The Sweetest Oblivion

Иногда просто не остается слов.
А иногда слова только засоряют пространство, которое и так забито неприятными откровениями.

Что такое драма, если не жизнь, из которой вырезали все скучное.

Нельзя быть луной и завидовать звездам.

Всегда находилось слабое место, которое рано или поздно убивало Руссо.
Безрассудство. Идиотизм. Склонность к незащищенному сексу с дешевыми проститутками. Отца сгубила жадность до денег.
Я начинал подозревать, что меня погубит Елена Абелли.

Иногда в жизни наступает такой момент, когда ты четко осознаешь, что делаешь нечто запрещенное, и тебе нужно принять решение перестать или все равно продолжить.

Доминик закинул руки за голову и глубоко вздохнул.
– Вот же хрень, – пожаловался он, пыхтя.
– Курить меньше надо, – сказала я, давясь воздухом в попытке слишком быстро вдохнуть.
Кузен вскинул бровь, дескать, какая в таком случае отмазка у меня.
– Мамино печенье, – бесстыже заявила я.

Женщина – как чайный пакетик. Никогда не узнаешь, насколько крепкой она может оказаться, пока не окажется в кипятке.

Я хотел Елену Абелли, и перспектива развязать войну исключительно ради того, чтобы завладеть ей, звучала все более и более заманчиво, чем дольше я находился в ее присутствии.

Самые лучшие и прекраснейшие вещи в этом мире нельзя увидеть или даже потрогать – их нужно почувствовать сердцем.

Стоит лишь раз ступить на смутную сторону жизни, что полна плотских утех, вернуться назад попросту невозможно. Да и желания возвращаться не будет.

Обычно, когда чего-то хочешь от человека, пытаешься ему угодить.

– Я играла Смерть. Я… высасывала из него жизнь.
Наверное, я неверно подобрала слова, поскольку Николас помрачнел еще сильнее. Вероятно, виной стал глагол «высасывать». Уф!
Взгляд Николаса забирался под мою кожу и заставлял краснеть с головы до пят.
– Абсолютно платонически, – сказала я.
Его глаза сверкнули.
– Если ты касаешься губами мужчины и что-то сосешь, в том нет ничего платонического.

Кто сказал, что у каждой истории должен быть счастливый конец? Ведь именно трагические финалы производят самое сильное впечатление, оставаясь в памяти дольше всего… Мне всегда нравились грустные концовки. Я была реалисткой, а не романтиком.

– Елена, вот скажи мне как женщина… как ты расцениваешь сообщение?
Я помедлила.
– Наверное, она не хочет тебя видеть.
– Секса это тоже касается?
– Ага.
Он помрачнел.
– Черт.
– Пятый размер?
– Ага, – грустно ответил он.
Я сымитировала его тон.
– Мне очень жаль.

То, из-за чего не можешь дышать, не бывает хорошим.

Мелкие проблемы кажутся такими большими, когда ты молод.

Я была мотыльком, летящим на огонь, и стремилась оказаться достаточно близко, хотя и понимала, что спалю дотла крылья.

Зачем оставаться с кем-то, если не собираешься быть ему верной?

За каждым богатством скрывается преступление.

Когда что-то нахваливают, реальность в итоге оказывается сплошным разочарованием.