Таёжный тупик

Не знаю, получится ли у меня говорить о книге «Таёжный тупик». Именно о книге Василия Михайловича Пескова, а не об истории Лыковых, за которой я слежу уже более тридцати лет.
История эта знакома многим: почти сорок лет семья староверов прожила в сибирской тайге в полной изоляции. Мать, отец, два сына, две дочери.
Я помню даже ту самую первую статью в «Комсомольской правде». И первое свое впечатление помню.
Это был ужас и полное неприятие. И ещё острое чувство жалости.
Ужас: их жизнь прожита зря. И вообще: разве это была жизнь?
Абсолютное неприятие мотивов, приведших старшее поколение Лыковых в таёжную глушь. Религиозный фанатизм или вера? Первое моему поколению, изучавшему научный атеизм, было понятно и отвратительно. Но вера? Этому нас не учили. Староверы, раскол – минимум знаний из школьной истории. Боярыня Морозова с картины, два «перста» или три… Мы и креститься-то не умели…
Жалость, сочувствие – да! И отчаянная надежда, что вот теперь-то хотя бы Агафья поживет «нормально».
Но никто из Лыковых не вышел из таёжного тупика. Никто не захотел выйти…
Ничего, оказывается, я тогда о Лыковых не поняла.
А Василий Михайлович Песков старался понять их, Карпа Осиповича и Агафью, которых знал лично. И тех, кого не знал – Акулину Карповну, Савина, Наталью, Дмитрия.
Его рассказ об этих людях полон безмерного уважения к ним, странным, иным, убежавшим от того мира, в котором жили все мы.
Песков выстроил своё отношение ко всем членам этой семьи, ушедшим и живым. Грустное сочувствие к беззаветной труженице Акулине Карповне, некоторая неприязнь к жесткому Савину, жалость к доброй и слабой Наталье, особенно приязненное чувство к Дмитрию.
Конечно, более наполненным получился его рассказ о живых. Нескрываемое восхищение силой духа и при этом достаточно критичное отношение было у Пескова к главе семьи Карпу Осиповичу. И конечно Агафья, судьба которой сплелась с собственной судьбой автора, до конца его жизни оставалась она предметом заботы, попечения и волнений.
Перечитываю эту книгу и с каждым разом все больший и больший гнев вызывает у меня эгоизм и самонадеянность отца семейства, увлекшего жену и детей в таёжную глушь, поставившего их перед многолетней необходимостью не жить, а выживать. А детей своих лишившего всякого выбора, обрекшего их на одиночество и вынужденное монашество.
Не могу понять и простить не могу… Вот смотрю на Агафью теперешнюю (ее часто снимают) и восхищаюсь: отличная память, живой ум, острый юмор, абсолютное бесстрашие, а еще чистая речь, грамотное письмо, даже рисует она точно лучше меня, например.
Какая судьба загублена! Какие судьбы…
А вот Василий Михайлович если и думал нечто подобное, то сумел заставить себя не судить – понимать и принимать Лыковых.
Конечно, не обошлось без некоторой критики, без ошибок в определении их религиозной принадлежности (не были они ни «бегунами» ни «беспоповцами). Не обошлось без упоминаний «темноты», «обрядоверия» и «фанатизма». А могло ли обойтись без этого в начале восьмидесятых, во времена активного и всеобщего неверия?
И всё же вряд ли кто-то смог бы лучше Пескова донести до нас историю Лыковых. Сейчас, после ухода Василия Михайловича, это особенно очевидно.
Что сотворили бы из этой сенсационной, несомненно, истории современные «акулы труженики пера»?
Чего только не пишут сейчас о "таёжном тупике": от «отшельница Агафья Лыкова разгадала тайну смерти студентов на перевале Дятлова» до «Агафья Лыкова умерла».
А благодаря Пескову история Лыковых обрела множество неравнодушных наблюдателей, и что более важно, создала небольшой круг людей, которые уже много лет помогают жить последней из них.
Что будет с нею дальше? Нет ответа. Как говорит Агафья, «что Бог даст...».

А может ли человек жить совсем один? Сложный вопрос! Нет, речь идет не об апокалипсисе, после которого ты один остался в живых, один - на весь мир без будущего. Речь идет о нашем мире, нашей планете Земля, нашем времени конца двадцатого - начала двадцать первого века.

В какой-то момент времени, одна семья староверов решила уйти в глухой лес и жить в отдалении от других людей - очень сложное и смелое решение! Несогласие с изменениями в вере, влияние государственного строя, принуждения, это все надоело семье Лыковых, и они ушли, ушли в глухую тайгу в предгорьях Хакассии. После чего жили они в уединении более сорока лет! Неслыханно! И это в нашем СССР. Их жилище было случайно обнаружено только в 1978 году! Вот так и живут люди, без паспортов, без удобств, и все нововведения им делать "не можно"!

Журналист "Комсомольской правды" Василий Песков рассказал в этой документальной повести феномен жизни староверской семьи. Автор рассказал и обобщил здесь все свои статьи по очередности, в течении нескольких десятков лет он следил, буквально участвовал в судьбе Лыковых, активно помогал им, приобщая их к нашей современной жизни.

Книга сопровождается фотографиями, подробными описаниями жизненного уклада староверов, их жизненных принципов, быта, привычек, подробно описывается судьба каждого члена семьи. Где-то она трагична, где-то трагикомична.

Ведь Лыковы так и отказались вернуться "в большой свет", хотя и не были против общения с "людьми с большой земли".

Очень тяжелая и грустная история одной семьи, жившей возле небольшой горной речки Еринат!

Познавательно, но все же этот рассказ к художественной литературе сложно отнести.
Корреспондент "Комсомолки", бывая редкими набегами у Елтышевых, рассказывает о быте и жизненной философии людей, которые бежали глубоко в тайгу.
О Лыковых иногда я встречала раньше публикации. И прочитать книгу о них было интересно. Хотя хотелось еще больше подробностей.
Семью Лыковых нечаянно обнаружили, когда еще были живы старшие дети. Но за год они умерли, и остались только отец и дочь. Автор показал, как влияло на их жизнь присутствие рядом других людей. Казалось, что Агафья не захочет жить одна после смерти отца. Но, по сути, за нее сделали выбор ее родители. Она его приняла и осталась тверда в обещании следовать тем заветам, которые соблюдала ее семья.
Да, тут на днях писали, что она не захотела эвакуироваться из тайги на время старта ракеты с Байконура. Так что она и дальше верна идеям, которые сподвигли когда-то уйти ее семью подальше от других людей.

История, описанная в документальной повести Василия Пескова, произошла в ХХ веке. Собственно, одна из героинь жива до сих пор, ей 74 года.
Но обо всём по порядку.

Началось всё очень давно.

Реформы Никона, начатые в 1653 году, по унификации русских чинов и богослужения по современным по тому времени греческим образцам встретили сильное сопротивление со стороны сторонников старых обрядов. В 1656 году на поместном соборе Русской церкви все крестящиеся двумя перстами были объявлены еретиками, отлучены от Троицы и преданы проклятию. Не будем углубляться в историю прошедших веков, но было всё: изгнания, тюрьмы, пытки, сожжениям живыми в срубах тысячи человек-старообрядцев.

Несмотря на все гонения, старообрядцы на Руси продолжали быть, в том числе и в ХХ веке.
Снедаемые репрессиями семьи уходили в отшельничество в тайгу. Одной из таких семей были Лыковы.

Карп и Акулина Лыковы с двумя детьми ушли в тайгу, куда добраться непросто и с мощными моторными лодками, так суровы верховья реки Абакан. Карп увёл семью пешком.
В убежище родилось у них ещё двое детей, никогда не видевших других людей, освоивших грамоту от матери по старославянским книгам, не видели они даже элементарного, так давно изобретённого человечеством, колеса.

Уклад жизни отшельников своеобразный и тяжело было жить семье. Одежда домотканая из конопли, питались преимущественно картошкой и кедровыми орехами, мясо добыть удавалось очень редко, собирали травы и ягоды. Не было соли. Да и вообще ничего не было. Посуду выдалбливали из дерева. Для освещения хижины - лучины.

В 1978 году их совершенно случайно обнаружили геологи: увидели возделанный огород с вертолета. Представляете их шок? До ближайшего селения 250 километров тайги, а здесь жизнь.

К моменту знакомства с людьми умерла уже Акулина в голодный год неурожая. Крепко подружились Карп Лыков и его дети с людьми. Много помощи получили. Поначалу-то от всего отказывались: "Нам это не можно". Но постепенно приняли в свою жизнь кое-что из современных вещей, сменили одежду, признали валенки и резиновые сапоги, чугунную посуду, крупы, мёд. Привезли им козлят, со временем Агафья (оставшись уже совсем одна) завела собаку, кур.

Главное, что твердо Агафья усвоила: в беде ее не оставят. Это решающее открытие в общении с «миром» нисколько не повлияло, впрочем, на прежнюю установку: «Нам с миром не можно». Лыковский характер и твердость веры при всех поворотах жизни остались прежними.

Естественным было ожидать: оставшись одна, Агафья прибьется к «мирскому» берегу. Нет, побывала у родственников (единоверцев!) и нашла, что плохо веру блюдут и в житье не дружны. Побывав у монашек на Енисее, вынесла приговор: «О бренном теле пекутся, о спасении души не думают». И вернулась в свое жилище.

Так и живёт Агафья Лыкова одна в тайге и 17 апреля 2018 году исполнилось ей 74 года.

Конечно, я и раньше слышала о семье Лыковых, но только обрывки истории, отдельные статьи, периодически появлявшиеся в прессе. А здесь собрана вся история их семьи, причины ухода и жизни в тайге, вернее выживании, рассказы о каждом из них, помогающие понять этих людей. И постепенно погружаясь в их жизнь, сильно сочувстивуешь им и понимаешь, что это человеческая трагедия - прожить вот так - вдали от людей (до ближайшего посёлка 250 км), когда каждый день, не какой-то период, а каждый день своей жизни - борьба за выживание. Глава семьи уже не мог поменять своего решения, сделанного более полувека назад, да и на то были серьёзные причины, не уйдя от гонений они подвергали риску свои жизни и жизни своих детей. И уже после появления в жизни Лыковых людей (нашедших их геологов), Карп Осипович Лыков часто расспрашивал их о жизни в миру, как бы проверл себя: правильный ли выбор он сделал, решив провести так свою жизнь?
"Этот исключительный аскетизм был по плечу лишь небольшому числу людей – либо убогих, либо, напротив, сильных, способных снести отшельничество. ...
Одиночество, изнурительная борьба за существование, монотонный быт, жесткие формы религиозных запретов, одинаковые молитвы, предельно замкнутый мир."

Для того, чтобы сшить себе одежду, они проходили весь этап создания ткани: выращивали коноплю, собирали её, сушили, вымачивали в ручье, мяли, трепали, потом пряли нить и наконец ткали.
Добывали огонь высеканием, а вместо фитиля для розжига использовали гриб трутовик, который готовили заранее:"Гриб надо варить с утра до полночи в воде с золою, а потом высушить."
В голодный год, когда урожая не было из-за выпавшего в июне снега, есть было нечего, приходилось есть кожаную подбивку обуви, березовую кору. Семена для посева на следующий год собирать было не с чего. Боялись, что из-за этого следующий год тоже будет голодным. Самой большой радостью было, что
"На делянке гороха проросло случайное зернышко ржи. Единственный колосок оберегали денно и нощно, сделав возле него специальную загородку от мышей и бурундуков. Созревший колос дал восемнадцать зерен. Урожай этот был завернут в сухую тряпицу, положен в специально сделанный туесок размером меньше стакана, упакован затем в листок бересты и подвешен у потолка. Восемнадцать семян дали уже примерно с тарелку зерна. Но лишь на четвертый год сварили Лыковы ржаную кашу."

После этого начинаешь ценить в этой жизни всё, что тебя окружает, даже мелочи.

И все-таки это люди, безусловно, с сильным характером, смекалкой и определенной внутренней закалкой, эти же черты характера, мне кажется, были и у других староверов, сумевших адаптироваться к изменившемуся миру: Рябушинских, Мамонтовых, Морозовых...
Автор пишет о Карпе Осиповича Лыкове:
"В «миру» он, несомненно, достиг бы немалых высот. На селе был бы не менее как председатель колхоза и в городе шел бы в гору. По характеру от рождения – лидер. И можно почувствовать даже теперь, когда годы человека смиряют, место «начальника» (не в смысле должности, а в смысле «начала», возглавления чего-либо) для натуры его необходимо. Он возглавлял на заимке лыковскую общину. Он увел людей еще дальше – на реку Каир. В драматически трудных годах принял решение удалиться от «мира» как можно глубже в тайгу."

Книгу эту читаешь как сказку, потому что трудно представить себе такую жизнь нам, людям, привыкшим к дарам цивилизации.
Акцент в книге сделан на двух героях - Карп Осипович и Агафья. Остальные члены семьи тоже описаны, переданы черты их характеров, но всё равно о них читаешь как-бы вскользь, а Карп Осипович - восьмидесятипятилетний мужчина (старичком его как-то и назвать не гоже) и сорокалетняя младшая дочь Агафья нам переданы более ярко.
Отрешившись от всего "мирского" семья Лыковых уходит в тайгу от людей, со своей крепкой верой старообрядцев, которую за прожитые в глухом лесу более тридцать лет, не смогли порушить никакие нужды, ни голод, ни соблазны. Стойкость к своим канонам они отстаивают очень ревностно. Им многое что "не можно": нельзя мыться, нельзя прикасаться к людям, нельзя многие продукты питания, но такая суровая жизнь их совсем не тяготит, наоборот, они всегда считали что сделали правильный выбор. Поэтому, очень интересны для нас их размышления, взгляды на веру и взгляды на жизнь. Поначалу они с опаской встречают людей, а затем почувствовав, что пришлые не причинят им зла, а ещё во многом могут и от всей души готовы помочь, перестают бояться и с радость воспринимают все последующие встречи.
Книга читается на одном дыхании. И правильно показывать нам для сравнения, для чувства сострадания, для желания помочь эту человеческую драму, стойкость этих людей в суровых жизненных условиях, чтобы люди не теряли чуткость к другим, доброту и отзывчивость.

Есть у моего мужа мечта - утопия. Устав от постоянного стресса городского жителя, мечтает он о живописном местечке, подальше от людей, о своём огородике, и чтоб вокруг ни души. Только природа и он. Смотря фильмы о жизни в века ушедшие, любит восклицать: "Вот тогда жизнь была! Натуральное хозяйство, охота и никаких счетов за электричество, газ и интернет." Но шутки в сторону, супруг мой, конечно, романтизирует, а о настоящем бытие - житие во времена ушедшие узнать людям нашего поколения представилась удивительная возможность благодаря семье староверов Лыковых, обнаруженных случайно геологами в Хакассии. Думаю, мало кто не слышал об этой семье - феномене, которая в 30-х годах прошлого века из-за страха репрессий изолировала себя от остальных людей на целых 40 лет. Представьте при этом, что жить, вести хозяйство и обеспечивать собственные нужды им пришлось в сибирской тайге, где температура зимой ниже 30 градусов считается нормой.
С какими трудностями пришлось столкнуться семье, об отношениях между ними, характерах каждого и быте рассказал специальный корреспондент В.М. Песков, принимавший участие в судьбе отшельников. И надо отдать должное, несмотря на несоответствие образа жизни Лыковых советской идеологии, сделал это с уважением к избранному пути и вере семьи, описав их как людей с чувством собственного достоинства, отсталых социально, но ни в коем случае не умственно. Какие чувства вызвала у меня это история? Прежде всего восхищение. Восхищение трудолюбием Лыковых, их силой волей, стойкостью духа. А заодно и удивление нашей ленности и слабости по сравнению с ними.
Главный вопрос, на который пытался получить ответ журналист от Лыкова - старшего, после того, как тот познакомился с другими людьми и некоторыми новшествами науки и техники, - это не жалеет ли он о своём выборе, считает ли теперь, что правильно прожил жизнь? Ответ получил чисто лыковский (слепая вера в Бога и покорность судьбе) - "Там Бог всех рассудит".
Несколько удивляет меня выпадки и критика некоторых читателей по поводу того, на какую жизнь были обречены дети Лыковых из-за выбора родителей, но не их собственного. Но разве не все мы делаем выбор за своих детей, воспитывая их в соответствии со своей религией и моропониманием, и при этом твердо уверены, что это лучшее для них. Вот и Карп Осипович был твердо уверен, что делает для своих детей возможно лучшее, ограждая их от "мирского".
К сожалению, из всех Лыковых в живых осталась только младшенькая Агафья. На ней род и прервётся. Она по-прежнему живёт в тайге, наверное, инстиктивно чувствуя, что в "нашей" жизни была бы лишней ("она как дитя"), да и "тятенька благословенья не дал", хотя его очень и заботило будущее дочери.
Что привнесли с собой люди в жизнь Лыковых? Помощь - да, облегчение быта - да, но встретились Лыковым и люди нехорошие, принесшие им разочарование и нанесшие травмы душевные, а может даже, по одной из версии, принесшие им смерть, так как иммунитет их был совершенно неустойчив к некоторым современным вирусам. У меня же вся эта история вызвала легкое чувство грусти и не только из-за нелёгкой судьбы семьи, но и из-за того, что Агафья, пусть и вынужденно, несколько универсиловалась и отступила где-то от своих правил веры после знакомства с прогрессом. Агаша - женщина пожилая, жить одной в тайге не легко, да и нельзя всё-таки отрицать, что человек - существо социальное. Когда жили вшестером, было не только легче в хозяйтве, а и словом было с кем перекинуться, книги духовные кому почитать, молитву с кем сотворить. Видно, что тяготится женщина своим одиночеством. Вот если достанет меня муж, сошлю его в Сибирь к Агаше. И "мечту" свою осуществит, и старушке подсобит. А помощь Агаше ох как нужна.

Хозяйство Агафьи.

Жуткая, по своей сути, история. Из серии "нарочно не придумаешь". Мы настолько привыкли к цивилизации, электричеству, бытовым удобствам, радио-телевидению-интернету, что даже в страшном сне не может привидиться жизнь, подобная той, что вела семья Лыковых. Еще в сороковых годах прошлого века одна из семей старообрядцев, проживающих в Хакасии, ушла подальше от людей в тайгу. Муж, жена и двое детей. Спрятались так далеко, что люди обнаружили их случайно спустя тридцать лет. Несмотря на подробное описание быта, я даже представить себе не могу, как у них получилось выжить в таких условиях, не погибнуть от голода и холода и вырастить, в общей сложности, четверых детей. К моменту встречи с геологами живы были Карп Осипович (отец) и его дети - Дмитрий, Савин, Наталья и Агафья. Сейчас же осталась одна Агафья. Однако, не взирая на то, что ещё при жизни отца ей удалось побывать в гостях у родни, прокатиться на вертолёте, поезде, автомобиле, попробовать ту еду, что была недоступна в тайге, после смерти родителя женщина отказалась покинуть насиженное место и переместиться ближе к людям. Как сложится её жизнь дальше? Кто знает....

Эту книгу я давно хотел прочитать, потому что она связана с моим детством. В детстве помню, как я смотрел документальный фильм о том, как геологи в 1978 году случайно обнаружили на реке Абакан заимку староверов семьи Лыковых. И репортажи Василия Михайловича Пескова я тоже читал с жадностью. Он первый написал про Лыковых, а потом и вовсе сделался летописцем этой семьи.

Собственно из этих репортажей и выросла документальная повесть "Таёжный тупик. История семьи староверов Лыковых". Это хроника жизни и реальной истории семейства старообрядцев Лыковых, обнаруженных в 1978 году в тайге в Западных Саянах. Они жили без связи с цивилизацией с 1938 года и были незнакомы с современной жизнью. Их младшая дочь Агафья жила в лесах. На протяжении 7 лет Песков бывал у Лыковых и публиковал в «Комсомольской правде» рассказы об этих посещениях. История имела огромный резонанс в советской прессе тех лет. Продолжение повести под названием «Новости от Агафьи» Пескова было опубликовано в марте 2009 года. Книга написана очень живо и интересно. Песков мастерски владел жанром документальной прозы.

Сама книга по сути является компоновкой газетных вырезок и различных фотографий. Но несмотря на это читать ее очень интересно. Что не удивительно, ведь удивительна здесь сама история.

Про семейство Лыковых ранее я слышал в контексте "Бабушки Агафьи". Очень отдаленно знал историю, и было весьма интересно познакомиться с ней поближе. Сложно представить, как можно было выжить в таких суровых условиях. Какой огромный труд и какая сила воли на это требовались. Удивительно, как сильно религиозен может быть человек. Тут, конечно, можно начать спорить о гранях помешательства, но в любом случае отрицать силу воли здесь нельзя. С одной стороны можно говорить про навязывание своих идей, с другой стороны, считая их единственно верными, вероятно, сложно поступить иначе. Хотя я на стороне свободных альтернатив.

Книга заставляет задуматься о разных вещах - о том, смог бы я выжить в таких условиях, о проблеме религии, родителей и детей.

Также было очень интересно читать, какие трудности преодолевали сами геологи чтобы добраться в этот таежный тупик. Саркастически вспомнил, что такие места называют "Богом забытыми"