У меня был «корефан» (по учебе и общаге), который еще лет почти тридцать назад хотел перевести что-то из Клагеса и предложить одному новоявленному издательству. Казалось, тогда, что наступают свободные, интересные, пусть и голодноватые времена. Даже в «публичку» для этого смотались, скопировали текст. Но ничего не сложилось, пришлось дружку переводить что-то популярное из военной истории. Но вот перевели и Клагеса. Посмотрел и не совсем понял, зачем это нужно, кроме некоторого «общего интереса». Вообще «Космогонию» прочел в одну из зимних ночей, но то ли не понял, то ли не принял. Клагес – автор сейчас явно не «мейстримный» и сейчас даже трудно понять, чем так в свое время восторгались. Текст состоит из расшифровки словоупотреблений, экскурсов в мифологию и собственного авторского концепта л противостоянии духа и души. Мифотворчество цветет и пахнет, эпоха была такая. Немцы, как и многие европейцы не справлялись с наступающим Модерном, были враждебны ему и прятались за мифы и «метафизику». Казалось, что игра в тайны, символы и руны сможет что-то изменить. Она и изменила, только в другую стороны… Впрочем, об этом слишком много уже сказано. Нет, я совсем не против подобных изданий. Всё должно быть открыто, так только можно бороться с наступающей несвободой. В спекуляциях об Эросе много от Ницше и т.п. (Если говорить в целом и по существу, то секс и Эрос в большей степени взаимоисключают друг друга). Вообще, я воспринимают подобные тексты, как разновидность художественной литературы. Правда, Л.Клагес значительно слабее своего кумира и текст его довольно «разряженный» в смысловом отношении. Если сравнивать с детско-юношеским чтением, то можно было бы подобрать аналогию со старыми (псевдо)историческими романами, написанными до условного Четырнадцатого года. Впрочем, не будем слишком суровы к автору. В книжке есть несколько милых и даже захватывающих мест. Самой душевной биографии Клагеса, находясь среди нынешней духовной пустыни, можно даже в чем-то позавидовать. Как сказано в предисловии А.Васильченко, Клагес никогда не скрывал своих симпатий к язычеству: «Языческая речь — это не часть истории, а вера в действительность сиятельного момента». Именно в этом Клагес видел главную задачу поэзии как таковой. Но сам писатель-оригинал разочаровался в возможности возрождения язычества, хотя и предпринимал старательные усилия в этом направлении. За это его душу можно мысленно поблагодарить. Ряд его идей мне, в общем, весьма симпатичны.
В целом, не пожалел, что открыл и стал читать эту книгу. Ознакомился. Полнота жизни (телесной -- Сома, но, главным образом, идейной – Психея) важна и ценна сама по себе. Есть те, кто просуществовал девяносто лет, но в реальности не прожил и двух минут, а есть тот, кто умирает, но не теряет вечности, так как в его кратких моментах жизнь была более обильной и более щедрой!
11 понравилось
