Мир от Гарпа

Возможно, особая оскорбительность насилия как преступления заключалась для Гарпа в том, что оно вызывало у него отвращение к самому себе - к собственным мужским инстинктам, в иных случаях вполне естественным. Он никогда не испытывал желания кого-либо изнасиловать; но преступление насильника, как казалось Гарпу, заставляет многих мужчин чувствовать себя виноватыми по ассоциации.

А может, телевизор и есть причина рака? — подумал вдруг Гарп, понимая, что на самом деле в нем говорит раздраженный писатель, ибо там, где светится экран телевизора, явно сидит некто, не занятый чтением.

— А ты там был? – спросил Уолт.
— Да, – кивнул Гарп. Он понимал, что всякий рассказчик непременно «там был».

«В этом мире грязных душ и мыслей, – писала Дженни, – ты либо чьято жена, либо чьято содержанка (или попросту шлюха), либо на пути к первому или же второму состоянию».

...повзрослеть и почувствовать, что «Вена скорее музей, где помещается мертвый город, – как он писал Хелен, – чем город, который полон музеев и все еще жив».

...большинство читателей больше интересует, кто он такой, а не что он написал.

«Не всякий захочет переживать чужие страдания как свои.»

– А разве вы не хотите знать, как я умру? – спросил у них Гарп.
Они молчали.
– Я покончу самоубийством, – любезно сообщил Гарп. – По-моему, это совершенно необходимо, чтобы стать окончательно признанным писателем.

«Мужья и другие люди не всегда правильно понимают, что такое изнасилование.»

«Насилие – такое ужасное преступление, которое даже и Богу-то до конца не понять.»