Мое преступление

Если блекнут небеса, человек сияет ярче обычного.

представьте, что вы - персонаж детектива. Один из персонажей, не центральный. С вашей собственной жизнью не связана никакая загадка, не старайтесь её разгадать. Но именно поэтому наступает момент, когда внимание читателей, да и автора, - тут мой собеседник усмехнулся в третий раз, - переключается с вас на других персонажей. Окончательно переключается.

Сейчас люди сделались настолько цивилизованными, что жаждут главным образом варварства.

Гэйл снова напомнил себе, что даже поэтам дозволено сходить с ума лишь тогда, когда окружение может это сумасшествие уравновесить.

Короче говоря, это рабы современного образца: прислушайтесь, как звенят их цепи - часовые цепочки, которыми они прикованы к своим собственным жилетным карманам.

...как в нынешних книгах защищают экзальтированных людей или тиранов, приравнивая их к мистикам и поэтам.

Другие оправдывают разврат, называя его свободой чувств.

Красивое восковое изображение может выглядеть куда страшнее, чем уродливый человек.

- Потому что я хочу, чтобы вы дали столь же опрометчивую клятву. Я хочу, чтобы вы произнесли несколько слов - и этим на всю жизнь связали себя с сумасшедшим.

Вам знакомо такое состояние души, когда хочется поднять скандал из-за того, что коврик у двери криво лежит?

Поверь мне: пока ты не узнаешь о человеке самое худшее, тебе не понять, как он может быть прекрасен.

Он изрекал точку зрения пессимиста языком праздно шатающегося гуляки.

Мой друг, хотел бы я поведать вам и всему вашему современному миру один секрет: в людях не отыскать добра, пока не найдёте в них самое худшее.

Дьявол торжествует лишь временно, ибо тот, кто пал, может вознестись.

Люди часто смеются над предчувствием, хотя сплошь и рядом оно - всего лишь логика разума, ведущая войну против оптимизма.

Нынешние убийства, как и в былые времена, имеют хоть какую-то, пусть незначительную или даже извращенную связь с неписаными законами. А нынешние ограбления осуществляются в виде заполонивших мир бумажек и рескриптов и просто-напросто прикрываются писаным беззаконием.

Я скептически отношусь к существованию духов и фей, особенно в тюремных робах.

Чем более одиноким чувствует себя человек, тем больше шансов, что так оно и есть.

– Какая страшная история!.. – сказал он скучным голосом. – Надо было сразу догадаться. Я должен был догадаться, едва вошел и увидел, что там стоит.

– Что же вы увидели? – нетерпеливо спросил Гренби.

– Я увидел всего лишь один доспех, – ответил отец Браун.

Выглядит она так, что самый легкий флирт с нею может окончиться очень плохо.