Три любви

Неблагоразумно, когда джентльмена узнают по костюму.

Но она любила его, поэтому подыскивала слова, которые больно задели бы его.

— Для чего еще нужна жизнь? — беспечно воскликнула Анна. — Получай от нее то, что можешь. Это гонка, в которой каждый за себя. И пусть дьявол схватит последнего.

Он и не вспоминал про Анну, но теперь с лёгкой руки Люси, начал питать к своей кузине искреннюю и все возрастающую симпатию - вернее, просто человеческое сочувствие.

- Вы его ищите. Но, скорее, это он должен вас искать!
Люси мучительно покраснела - эти слова, простодушные и дружелюбные, не содержали в себе никакого обидного намека, но они подействовали на нее болезненно.

У нее была удобная привычка обрывать фразу на трудном месте, обворожительно перескакивая на другую тему.

— Видите, вот в чем смысл денег. Я привык считать, что деньги нужны для накопления, но пользоваться ими тоже приятно.

"Она будет бороться, бороться до конца, она будет страдать, она умрёт, но не станет больше склонять голову."

Последовала долгая пауза. Люси испытующе смотрела на сына.

– Ты прекратишь всю эту чепуху? – размеренно проговорила она. – Откажись от этой девушки – никто не должен стоять между нами.

Он сделал вид, что колеблется, потом искренне ответил:

– Хорошо, мама. Пусть будет по-твоему.

<...>

– Ты дал мне слово, Питер, – тихо сказала она. – В конце концов, это всего лишь твой долг и мое право.

"С её губ сорвался низкий невнятный вопль. И мысли её тоже были невнятными, кружащимися в вихре неопределённости и сомнений. Но в этом невыразимом хаосе эти три любви безумно соединились, таинственным образом превратившись в триединство. И оно возникло из неё. Её женское тело было источником всякой любви - любви, берущей начало из земли, откуда всё происходит и куда должно всё вернуться, вновь обратившись в прах"

"Вокруг неё в небесной гармонии счастья звучал хор ангельских голосов"

"Удивительно приподнятым было состояние её духа, но она втайне опасалась, что это счастье долго не продлится. Люси боялась, что недостойна столь ценного сокровища. Однако её страхи оказались беспочвенными. Счастье продолжалось, оно принадлежало ей, росло с каждым днём и становилось сутью её жизни. Многое ждало искупления-вся ее прежняя холодность и небрежность"

Женщину, ... надо преследовать. Сама я никого не преследую, но инстинктивно чувствую себя объектом преследования.

Я люблю тебя, это ясно, – сказал он, – а иначе ни за что не позволил бы так туго натягивать поводья.

Пожалуй, я похож на большинство людей. Я, как и прочие, не вижу большого удовольствия в работе. Работаешь, потому что надо, а не потому, что тебе это нравится.

«С какой точки зрения ни посмотри, это было ужасное испытание. Просить для себя было бы немыслимо, но ради Питера она, пожалуй, смогла бы перенести унижение.»

Как заблуждаются те, кто отвергает благую любовь к Богу! В этом суть всего.

Я, как и прочие, не вижу большого удовольствия в работе. Работаешь потому что надо, а не потому, что тебе это нравится.