Убийство Командора. Книга 2. Ускользающая метафора

– Этикет – он очень важен.

– Вероятно, ты права, – признал я.

– При этом, будь то доверие, уважение или этикет, если что-то перестанет работать, обоюдные правила начнут противоречить, а сама игра выйдет из нормального русла, и нам придется приостановить матч и принять новые общие правила – или же прервать матч и уйти со стадиона. Главный вопрос тогда будет – что из этого нам выбрать.

Мысли в темноте недисциплинированно разбегались во все стороны. Вернее сказать — бежали в направлении без вектора, однако я никак не мог сдерживать их полет. Мысли мои теперь мне были неподвластны. В беспросветном мраке держать думы в узде очень непросто. Они становятся загадочными деревьями и тянут свои ветви в глубь темноты (это метафора).

Раньше я совсем не замечал, какую радость может принести обычный дождь. Насколько полно в нем жизненной энергии. пусть даже это и холодный дождь вначале зимы.

- Не люблю я компакт-диски. Слишком блестят. Вешать бы их под карнизы да отгонять ворон, а слушать музыку на них невозможно. Звук пронзительный и резкий, смикшировано все неестественно, к тому же неинтересно, когда музыка не делится на две стороны.

Ясного солнечного неба никто не обещал, но и ненастья тоже: днем легкая облачность, но без осадков. Вероятно. Чиновники и синоптики - люди не глупые, поэтому таких уклончивых слов, как "возможно" или "пожалуй", не употребляют.Для этого у них есть удобный и никого никчему не обязывающий термин "вероятность осадков".

Он родился, чтобы красиво играть Шопена или Дебюсси. Он был не из тех, кто рожден рубить людям головы.

• А разве где-то существуют те, кто рожден рубить людям головы?

Наши короткие слова, точно ливень жарким летом, в мгновение ока впитались в сухую поверхность действительности.

– Это реквием – произведение, чтобы усмирить духов, успокоить их, исцелить раны, утишить душевную боль. Поэтому для него не имели никакого смысла ни пустозвонная критика, ни хвалы окружающих, ни гонорар. Наоборот, всего этого не должно было быть. Его устраивало, что картина эта написана и существует где-то в этом мире – пусть даже завернутой в бумагу, спрятанной на чердаке подальше от людских глаз. И я хочу уважить его желание.

Отказаться от первых предложений – сие железные правила ведений дел.

Все они, родившиеся весной молодыми, поздней осенью неизбежна встречают тихую смерть.