Судьба и характер

Вальтер Беньямин (1892–1940) – выдающийся немецкий философ, эстетик, эссеист, критик, историк литературы и переводчик, один из самых оригинальных теоретиков культуры XX века; неакадемический исследователь, оказавший огромное влияние на различные социальные и гуманитарные науки; мыслитель, чьи идеи заложили основу современного понимания модернизма и предвосхитили ряд ключевых понятий постмодернистской теории. В настоящий сборник написанных в разное время работ Беньямина вошло эссе «Произведение и...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

57 оценок

5
35%
4
49%
3
11%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 73Хотят прочитать 242

Рецензии

shnur77720 сентября 2020 г.
Взгляд из прошлого, опередивший будущее
Литературное наследие известнейшего философа, переводчика, писателя, литературного критика Вальтера Беньямина, к сожалению, не столь богато, чтобы отразить все его взгляды и отлить мировосприятие мыслителя в какую-то единую систему. Скорее оно напоминает мозаику, части которой расположены в другом порядке, а каких-то элементов и вовсе не хватает просто потому, что Беньямин, загнанный в ловушку внешними обстоятельствами не успел их создать. Поэтому, теории автора в большинстве своем излагаются в общих чертах в краткой, но очень емкой и информативной форме. Все его наследие состоит из эссе, рассказов и заметок, тут нет места большой форме, но от этого труды Беньямина нисколько не теряют в качестве.
Условно сборник работ писателя можно разделить на четыре части, в каждой из которых он достиг выдающихся результатов в плане не только философской обработки, но и стилистического оформления. И на первое место стоит поставить его путевые заметки, эпистолярное наследие, дневники и письма. В них отражено отношение Беньмина к текущим реалиям и его умение подмечать ничтожные детали, кардинально влияющие на картину мира в целом (это впоследствии станет одной из главных идей его исторической концепции). В данной книге приведено потрясающее эссе "Москва" и "Теории немецкого фашизма". Первое написано сразу после заграничной поездки Беньмина для привлечения зарубежных спонсоров и издателей. Поездка не увенчалась успехом, но подарила писателю массу разнообразных впечатлений. В "Москве" автор дает волю своему писательскому мастерству и поэтическому воображению. Взгляд иностранца со стороны на советскую столицу эпохи становление коммунизма тридцатых годов - явление воистину обескураживающее и уникальное. Город тут предстает какой-то полумифической страной, которая осмелилась осуществить то, о чем другие только грезили. Наряду с тотальной нищетой и бедностью населения Беньмин отмечает несравненное богатство и мощь народного духа, полного решимости достичь гармонии и заповедных снов не в другой жизни, а здесь и сейчас. Особое внимание философ уделяет культурному началу, прослеживая его во всех ипостасях - от народного творчества в виде сувениров-безделушек, продающихся близ красной площади до эпических постановок большого театра, созданных при мощнейшей поддержке всего государственного аппарата. По данному эссе видно, что Беньямин является сторонником (хоть и не радикальным) марксистских идей и обустроенность советского государства ему куда ближе, чем фашистская милитаристская диктатура.
С критикой по адресу милитаризма и провоенных настроений он обрушивается в другом своем эссе "Теории немецкого фашизма". В нем он анализирует само понятие войны, если можно так сказать, в "эпоху ее технической вопроизводимости". Высказанные им идеи установятся в мировом сознании только спустя тридцать лет, будут приняты на вооружение во время восстаний конца шестидесятых, а также радикально выразятся во всем антимилитаристском кинематографе. Их суть очень проста - само понятие войны в ее консервативном понимании невозможно. Вместо него следует использовать слово "бойня", как это и сделал французский писатель Луи Селин. Ввиду наличия оружия массового уничтожения - химического, биологического, атомного и так далее, численность и подготовка солдат стали играть третьестепенную роль. Один человек, нажимающий на кнопку может уничтожить все живое в радиусе сотни гектар. Это прекрасно выражено в знаменитой фразе из фильма "Апокалипсис сегодня", где командующий американской армией в благороднейших выражениях повествует об опьяняющем запахе напалма по утрам, напалма, которые без единого выстрела уничтожает целые деревни противника, оставляя после себя лишь горы дымящихся трупов. Стоит отметить, что именно это опьянение тотальным техническим могуществом и является сейчас одной из главных проблем современности, этика сейчас сильно отстает от техники.
Вторым важным моментом, на который обращает внимание философ, является экзистенциальное переживание опыта войны. В тридцатых годах он прямо предупреждал, что этот опыт является со всех сторон абсолютно негативным и полностью непередаваемым - именно поэтому о войне почти никогда не говорят сами ее участники, а все ее изображения являются самой приблизительной аппроксимацией. В кинематографе эту идею также воплотили Элем Климов в "Иди и смотри" или Майкл Чимино в "Охотнике на оленей".
Второй, не менее важной сферой деятельности, Беньмина являлась его работа в качестве переводчика. Из-за политических распрей многие его переводы оказались утрачены, однако на протяжении всей жизни, он пристально следил за быстро меняющимися литературными течениями. В этой области он также ясно увидел все будущие тенденции, такие как деконструкция классических литературных форм и создание нового языка. В книге особое внимание уделяется современным автору течениям сюрреализма, творчеству Поля Валери, Марселя Пруста и, особенно, Николая Лескова. Естественно, в разборе каждого из этих писателей, Беньямин лишний раз находит подтверждение для своих теорий. Так, например, в творчестве Пруста он видит прямую аналогию с исторической концепцией хода времени, в которой настоящее всегда является некоей отсылкой к прошлому, а у Лескова он отмечает превосходное литературное выражение такого понятия как "событие", т.е. некоего иррационального факта или явления, разрывающего старую нить времен и зачинающего новую.
Сама по себе концепция исторического развития также нашла выражение в ставшей легендарной статье "О понятии истории". Несмотря на объем в пятнадцать страниц, в ней обозначились сотни идей в самых разнообразных формах и сочетаниях - тут есть и критика прогресса, и упор на важность сигнулярного исторического момента в противовес линейному историческому развитию и христианские, мифологические и провиденциальные мотивы. В целом, для ее описания понадобится не один том.
Наконец четвертая и самая известная сфера исследований Беньмина - искусство в современную эпоху. Пожалуй, на сегодняшний день, она же является самой актуальной и абсолютно современной темой. Фактически, тут нашли выражение буквально все идеи, позднее разработанные до абсолюта Жаном Бодрийяром - это касается и полной утраты переживания (сегодня это пережевывание) искусства из-за его медийности и отсутствия как таковых событий, о которых можно было бы рассказать просто потому, что сам по себе жизненный опыт обесценен и принижен сферами масс-медиа, показывающими прекрасную жизнь настоящих людей с одной стороны и ужасы социальных проблем с другой. Даже сама утрата ценности смерти, позднее ставшая центром повествования в работе Бодрийяра "Символический обмен и смерть" получила в статье Беньямина тридцатых годов свое полное выражение.
Резюмируя, следует сказать, что Беньямина не только можно, но и нужно читать, чтобы хоть немного начинать понимать современность и мыслить само ее существование в критическом ключе. Он относится к разряду философов, по сердцу которых прошла трещина нового времени. В нем еще не угас огонь настоящей идеологии великих немецких мыслителей девятнадцатого века, но в то же время он как никто провидит будущее и все, что с ним связано. Само его существование - уникальное, сингулярное явление, таких людей больше никогда не родится. Но при этом, их время еще даже не настало.
Читать далее
13
539
daphnia30 ноября 2021 г.
Свого часу поява звичного вже сьогодні друкарського станка стала причиною революції (яка, на щастя, обійшлася без спалення міст та відрубування голів). Революції у мисленні, а головне – у ставленні до такого штучного (колись) товару, як книга. Десятки, сотні, тисячі однакових книг, що не відрізняються одна від одної – а головне, й від оригіналу! – жодною плямкою. Переписування книжок у монастирях відійшло у минуле разом із затребуваністю майстрів та підмайстрів, які вміли малювати красні літери, тримати рівність рядку та і взагалі якось не відволікатися від копіювання вручну.
Через кілька століть (які явно супроводжувалися болісними рефлексіями, які ми, на щастя, так ніколи і не прочитаємо, бо фейсбук вигадали дещо пізніше), людство стикнулося із черговою революцією, яку скрізь оптику свого світобаченням намагався описати Вальтер Беньямін. Із революцією технічного прогресу.
Будь-який витвір мистецтва тепер міг бути скопійованим – технічно відтворюваним! – будь-ким. Ці нескінчені ідентичні копії так налякали молодого філософа, що він, спочатку спитавши, так і що ж тепер буде із оригіналом, потім несвідомо (?) заклав основи для того, аби популярну культуру демонізували до стану майже фашизму. Нема, каже автор, в цих ваших фейсбуках, тобто кінотеатрах і популярних книжонках аури, яка є у справжніх витворів мистецтва, а копіювання їх позбавляє й оригінал справжності. І взагалі мистецтво перестало змушувати напружувати відчуття та уми, а стало на рейки розважального.
Але, тут же каже нам йуний трішки шизофренічний марксист, це харашо! Бо час зараз революційний, елітарне мистецтво має померти і на зміну йому має прийти революційні народні маси із їхньої масовою культурою. Ура, товаріщі.
Історія-то потім показала пану Вальтеру, як сильно він помилявся, але вже було запізно. Амінь.
Читать далее
4
424

Все рецензии

Цитаты

killslumber14 августа 2021 г.
Ведь любая страсть граничит с хаосом, а страсть коллекционирования - с хаосом воспоминаний
("Я распаковываю свою библиотеку")
2
173
nbvjatq916 марта 2019 г.
... когда с появлением первого действительно революционного репродуцирующего средства, фотографии (одновременно с возникновением социализма), искусство начинает ощущать приближение кризиса, который столетие спустя становится совершенно очевидным, оно в качестве ответной реакции выдвигает учение о l'art pour l'art, представляющее собой теологию искусства.
("Произведение искусства в эпоху его технической производимости")
2
435
nbvjatq916 марта 2019 г.
Например, с фотонегатива можно сделать множество отпечатков; вопрос о подлинном отпечатке не имеет смысла. Но в тот момент, когда мерило подлинности перестаёт работать в процессе создания произведений искусства, преображается вся социальная функция искусства. Место ритуального основания занимает другая практическая деятельность: политическая.
("Произведение искусства в эпоху его технической производимости")
1
407