Месть

Ученых сначала судили, а потом возносили. Бога распяли до того, как стали ему поклоняться.

Клянусь, мужчины так заняты поиском врагов, что забывают заводить друзей.

Хвост из тел, или хвост из свидетелей - таков выбор.

Однажды, когда отметины на спине были еще свежи, Эли сказал себе, что у него растут крылья.

– Ты никогда не доедаешь. Разве твои родители не рассказывали, как полезно есть овощи?
– Нет, – мягко ответил Виктор, – они велели мне раскрыть свою психику и понять свой истинный потенциал. Про овощи речи не было.

Каждый конец - это начало чего-то нового.

В следующий раз, когда нацелишь на кого-то оружие, убедись, что готова нажать на курок.

Какой смысл иметь красивые вещи если нельзя ими похвастать?

Некоторые люди были спичками, немного света и никакого тепла. Некоторые были как печи, море тепла, но мало света. А некоторые были кострами, такими горячими и яркими, что невозможно стоять слишком близко и не сгореть.

Не могу исправить смерть, но могу залечить насилие.

Нормальность переоценивают.

His eyes met Victor`s, and for a second neither man moved.
Run, thought Victor, and he could see the response in Eli`s coiled frame.
Chase me.

Victor`s always been terrible at staying dead.

Blood is always family, but family doesn’t always have to be blood.

Всю жизнь Марселы мужчины смотрели на нее с вожделением, желанием. Сегодня было по-другому.

Это был страх.

Вот и хорошо.

– Поздравляю. Похоже, у вас появился новый охотник.

– А у тебя подражатель, – огрызнулся Стелл.

Он любил штормы – они заставляли его чувствовать себя маленьким, крупицей в огромном мире, каплей воды в ливне.

– Волшебник не раскрывает своих секретов, – мягко сказал Эли.

– Ты не волшебник – ты убийца.