому я ни в ком не разочаровываюсь.

Это не очень трудно — быть несчастливым. Гораздо труднее понять: что является счастьем именно для меня?

Не могу напиться с неприятными людьми. Сколько ни пью - не напиваюсь. Они уже напились - а я никак. И чем больше пью, тем больше их понимаю. И чем больше понимаю, тем противней. Никогда не пейте с неприятными людьми.

Альдонса. За что ты полюбил меня, Маттео?

Маттео. Сначала я увидел вас на балконе. У вас был сонный вид, как будто вам все постыло. К этому времени как раз и мне все постыло.

Так и будешь таращиться? У тебя должны быть очи, подобные сияющим звездам!

Луис. С какой стати я обязан быть на него похожим!
С меня достаточно, что я похож на самого себя.

Альдонса. До свидания, милый. Можно, я тебя поцелую?

Маттео. Это лишнее. Пока. Никогда не давайте поцелуя без любви. А ведь вы меня еще не могли полюбить.

Зачем вы оправдываетесь? Я же не спрашиваю, кто к вам должен прийти. Поклонники, начинающие с того, что ревнуют, либо смешны, либо самоуверенны.

Альдонса. Любопытно было бы услышать, с какими дамами еще был знаком ваш господин.

Санчо. Еще в него была влюблена девица Альтидисора.

Альдонса. Тоже принцесса?

Санчо. Это была горничная, но ей едва стукнуло пятнадцать лет. Самая здоровая девушка во всем замке. Но при виде Дон Кихота ей сразу становилось дурно, и подругам приходилось расшнуровывать ей корсет.

Альдонса. Мы корсетов не носим, у нас и так все в порядке.

Распоряжение Сталина: "Картин должно быть мало, но только хорошие". И картин стало мало, но только плохие.