Тёмная Башня. Том 3

Здесь нет времени. Это место в межвременье; место, где тени отменены, а время затаило дыхание.

Теперь он ушел тем же путем, и это всего лишь старая дверь, которая никуда не ведет.

Если уж ставить вопрос ребром, как мог кто-нибудь знать, что он - не персонаж истории, сочиненной каким-то писателем, или не мимолетная мысль, мелькнувшая в голове едущего в автобусе чмо, или не пылинка в глазу Бога?

Ты делаешь то, что должен, и я сделаю то, что должен, а потом посмотрим, кому достанется ярмарочный гусь.

Все дыхание идет от женщины.

Храбрость — добрая сестра того, что Эдди, случалось, называл «сердцем».

Все всегда заканчивалось пятью минутами крови и глупости.

Он (Эдди) подозревал, что иногда в своей жизни, наверное, сталкивался с добротой, да только, честно говоря, никак не мог вспомнить, когда и кто относился к нему по-доброму.

Сколько раз люди сознательно отказывались признавать, что с ними говорит Бог?

У тебя зуд в ногах, друг мой. Который зачастую составляет компанию вот этому.- Рудбахер опрокидывает воображаемый стакан, который якобы держит в в покрасневшей от мытья посуды руке. - Когда зуд в ногах подхватывает взрослый человек, он практически неизлечим. И вот что я тебе скажу: если бы не жена, которая всё ещё неплохо трахается, и двое детей в колледже, я бы собрал вещички и присоединился к тебе.

Эдди хотел спросить его, что он думает по поводу человека, говорящего: "Ну, из них мою жену изнасиловали только двое", - но промолчал.

Я такой, каким меня сделали ка, Король и Башня. Мы все такие. Мы загнаны в рамки, из которых нам не выбраться.

Боги оставляют знамения, люди – машины.

Время, к такому выводу пришел Эдди в тот период, по большей части воздается внешними событиями. Когда случается много всякого и разного, оно вроде бы бежит быстро. Если же не случается ничего, кроме привычной рутины, оно замедляется. А когда вообще ничего не происходит, время просто исчезает.

Бородавки можно вывести при помощи раскаленного железа, но это не означает, что они не появятся у человека, который расположен к бородавкам.

За обедом серьезных разговоров не велось («Еда и дела несовместимы» — гласил один из постулатов Роланда)

Человеку нет никакого смысла представлять себе, что его планы порушились.

Когда мы говорим: "До свиданья", - и нам говорят: "До свиданья", - эти слова означают, что мы еще живы.

Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.

Призывай всех богов, каких хочешь, только не забывай, что я их всех полагаю ложными.