Попугаи с площади Ареццо

Люди живут в домах, попугаи — на ветках, и те и другие подглядывают друг за другом. Часть 1-ая!

На площади Ареццо много попугаев…очень много. Жители ими любуются, пытаются угадать смысл происходящего среди веток, негодуют и раздражаются из-за шума, просто мирятся с таким необычным соседством. А в восторги ли попугаи от живущих бок о бок с ними людей?! Они всё видят, наблюдая с веток за жизнью на площади, за событиями, скрытыми стеклами множества окон. Здесь людей не меньше чем попугаев - разных возрастов, сословий и характеров, с разными судьбами, трагедиями и радостями. С любовь, которая тоже разная, у каждого своя - особенная. Склонишь головку на один бок – она отливает радужным цветом, склонишь на другой бок – совсем другая, пугающая и гнетущая.

Попугай символизирует посланника. Не удивляйтесь, что именно на это площади в один из прекрасных дней жители получают незамысловатые записки с одним и тем же текстом-посланием. Это анонимное признание в любви. Казалось бы, что может быть безобиднее?! Никто не знает автора. Тут бы им вспомнить «фиолетовую корову», но… У каждого на примете есть желанный претендент, которого так хочется заподозрить. Вот и получились запутанные и ни во всех случаях счастливые истории.

Автор позволил нам взглянуть на владельцев 15-ти окон площади Ареццо. Выставил на суд общественности физическую, моральную и душевную обнаженку. Готовы ли вы прислушаться, понять и простить другим их слабости?! Куда движется современное общество – падает на дно разврата и аморальности или стряхнув с плеч тяжесть предрассудков и предубеждений начинает парИть в свободном полете? Готово ли большинство перестать кричать «Кешка-дурак!», согласившись быть толерантным? Вопросов множество, а вот ответ у каждого свой. Автор совершенно не мешает каждому сделать свой вывод, не навязывая личное мнение.

Еще много букв. 16+!!!!!!!!!!!!!!...

Часть 2-ая! Извращения — это мещанское название утонченности.

Гомосексуализм, извращение, групповой секс, вариации на тему полиамории, насилие. Все это буйным цветом расцветает на площади Ареццо. Современность, нравы, мода, свобода, да как угодно… Время, когда любовь сводиться до понятия «секс» и «трахаться». Мир без прикрас со своеобразными взглядами на романтику, где впору переписывать в словаре многие значения слов. Sperme / Сперма. 1. Жидкость, бесполезная на 99,99 %. 2. Знак, предвещающий наступление сильной усталости у мужчины. 3. Выделения, которыми иногда сопровождается использование обсценной лексики. 4. Источник компрометирующих пятен на тканях, что приводит к катастрофическим последствиям в семье или на работе. 5. (Устар.) Мужская семенная жидкость, которая, соединяясь с яйцеклеткой, приводит к появлению детей: в таком смысле почти не используется. или... Pénétration / Совокупление. 1. (С мужской точки зрения.) Результат нескольких ужинов в ресторане, ряда выходов в театр и постоянных визитов в цветочный магазин. 2. (С женской точки зрения.) Способ вознаградить мужчину, который много раз повторил ей, что она красавица. 3. (С медицинской точки зрения.) Рискованное действие (болезни, дети…). 4. (Редк.) Проявление сильной любви.

Современное общество, где быть асексуальным позорнее чем быть геем. А воздержание от секса наводить на подозрительные мысли, если только оно не связано с кольпитом.

Но ведь это свобода…да?! От предрассудков и рамок, которые нас так усиленно сдерживали. А теперь оказалось, что со СПИДОМ человек живет и любит, что гомосексуализм тоже любовь, просто другого цвета. Оказалась любовь сродни хвостику попугая…она цветная. Плохо это или хорошо, свобода выбора нестандартных отношений между людьми? Кто-то категорично скажет - "содом и гоморра" достойны пепла. А может пусть?! Лишь бы больше счастливых лиц и улыбок. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не фашизмом. Как вам теория, что гомофобия и категоричное отрицание извращенного секса, шаг на встречу фашизму. С одной стороны мы боремся за чистоту, а с другой за инкубаторы. Такая палка о дух концах от Эрик-Эмманюэль Шмитт… в форме фаллоса.

Книга поднимает много спорных моментов. Есть о чем поговорить. Но только в том случае, если мы готовы говорить как люди, а не уподобившись попугаям имитировать много раз сказанное. Сексуальная революция уже случилась. Осталось ее осмыслить и принять. И если не быть ее участником, что мирно жить с ней по соседству. Ведь... Каруселька крутится. Каждый садится и слезает, когда хочет. Каждый решает за себя, как ему быть счастливым на свой лад

Давно стояла у меня на полке эта книга, и вот благодаря игре я наконец-то ее прочитала. Шмитт относится к числу авторов, которых я читаю всегда с удовольствием, прочитанное неплохо помню даже спустя долгое время, но вот нет такого, чтобы бежать читать новинку сразу с пылу, с жару. Так и вышло, что "Попугаи" превратились в долгострой. А книга на самом деле замечательная. Это авторские исследование о любви во всех ее проявлениях, калейдоскоп судеб, объединенных площадью Ареццо в богатом районе Брюсселя, где в семидесятые годы отъезжающий бразильский посол выпустил на волю несколько попугаев, а те прижились и расплодились, и поныне радуют обитателей района своим щебетом и ярким оперением.

Чтение книги очень походило на просмотр сериала, где много персонажей, и каждому из них в каждой серии отведена своя сцена. Здесь есть политик с неуемным сексуальным аппетитом, аристократ с тайным стремлением к однополой любви и переодеванию в женскую одежду, вечная девственница с попугаем и лудоманией, ВИЧ-инфицированный от рождения молодой человек, бесплодная украинская манекенщица, содержанка, эротоманка с мужем-куколдом, полная домоседка с дочерью-подростком, которая вынуждена брать на себя роль матери в их семье, сварливая цветочница с добряком-мужем, напарники-дворники красавчик и карлик, словоохотливая консьержка из простых, писатель с женой и третьей женщиной, которую привела в семью жена, богатый наследник, изображающий из себя занятого делового человека, чтоб без помех крутить шашни на стороне, и его сын-подросток с пробуждающейся сексуальностью, парень-асексуал с гиперопекающей мамой, парочка геев... уфф, вроде никого не забыла ))) Всем им приходит одинаковое послание, призванное изменить их жизни. А вот как они изменятся - вопрос.

Роман чувственный, тут много акцентов на секс, страсти, беспорядочные и не очень связи, но читается это без отвращения, Шмитт умеет держаться в рамках и не перебарщивать с чрезмерной физиологией в отличие от того же Уэльбека или Бегбедера. Он исследует разные грани любви, показывает, что все люди разные, стричь всех под одну гребенку и пытаться уравнять в единый стандарт глупо, традиционная моногамная семья из мужчины и женщины - не единственный возможный вариант, а главное - счастье. Если партнеров устраивают те или иные "извращения", то это их дело и пусть себе живут. Гораздо хуже, когда семья вроде как моногамная, но муж бьет жену смертным боем, а ей бедной некуда уйти - таких в романе, к сожалению или к счастью, показано не было.

Было много интересных мыслей, но процитировать хочу две:

Я буду любить тебя сильней, если больше не увижу, как ты выглядываешь из-под простыни в компании какого-то незнакомого мужика — или даже знакомого парня! Я буду любить тебя сильней, если, когда у меня скверное настроение, смогу посидеть один в своей квартирке. Я буду любить тебя сильней, если смогу сам решать, хочу ли сегодня переспать с тобой. Я буду любить тебя сильней, если смогу пригласить тебя к себе с ночевкой. Я буду любить тебя сильней, если смогу не сталкиваться с тобой, когда мне захочется побыть с кем-то другим. Я буду любить тебя сильней, если ты не обнаружишь меня на месте того, кого в этот момент хочешь. Я буду любить сильней, если не буду обязан тебя любить. Я буду любить сильней, если ты не будешь для меня долгом или привычкой. Я буду любить сильней, если ты станешь моим собственным выбором. Если я смогу предпочесть тебя другим. Я буду любить сильней, если ты позволишь мне любить тебя так, как хочу я сам. Наша любовь слишком важна для меня, чтобы я позволил испортить ее совместной жизнью.

Что может быть глупее, чем верность, которая мучит? Настоящая верность — это когда мы обещаем человеку: завтра я дам тебе не меньше, чем сегодня. Вот любовь! А вовсе не формула: теперь я буду только для тебя, другие больше ничего от меня не получат. Любовь скаредная, скупая, любовь, которая исключает других, — да любовь ли это вообще? Из какой нелепой «порядочности» мы должны подвергать себя такому усечению? Как удалось обществу связать обещания, данные друг другу, с воздержанием в отношении всех, кроме своего партнера? Ведь постоянство и воздержание вообще никак не связаны между собой. Некоторые супруги, в конце концов, перестают вместе спать: разве это верность? А некоторые вообще начинают презирать или ненавидеть друг друга: это верность? Для меня неверность — это когда человек забывает свою клятву любить другого до конца жизни.

Мне зашло хорошо.

Если книга о любви, то, само собой, в ней будет все то, что с любовью обычно связывают - и ненависть, и нежность, и страх потерять, и желание избавиться, и первый опыт, и слишком поздние чувства, и тэ дэ, и тэ пэ. И даже секс. И если читать о чувствах и страхах мне было интересно, то с очередным описанием очередного сексуального приключения становилось все скучнее и скучнее, потому что про секс сложно написать что-то новое и интересное. Конечно, подробности описаны весьма художественно, но за всем этим сюжет как-то потерялся, и некоторые страницы я проглядывала просто по диагонали, потому что мне были интересны персонажи, а не детали их половой жизни. Читать было не мерзко, не противно, а просто скучно.

И с персонажами все плохо, потому что они будто задумывались как карикатуры на какие-то общественные явления, а не как живые люди со своей логикой и характером. "Колода карт - ничего больше!" Такой вот выплеск сарказма на несколько сотен страниц.

И я равно понимаю тех, кому книга понравилась, и тех, кому она категорически не понравилась. Я - где-то в стороне, там где извечное "просто не моё".