Цитаты из книги Atlas Shrugged

Примите как факт, что вы не всеведущи, - но ведь и роль зомби не даст вам всезнания, - что ваш разум подвержен ошибкам, - но ведь слабоумие еще в меньшей степени избавляет от ошибок, - что самостоятельно сделанная ошибка не столь пагубна, как десяток принятых на веру истин, потому что в первом случае вы еще можете исправить ошибку, а во втором гибнет ваша способность отличить истину от лжи.

Все неприятности современного человечества, - заявил по радио во время торжеств по случаю закладки циклотрона доктор Роберт Стадлер, - происходят потому, что слишком много людей слишком много думают. В этом причина всех наших сегодняшних страхов и сомнений. Просвещенным гражданам следовало бы отказаться от суеверного обожествления логики и устаревшего поклонения разуму. Как обыватели оставляют медицину докторам, а электронику инженерам, так и все люди, не имеющие необходимой квалификации, чтобы думать, должны оставить мышление экспертам и доверять авторитету экспертов. Только эксперты способны понять открытия современной науки, и это свидетельствует, что мысль - иллюзия, а разум - миф.

Для того чтобы жить, человеку следует почитать высшими, основополагающими ценностями следующие: разум, цель, собственное достоинство. Разум — единственный инструмент познания. Цель — выбор своего счастья, которого можно достичь с помощью этого инструмента. Собственное достоинство — нерушимая уверенность в том, что разум способен размышлять и что личность достойна счастья, что значит: достойна жизни. Эти три ценности подразумевают все остальные человеческие добродетели, а все остальные добродетели входят в эти три; все человеческие добродетели проистекают из соотношения сущности и сознания: разумность, независимость, цельность, честность, справедливость, творчество, гордость

Справедливость есть признание того факта, что ты не можешь фальсифицировать сущность людей, как не можешь фальсифицировать сущность природы, что ты должен судить о всех людях так же добросовестно, как судишь о неодушевленных предметах, с тем же уважением к истине, с тем же неподкупным подходом, с таким же чистым и разумным процессом отождествления, что о каждом человеке нужно судить по тому, что он есть, и относиться к нему соответственно. Как не платишь за ржавый хлам более высокую цену, чем за блестящий металл, так ты не ценишь подлеца выше героя; твоя моральная оценка – это монета, которой ты платишь людям за их добродетели или пороки, и эта плата требует от тебя такой же скрупулезной честности, с какой ты проводишь финансовые операции. Сокрытие своего презрения к людским порокам есть акт моральной подделки, а сокрытие восхищения добродетелями людей есть акт морального утаивания; ставить какие-то другие интересы выше справедливости значит обесценивать свою моральную валюту и обманывать добро ради зла, поскольку только добро может потерять из-за отсутствия справедливости, и только зло может выиграть; наказание людей за их добродетели и награждение за пороки представляет собой яму в конце этой дороги, моральное банкротство, падение к полной греховности, черная месса в культе смерти, посвящение своего сознания разрушению существования.

– Беда нашего современного мира заключается в том, – сказал доктор Роберт Стэдлер на церемонии закладки циклотрона, – что слишком много людей очень много думают. В этом причина всех нынешних страхов и сомнений. Все просвещенное население должно оставить суеверное поклонение логике и вышедшее из моды доверие к разуму. Как неспециалисты оставляют медицину врачам, а электронику – инженерам, так и люди, неправомочные мыслить, должны предоставить все мышление специалистам и верить в их высший авторитет. Только специалисты способны понять открытия современной науки, доказывающие, что мысль – это иллюзия, а разум – миф.

«Нужно бежать от Джима», – думала она. «Куда?» – спросила она себя, бросая по сторонам взгляды, напоминающие крик о помощи. Она схватилась бы за любую работу – в магазине уцененных товаров, вот в этой прачечной, в любой из унылых лавочек, мимо которых шла. Но чем усерднее она станет работать, тем больше злобы встретит, не будет знать, когда от нее ждут правды, а когда лжи, но чем честнее будет, тем больше обманов получит взамен. Она уже навидалась и натерпелась их сполна в родительском доме, в трущобных забегаловках, но думала, что это мерзкие исключения, случайное зло, которое нужно оставить позади и забыть. Теперь она понимала, что это не так, что таков принятый всем миром моральный кодекс, что это кредо жизни, известное всем, но никем не названное, сквозящее в тех хитрых, виноватых взглядах, которые она не могла понять, и что в корне этого кредо, сокрытого молчанием, поджидающего ее в подвалах домов и в подвалах людских душ, есть нечто, с чем невозможно жить.