Цитаты из книги Luther: The Calling

Детей нет, зато есть уйма книг.

- Ты когда высыпался в последний раз? Он не знает. Зато знает: у него явно что-то не в порядке с головой. Череп по ночам будто разламывается с треском, и внутрь лезут, карабкаются пауки.

Хотя он почти уверен: стоит ему влезть в Таиланде в ресторанный бизнес, как там немедленно грянет очередное цунами и выметет его, к чертовой матери, вместе с обломками барной стойки.

А затем говорю: "Ну а теперь ты мне расскажи о себе", и он начинает мне рассказывать о книгах, как будто бы он сам весь из них состоит, - из тех, что прочел, и из тех, что для себя наметил.

- Меня пляжи как-то не прельщают. В самом деле, что уж тут интересного - сидеть на солнце и чтобы все, кому не лень, пялились через плечо в твою книгу.

Поиски приводят к корявому, невероятно старому ясеню, укрывшемуся за ржавым забором. Между узловатых корней дерева возвышаются диковинные грибы словно побратавшихся с незапамятных времен каменных надгробий. Лютеру кажется, будто из земли выползают огромные змеи, выворачивая камни и тут же медленно пожирая их.

- Посмотри мне в глаза, Джон, - говорит она. - Посмотри на меня. Он оборачивается. Смотрит. Слегка растрепанная, но элегантная. Основательно вымоченная мелким лондонским дождичком. Он ее любит неизъяснимо... - Что ты видишь? - спрашивает она. - Не знаю, - отвечает он. - Просто тебя. - Вот в этом-то и проблема твоя. Она смотрит на него, и в этом взгляде - годы любви и бесконечной усталости. Он смотрит, как она уходит, - очень спокойно, грациозно, и ему кажется, что он теряет ее навсегда.

Снаружи церкви — деловая сутолока, типичная для начала следственных мероприятий: полосатая лента, оцепление, криминалисты. А там, дальше, — церковные ворота, ведущие обратно в город, людская давка, камеры, свора журналистов, мобильные телефоны, песни о любви, доносящиеся из окон проезжающих мимо автомобилей.

— Twitter сходит с ума, — сообщает она. — Социальные сети просто рвет на части. У «Дэд три пресс» эта тема — на главных страницах всех вебсайтов. И куда ни глянь, всюду Мэгги, Мэгги, Мэгги… Просто театр одного актера, разыгранный в считаные часы.

Когда она скрывается из виду, Лютер допивает остывший кофе, с хрустом сминает стакан и, кинув его в урну, идет туда, где его ждет Хоуи. Она сидит за рулем возле счетчика платной стоянки и читает свежий номер «Ивнинг стандард», с мрачноватой и очень эффектной Мэгги Рейли на первой полосе. На фоне ее изображения другой снимок, помельче: опоясанный полосатой лентой дом Ламбертов. — «Лондон ждет», — вслух читает Лютер крупный заголовок.

... Затем встряхивает головой и энергично растирает лицо ладонями - будто хочет смыть с него беду и втереть хоть капельку жизни. Выпрямляется, громко хлопает ручищами. Проходя между массивными створками ворот, он ступает наружу, туда, где уже встает нежный, робкий рассвет, - сильный мужчина с широкой, твердой походкой. И мир под его поступью вращается будто колесо.

Лютер вырубает радио и набрасывает пальто. Срочным вызовом набирает Теллер. — Где она? — выдыхает он. — Вокзал Кингз-Кросс, — звучит в трубке. Лютер уже за дверью.

— Когда мы были совсем еще молодыми и ты только начинал, — смотрит на него Зои, — помнишь, ты отправился в ту квартиру? Там, в одиночестве, умерла какая-то старушка. Преставилась и просидела мертвая в кресле почти два года. Высохла до состояния мумии. <...> ...ты минут за десять вылакал пол-литра виски. Вот тогда я впервые увидела, как ты плачешь, просто обливаешься слезами.

- Так что, может статься, Пит Блэк пас Ламбертов в Facebook? - Нет ничего проще, - кивает Бенни. - Серьезно. Люди понятия не имеют, кто и как наблюдает за ними в Сети.