The Rotters' Club

Я села в душный поезд и открыла эту книгу, сама не знаю, почему, так вышло, и страница за страницей, она увлекла меня, хотя было в ней и что-то печальное, такое, знаете ли, типично английское в самом дождливом и промозглом смысле этого слова, то, отчего именно англичане придумали это меткое слово spleen, вся эта безысходность холодных и тяжких лет Британии 70-х навалилась на меня, а мне и без того было тошно - мало мне своих ссор, да и палец я искалечила, что вся ступня ноет, так еще и тут каждый герой как-то совершенно по-своему несчастен, и я в какой-то момент закрыла книгу и подумала - да о чем же она, что же это такое? - а потом этот мутный водоворот затянул меня обратно, и я дочитала до той главы, что лучше всех открывает мысли Бенжамина, до этого безотрывного потока эмоций, и влюбилась в эту книгу, и в каждого ее усталого героя, а она взяла вдруг и закончилась, оглушив меня недосказанностью, но даже это ее не портит, потому что все люди в ней - они живые, настоящие побольше, чем некоторые из тех, что вокруг, и по каждому из них я, наверное, даже буду немного скучать, так, тихонько, такое типично английское ощущение, как будто и я закончила какую-нибудь закрытую школу и впереди меня ждет какое-то неясное будущее, и оно явно будет лучше, чем прошлое, но почему-то все равно жаль, но ведь будущее всегда бывает лучше, пусть жизнь и дерьмовая штука, что ни скажи, а, все-таки, хорошая тоже, к тому же, другой не будет, поэтому и остается только прожить ее, как эту книгу, страница за страницей, и ни о чем не жалеть.

Первый час, а я только оторвалась от книги. И пожалуй она стоила этой красноты глаз, нескольких несвареных обедов и пары решительно прерванных разговоров.

Эта книга-дневник. Не знаю как вы, а я питаю некую слабость к такому стилю изложения, особенно если записи ведутся от лица нескольких героев. Сам метод подразумевает предельную (насколько хватит таланта автора) откровенность и достоверность. И, надо сказать, Джонатан Коу справился с этой задачей довольно хорошо. Не отлично, увы, ибо я ловила себя на том, что он порой жертвует достоверностью в угоду литературным капризам: где-то добавляет излишней сентиментальности, где-то, наоборот, не хватает чувственности описания, особенно неправдоподобным мне показалась такая концентрация таланта и чрезвычайных событий, выпавшие на долю относительно узкого круга лиц. Хотя, допускаю, это все мои придирки, вызванные излишней благосклонностью к автору предыдущей прочитанной книги - Робертсону Дэвису. На мой субъективный взгляд Коу ему значительно уступает именно в достоверности.

Но все вышеописанное - это не более чем придирки любящего человека к предмету своих чувств. Ведь чем ближе для нас человек, тем мы к нему порой строже. Согласитесь, вы не станете упрекать чужого человека за то что он не помыл чашку или вовремя не повесил полку в ванной. Однако, как бы критично мы не относились к своим близким, мы их любим, безмерно, безумно, и, чем больше узнаем об их недостатках, тем больше любим. Ведь так? Так у меня и с "Клубом ракалий". Я вижу его недочеты (в моих глазах; естественно, я не претендую на объективность), но от этого роман не становится чужероднее, а наоборот, как-то ближе и роднее.

Чудовищно близкими становятся герои. Читать последние страницы было тяжело от осознания того, что я их могу потерять навсегда. Ну или до следующего перечитывания.

Да, если вдруг кому лень читать остальные рецензии и нужно срочно-обморочно узнать о чем книга, скажу: о вечном. О дружбе, о любви, о взрослении, о творчестве. Ну чем не оливье?
Всего по чуть-чуть и так вкусно. Ням-ням. Буду читать Коу дальше.

Вот просто идеальная книга. Почти что. Авторские стиль, слог, юмор и прочие дела неистово зашли. Просто неистово. Окромя концовки, безмерно и слащаво затянутой. Я аж прям расстроилась, ибо пришлось снизить полбалла опосля прочитанного. В общем, ежели мне понравится и дальнейшее знакомство с коу, то, пожалуй, добавлю его в свой писательский топ.

Короче. На дворе семидесятые годы прошлого века. Английская провинция. И эти простецкие английские ребята и частично даже их родители - довольно-такие образованные британские гопники. Знакомые с классикой любого рода: и в литературе, и в музыке, и вообще. И с претензиями на какие-то жизненные достижения в будущем. То есть уровень культуры, несмотря на бешеные, напоминаю, семидесятые годы с его панк-культурой и прочими бунтарскими прелестями - очень даже высокий.

И вот они все живут-поживают в этой своей провинции и решают очень разные проблемы. Взрослые топят за профсоюзное движение, имеют любовниц и любовников, борются за сохранение браков и наоборот, гонят на мигрантов, якобы отнимающих их хлеб, поднимают расовые вопросы и все такое прочее.
Молодняк бурлит гормонами, смотрит на мальчиков и девочек, то есть влюбляется или просто бурлит гормонами, слушает очень разную музыку, измывается над одноклассниками, третирует сиблингов, занимается спортом, верует в бога и все такое прочее.
И, конечно, попивают и покуривают всякое вне зависимости от возраста. Жизнь бурлит на задворках британской империи!

И даже происходят очень жестокие и кровавые теракты, опосля которых кто-то теряет любовь всей своей жизни. Очень трагически и вместе с тем эффектно теряет. Попутно попадая в психушку.
То есть ирландский вопрос стоит очень остро. Не слабее расового. А еще в этой книге есть прототип чеховского капитана соленого - одного из моих любимейших персов. Это когда тип - снаружи весь такой говнюк, говнюк. Но ежели копнуть глубже... то натыкаешься на тонкую душевную организацию и страдающую душу. Но это невидимые и горькие слезы жестокого шута, третирующего окружающих. О, как я обожаю таких персов. Нда.

Впрочем, главгер - оч. милый мальчик с обычным именем, дурацкой фамилией и без особого честолюбия. Зато влюбленный в красивую нимфоманку из соседней школы. Долго влюбленный, настолько долго, что просто ёмоё какое-то. Именно из-за него я и снизила оценку этой истории. Нет, так-то он отличный парень: добрый, верный, хороший сын, брат и друг. Но, черт возьми, не перевариваю я эту сентиментальную, слащавую драмомень, которой он так неистово и наивно предается в финале.

В общем, рекомендую для прочтения. Хотя смертей и всяких драм там многовато, наверное. Для чувствительных натур. Но зато каков слог, каков юмор. Рекомендую, короче.

Этот роман поистине редчайшее удовольствие для читателя. Бесспорно. Дж. Коу в очередной раз поразил и подарил незабываемые часы, проведенные в обществе героев, каждый из которых стал по-своему близок. Такие живые-живые и родные-родные. У всех них свои проблемы, большие и малые, серьезные и не очень, взрослые и подростковые. И как же радуешься и переживаешь вместе с ними и за них. То хочется рыдать, то смеешься в голос, то держишь за них кулачки, то хочется топнуть ногой, помахать кулаком и разогнать черные тучи, нависшие над ними. Вот тот самый роман о жизни, хитросплетенный из множества сюжетных линий. Увлекательный и занимающий все твое внимание и чувства. А уж эмоций-то, эмоций… Ох мамочки!!! В очередной раз убедилась в неземной любви к творчеству Дж. Коу, да и к английской литературе в целом! Так тонко писать и шутить могут только англичане!!!

Роман о взрослении, об обретении своего Я и места в эпоху 70-х, когда нет стабильности и никаких основ, и то, что было модно и популярно сегодня завтра будет забыто. Легко и без проблем. Неустойчивая политика и смена власти, борьба профсоюзов за улучшения труда, митинги и забастовки, надежды, заведомо обреченные на провал, расизм, лицемерие и пафос, прогнившие насквозь политики. А в школах учится подрастающее поколение, будущее страны, которую пока что штормит из сторону в сторону. У подростков свои заботы, печали и радости. Искренняя дружба, мечты и амбиции, музыка и творчество, первая любовь и страсть, первый секс – вот что волнует и будоражит их мир. И пусть весь мир подождет. Даже не представляла, что буду читать с таким восторгом о жизни подростков, да еще и так сопереживать им. Классно! Это видимо все кудесник Дж. Коу.

Это история без начала и конца. Это мгновения, собирающиеся в картину повседневной жизни. А, как известно, вся наша жизнь наполнена ими. И некоторые настолько прекрасны и незабываемы, что вспоминаются снова и снова. И только за это уже можно любить и ценить жизнь. Вот за эти самые прекрасные моменты, которыми она щедро нас одаривает, хотя порой она неумолимо мрачна.

P.S. Отличный роман, вызывающий не только бурю эмоций и переживаний, но и заставляющий поразмышлять. А самое прекрасное то, что у него есть продолжение, за которое я уже жадно ухватилась. Безумно интересно узнать как дальше сложится жизнь у уже так полюбившихся героев!!! Предвкушаю!!!

Бирмингем, английская провинция. Лонгбриджская фабрика – едва ли не единственное предприятие, обеспечивающее рабочими местами тамошних жителей. Эпоха 1970-х. Теракты ИРА, деятельность профашистской «Ассоциации народа Британии», выборы в парламент, забастовки заводских рабочих, борьба профсоюзов за их права, жестокая расправа полиции с пикетчиками. На этом фоне взрослеют дети, мало что понимающие в политике, в этом непостижимом мире, «бесконечной игре человеческих отношений, отношений политических, культур, историй». Единственной опорой в этой сложной действительности им представляется мир музыки, «исполненной знания, ума и юмора, мечтательности, энергии, надежды».

Три друга, Бенджамен Траккалей, Филип Чейз и Дуг Андертон, учатся в элитной (по бирмингемским меркам, конечно) школе. Они и их одноклассники выпускают школьную газету, ставят спектакли, играют в музыкальной группе, оттягиваются на вечеринках, влюбляются, познают первые радости секса. Здесь не идёт речи о конфликтах с родителями. Показаны просто мгновения жизни обычных подростков. Но ведь «в жизни существуют мгновения, достойные того, чтобы облечь их в слова, мгновения столь насыщенные, настолько пропитанные чувством, что они становятся вневременными…»

Каждый из ребят по-своему талантлив или, во всяком случае, не лишен способностей. Бенджамен пишет музыку и мечтает стать литератором, из Дуга явно получится отличный журналист, Стив Ричардс – единственный темнокожий на всю школу, – одаренный спортсмен. Даже Сисили, казавшаяся мне поначалу лишь красавицей-пустышкой (помните, в каждом классе есть такие девочки, по которым сохнут все?), начинает писать неплохие стихи. Все по-своему симпатичны. Исключение составляет разве что Пол, младший брат Бена, этакий enfant terrible, которому периодически хочется настучать по голове (представляю себе, что из такого вырастет впоследствии!).

Есть книги, в которых действие разворачивается в двух временных планах: современность плюс эпоха молодости главного героя или его родителей / бабушек-дедушек. «Фишка» же этого романа, на мой взгляд, в том, что хоть повествовательных пласта здесь тоже два (мир детей и мир их родителей), но они синхронны и, на первый взгляд, автономны.

Родители Бенджамена и Филипа резвятся на званом ужине под влиянием рислинга, им нет сорока, они вполне молоды и задорны. Чейзы переживают семейный кризис: мать влюбилась, как девчонка, в краснобая-учителя сына, бегает на платонические свидания, где с восторженным обожанием слушает его разглагольствования о живописи, а отец-работяга усиленно занимается собственной речью, чтобы побить «соблазнителя» на его же поле. Билл Андертон, один из профсоюзных лидеров фабрики, болеющий душой за свое дело, попутно крутит интрижку с юной секретаршей.

Однако мир подростков оказывается вовсе не изолированным от мира взрослых. Точки их схождения порой комичны (как отношения матери Филипа с его учителем, тошнотворным Сливовым Сиропчиком), порой трагичны (как роман мистера Андертона со старшей сестрой Клэр). Кроме того, в обычную жизнь английских подростков входят и социальные проблемы, чрезвычайно болезненные для Великобритании. Дядя Сисили, валлиец, гневно обвиняет англичан в колониализме и жестокости, в его словах звучит многовековая ненависть порабощенных ими валлийцев, шотландцев, ирландцев, которым вменяют в преступление «даже ведение собственных дел на … родном языке», – и Бен впервые задумывается о дискриминации этих народов. Во снах Бену являются однажды увиденные им ряды полицейских с дубинками, жестоко подавляющих демонстрацию рабочих. Жертвой теракта становится его сестра.

Однако при всём при том книга получилась светлая и жизнеутверждающая. Кончается школа с ее радостными открытиями и печальными эпизодами, с веселым общением, влюбленностями, дружескими посиделками, разочарованиями, розыгрышами, невинными и не очень. Впереди взрослая жизнь. У каждого своя дорога. Об этом очень точно говорит Бен:

Охваченный первой любовью, Бен замечает: «Для меня важно, чтобы все были так же счастливы, как я…». В этом состоянии эйфории он очень любит свой город, в котором вдруг обнаруживает «метафору наших чувств», «выполненную в натуральную величину схему наших сердец». Он с благодарностью думает о школе, учителях, познакомивших его со всем тем, что теперь отзывается в душе, поддерживает в жизни.

Не обошлось здесь и без тонкого английского юмора, однако поставленный кем-то тэг «юмористическая литература» будет здесь явной натяжкой.

Почему же не поставила книге полную «пятерку»? Мне не понравилось, что о юности родителей, пришедшейся на 70-е, повествует их дочь, опираясь где-то на рассказы матери, где-то на сохранившиеся письма, статьи из школьной газеты и прочие источники. Такой себе приём, прямо скажем. Ну откуда ей знать, что чувствовали «герои» ее рассказа? И как может адекватно передать атмосферу эпохи человек, к тому времени даже не родившийся?

После необдуманно начатого третьей частью знакомства с трилогией, читать первую, вроде как, поздно. А не читать невозможно. Когда узнаешь, кто перевел. Мне и прежде с Джонатаном Коу везло: "Карликов смерти" делал Немцов, "Срединную Англию" Шаши Мартынова, я давняя поклонница их творческого дуэта.

Но Сергей Ильин любовь на все времена. Было время, еще до того, как узнала о Фантлабе, когда целенаправленно искала его переводы. Сейчас перешла в более спокойный режим обожания, воспринимаю всякую случайную встречу, как подарок. И вот тут самое время сказать о его находке с клубом Ракалий (ракалья - примерно то же что каналья, негодяй, пройдоха, выжига и плут).

Это непростая и очень занятная вещь. Дело в том, что оригинальное название романаThe Rotterps` Club , рождает у англоязычного читателя сразу несколько ассоциаций: 1. созвучие с фамилией героев Троттеры, которое именно заставило Бена назвать диск Hatfield and the North "нашей музыкой".

2. Собственно диск 1975 года (в книгах Коу музыка всегда играет немалую роль). Название второго и последего альбома кентерберийской группы можно вольно перевести как "Клуб негодяев". 3. И есть еще тема Ротари-клуба - неправительственной благотворительной организации мирового бизнес-сообщества. Видите, как много всего и сразу (это я еще не сказала о "рысаках" - прямом значении фамилии).

Теперь представьте, что то же богатство референций нужно перенести в русскоязычное пространство. Совсем без потерь никак, но Сергей Борисович делает удивительной красоты вещь. Он меняет фамилию центрального персонажа с Троттерс на, не меньшей для русского слуха английскости, Тракаллей. И сохраняет "Клуб Ракалий" без существенных смысловых потерь.

Что позволяет расширить значение до изначально предполагавшегося в оригинале. Не просто сообщество, включающее брата и сестру одной отдельно взятой английской семьи (а Пола не примем, этому мелкому говнюку у нас не место). И не круг школьных друзей, порой ведущих себя в отношении кого-то из членов удивительно мерзко. Но жизни вообще, в которой всем нам время от времени приходится выступать теми еще мерзавцами, хотя внутренне все мы тяготеем к добру.

Итак, начало нулевых, женщина с юной дочерью встречает во время туристической поездки в Берлин мальчика из своего прошлого в сопровождении сына. Молодым людям, ровесникам, приходится без особого восторга проводить время в обществе друг друга, пережидая вновь вспыхнувший взаимный родительский интерес.

А поскольку общих тем для разговора у них немного, беседа за столиком ресторана поневоле обращается к прошлому "стариков", позволяя действию соскользнуть в конец семидесятых - время, на которое пришлась юность родителей.

И это будет восхитительно. Ну, то есть, понимаю, что пристрастна и встреча с текстом Сергея Ильина сама по себе в числе вещей, способных доставить физическое, почти физиологическое наслаждение. Но если абстрагироваться, книга тоже хороша необычайно.

Представьте себе Срединную Англию времен Тетчер. Огромная роль профсоюзов, бесконечные забастовки, которые не были плодом советской пропаганды, как оказалось.

О политкорректности и сверхтолерантности никто еще слыхом не слыхивал, дать единственному чернокожему ученику прозвище "дядя Том" норма. Гомосексуальность не то, чтобы не приветствуется, ее просто нет (ну или есть, как анекдотический предмет).

В фокусе внимания несколько семей. Собственно круг соучеников главного героя с их семьями. Школа частная, потому предметом явится английский средний класс конца семидесятых прошлого века. Городок небольшой, потому среди учеников представлены все градации: от верхней границы достойной бедности (Ричард) до низа (Бен), середины (Фил) и верха (Дуг) среднего класса.

Сын профсоюзного лидера учится с отпрыском топ-менеджера фабрики, и вражда отцов не мешает мальчикам дружить. Они влюбляются (не друг в друга), делают всякие глупости и кое-какие умности, вторых значительно меньше. Переживают первое столкновение с насилием и чудовищной несправедливостью мироустройства. Тычутся наугад слепыми щенками, ища своего пути.

А родителям сорок и они полны сил. И кровь у них еще ого-го, как играет, а в браке уже давно, борщ каждый день приедается, и столько соблазнов вокруг. В целом, то еще броуновское движение на материале простых обыденных вещей. Такая удивительная книга. Дико смешная, грустная до слез, страшная. Полицейский разгон пикетчиков - просто физическая жуть. Дивная книга.

Один из моих любимых жанров современной литературы - история взросления с живыми, хорошо прописанными персонажами. Несколько сюжетных линий данного произведения развиваются на фоне известных политических и исторических событий 70-х годов прошлого века в Англии. Нашлось место и для ирландских националистов, и для профсоюзных и общественных деятелей и даже для рок-музыкантов.

Я помню, у нас много писали про забастовки английских шахтеров и помощь их семьям. Правда, все это происходило немного позже описываемых в романе событий, но истоки стачечного движения зарождались именно в 70-х годах, когда рабочим приходилось отстаивать свои права, например, "на чистоту" - возможность принимать душ в рабочие часы без потери в зарплате и другие.

Интересное название у романа. Вообще, кто такие ракалии я узнала когда прочитала уже две трети книги. Замысла автора не поняла, так как ни Бенжамен, ни его сестра Лоис на ракалий не тянут, а ведь только они в этот самый клуб ракалий входят, по утверждению Бенжамена! Зато некоторые другие персонажи - вполне! Например, Билл. Или Калпеппер. И много кто еще.

Но как же хорошо автор владеет словом! Люблю его за слог, чувство юмора и за то, что роднишься с его персонажами во время чтения - так реально он их описывает, что кажется, что речь идет о хорошо и давно знакомых тебе людях. С большим удовольствием читала замечательные статьи (даже за авторством шутника Гардинга) старшеклассников в школьном журнале. Вместе с персонажами вспомнила и свои школьные годы с их юношескими волнениями и переживаниями. Рада, что впереди меня ждет продолжение этой истории!

У Коу мне очень понравилась одна книга: "Пока не выпал дождь". "Дом сна" оставил равнодушной, "Клуб ракалий" не понравился совсем. И всё-таки отрицательную оценку не ставлю, потому что Джонатан Коу на самом деле очень хороший писатель. Мне безумно нравится как он пишет, но абсолютно не интересны его герои, а сюжеты так и вовсе вызывают неприятие и зевоту.

Почему эта книга оказалась "не моей:
— Мне абсолютно не интересна политическая жизнь Англии 70-х годов. Все эти профсоюзные движения, забастовки, взрывы, стычки с полицией — мимо, мимо, мимо. Мне стоило отказаться от чтения этой книги уже тогда, когда я прочитала, что одной из линий развития сюжета будет политическая борьба.
— Проблемы подростков, которые скатываются исключительно к бурлящим гормонам. Из-за этого я терпеть не могу американские книги о школьниках. Тут оказалось то же самое. Все подростки мира одинаковы. У всех похожие проблемы. Тут дело даже не в них, а в подаче материала. Мне не нравится такая. Все эти метания мальчиков-девочек, половые акты и "яркие" словечки только раздражают. Не моё.
— Весь роман казался каким-то сырым, недоработанным, обрывистым и неоконченным. Я знаю, что есть продолжение (которое читать, скорей всего, не буду), но это абсолютно ничего не значит. Если "Клуб ракалий" позиционируется как отдельная книга, то она должна быть цельной сама по себе. Если это такой стилистический приём, то он мне тоже не по вкусу.

Короче, полный провал. Пожалуй, не буду я больше читать Коу, хоть он и хороший писатель.

Это роман-дневник, роман-кусочек настоящей жизни, роман взросления и воспитания, роман-метафора.
Несмотря на время действия и погружение в эпоху семидесятых, причем настолько достоверную, что в свое время журналисты задавались вопросами, а не носил ли Коу с собой диктофончик, чтобы воссоздать атмосферу тридцатилетней давности, книга вне времени, потому что вопросы, поднимаемые в ней, не сиюминутны, а волнуют каждое поколение. Ну серьезно, откроем сегодняшнюю газету и что там: лживые политики, озабоченность трудящихся своими правами, объединение и разобщение, сепаратизм, терроризм, национализм, социальное неравенство, травля в школе, первая любовь, мечты о славе. Все ровно то же, что в романе Коу с поправкой на имена.

Поначалу путаешься в том, кто кому кто, но довольно быстро втягиваешься, и не замечаешь, как книга засосала в себя, как все проблемы, метания и чаяния героев становятся близкими и родными. Школьники, на первый взгляд равные в школьной жизни, с их извечным соперничеством, а потом взрослая жизнь расставляет все на свои места согласно принятому рангу привилегий. Взрослые семейные люди, состоявшиеся в профессии, тонут в рутине и пытаются ее менять тайными романами или хотя бы мечтами о них. Семейные истории, тянущиеся длинным шлейфом и накладывающие отпечаток на подрастающих детей и внуков, такой внушительный, что за опрометчиво брошенную ребенком фразу сверстники готовы его утопить.

Мне безумно понравилась школьная газета, уровень журналистики в ней повыше, чем у некоторых современных серьезных изданий. Я не сказала бы, что ребята такие уж друзья, что в огонь и воду друг за друга, тут просто стечение обстоятельств, что им приходилось в одном коллективе вариться, у всех разные интересы и стремления по жизни, как и разный бэкграунд в плане семей. Так и вышло, что за пределами школьных стен жизнь их развела.

С удовольствием прочитаю продолжение, роман "Круг замкнулся".