– Слушай, – сказал Горбач, когда до границы восточного сектора оставалось всего ничего. – Ты говорила, что приходила ко мне.
– Да, – смущенно сказала девочка.
– С пирогом, – уточнил Горбач.
– Ну да. Сама пекла, – сказала девочка.
– Он у тебя не с собой? – спросил Горбач.
– Вы разве есть хотите? – удивилась девочка. – Я думала, у вас аппетита нет.
– Я сутки ничего не ел, – признался Горбач. – А он с чем у тебя?
– С крысой, – сказала девочка гордо.
– Хотя знаешь, подождем до обозов.
– Да с печенью он, – сказала девочка и захихикала.
– С тобой не соскучишься, – заметил Горбач недовольно.
Из-за пазухи куртки она достала небольшой сверток и протянула его Горбачу. Он аккуратно развернул его, стараясь не потревожить перебитое предплечье. Пирог невероятно вкусно пах. Сверху на тесте девочка изобразила розочку. Горбач аккуратно отломил половину, оставшуюся половину снова завернул и протянул девочке.
После всех волнений обычный пирог показался Горбачу самым вкусным, что он ел на свете. Умял кусок за полминуты, стараясь не уронить ни крошки.
– Очень вкусно. Ты прямо мастерица. И форты строишь, и пироги печешь. Спасибо, – сказал он.
– Я еще стреляю хорошо, – сказала девочка и погладила рукоять арбалета.
– А с чьей печенью испекла, кстати? – спросил Горбач.
– Крысы, – сказала девочка.
Горбач остановился и сглотнул. Девочка, внимательно следившая за его лицом, снова засмеялась.