Франкенштейн

Heavy misfortunes have befallen us, but let us only cling closer to what remains and transfer our love for those whom we have lost to those who yet live.

Неужели я не достоин свершить нечто великое?

A mind of moderate capacity, which closely pursued one study must infallibly arrive at great proficiency in that study.<...>

The time at length arrives when grief is rather an indulgence than a necessity; and the smile that plays upon the lips, although it may be deemed a sacrilege, is not banished.

Обстоятельства его брака столь ярко рисуют его характер, что я должен о них поведать. Среди его ближайших друзей был один негоциант, который вследствие многочисленных неудач превратился из богатого человека в бедняка. Этот человек, по фамилии Бофор, обладал гордым и непреклонным нравом и не мог жить в нищете и забвении там, где прежде имел богатство и почет. Поэтому, честно расплатившись с кредиторами, он переехал со своей дочерью в Люцерн, где жил в бедности и уединении.

Он берёг её, как садовник бережет редкостный цветок от каждого дуновения ветра, и окружил всем, что могло приносить радость её нежной душе.

Людская опытность слепа

В молодости, - сказал он однажды, - я чувствовал себя созданным для великих дел. Я умею глубоко чувствовать, но одновременно наделен трезвым умом, необходимым для больших свершений. Сознание того, как много мне дано, поддерживало меня, когда другой впал бы в уныние; ибо я считал преступным растрачивать на бесплодную печаль талант, который может служить людям... Я был наделен одновременно и живым воображением, и острым, упорным аналитическим умом.

Не возвращайтесь к вашим близким с клеймом позора. Возвращайтесь как герои, которые сражались и победили и не привыкли поворачиваться к врагу спиной.

я ни от кого не зависел и ни с кем не был связан, и оплакивать меня было некому, когда меня “возьмет таинственная чаша