Малиновый пеликан

– побойтесь бога. Неужели вы и ваши приближенные не можете себе представить, что обыкновенный гражданин
нашей страны может сам, без всякого госдепа и совершенно бескорыстно, переживать за судьбу своей родины и народа, который достаточно настрадался и желает жить в мире, покое, без всяких катаклизмов и войн.
– А что говорит об этом сам народ?
– Народ, – говорю, – ничего не говорит. Он, как всегда, безмолвствует.

у нас почему-то считается, что коньяк пахнет клопами. Это ни на чем не основанная глупость. Коньяк пахнет коньяком, а клопами пахнут только клопы.

Пассажирами были люди всяких современных профессий: дилеры, менеджеры, провайдеры, промоутеры, девелоперы, риелторы, диджеи, мерчандайзеры и два омбудсмена

пока какие-нибудь правозащитники меня не вытащат из психушки, я уже буду вполне достоин того, чтобы там и оставаться

– Да вы что? Как мы можем кого-нибудь подвозить? Мы же «Скорая помощь». Хотя, если правду сказать, зарплата у Паши маленькая.
– И грудной ребенок, – добавил Паша.
– Да, – поддержала его Зинуля. – Грудной, но требует многого. Пеленки, подгузники, распашонки, коляска, детское питание. И поэтому приходится немного бомбить.
– Бомбить? – переспросил я. – Что бомбить? Берлин? Грозный? Донецк? Дамаск? Москву?

Произнося речи, Вольф Вольдемарович постепенно возбуждался и начинал жестикулировать так, как будто дирижировал невидимым оркестром.

– Как вы думаете, – задает мне Зинуля очередной дурацкий вопрос, –изменяет он мне или нет?
– Откуда я могу знать, изменяет он или нет, если я не знаком с ним?
– Какая разница, знакомы, не знакомы, но вы же тоже мужчина… ну были когда-то…
– Что? – насторожилась Варвара.

не просто захрапел, а с каким-то, как мне показалось, издевательским смыслом, и если всю эту музыку попробовать изобразить буквами, то это звучало приблизительно (весьма приблизительно) так: хррр-чмок-хррр-фью-фью-хррр-чмок-хррр. Ой, подумал я, какой несчастной должна быть его жена, если она у него есть и спит с ним в одной постели.

дальше пошли такие слова, что надо очень хорошо владеть мастерством композиции, чтобы суметь соединить их между собой.

Жуковский, не Василий Андреевич, поэт, а Николай Егорович, конструктор, давно сказал: «Человек по отношению веса своего тела к весу мускулов в семьдесят два раза слабее птицы. Но я верю, что он полетит, опираясь не на силу своих мышц, а на силу своего разума».