The Histories

Name: The Histories
Rating: 8.7 (16 reviews)
Author: Polybius
ISBN: 9780199534708

Polybius

'no one else in our times has attempted to write a universal history' Polybius' ambitious goal was to describe how Rome conquered the Mediterranean world in less than fifty-three years. This great study of imperialism takes the reader back to Rome's first encounter with Carthage in 264 and forward to her destruction of that renowned city in 146. Polybius, himself a leading Greek politician of the time, emphasizes the importance of practical experience for the writing of political history as wel...

Жанры

Издательство:

Oxford University Press

Серия:

Oxford World's Classics

ISBN:

9780199534708

Год издания:

2010

Язык:

Английский

Paperback: 560 Pages | 3 maps

Translated by Robin Waterfield and Edited by Brian McGing

Возрастные ограничения:

18+

Рейтинг LiveLib

4,3

16 оценок

5
63%
4
19%
3
13%
2
6%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 19Хотят прочитать 65

Рецензии

ArsenKardzhaliev
24 мая 2017
Он просто лучший.
Ничего более подробного и полезного не читал.
4 понравилось
0
1,3K
Sukhnev
7 февраля 2017
Полибий. Восемь реплик.
О своей истории.
Знаете, в своей истории я показываю, каким образом, когда и почему все известные части земли подпали под власть римлян. В конечном счёте, я хотел ознакомить читателя с состоянием отдельных государств, которое наступило по окончании борьбы и после покорения мира под власть римлян до возобновления смут и волнений.
Почему я, чистокровный эллин, аристократ, сторонник традиционной линии независимой политики Ахейского союза, начал писать про этих варваров — римлян? Чтобы греки через мой труд ознакомились с римлянами и поняли как вести с ними дела. Да и к тому же, никогда раньше не было ничего подобного, это чудо моего времени!
О структуре работы.
Первые два тома я отвёл под введение. В нем я рассказываю о положении дел в мире начиная с Сицилийской войны (Первая Пуническая — прим.) и заканчивая подготовкой к войне Ганнибаловой (Вторая Пуническая — прим.). Тем самым я ввожу читателя в курс дела. Можете называть это экспозицией. Затем начинаю изложение событий общемировых, распределяя изложение по олимпиадам, каждую олимпиаду разделяя на годы и сопоставляя между собой и сближая события одновременные до разрушения Карфагена и до битвы на Истме между ахейцами и римлянами.
Я отделил одну от другой важнейшие страны мира, с происходящими в них событиями, и потом, следуя принятому порядку, перехожу от одной страны к другой каждый раз в одной и той же последовательности, год за годом излагая одновременные события каждой страны отдельно: Египет, Рим, Эллада, Македония, Ливия, Карфаген, кельтские племена, выбор настолько велик, что каждый из вас может найти свою отдельную линию, которая вам больше всего по вкусу. И вы удивитесь как тесно переплелись между собою судьбы этих стран.
О требовании к истории.
История не должна носить развлекательный характер. Она должна научить читателя, как поступать в тех или иных обстоятельствах в будущем, аналогичных или сходных произошедшим в прошлом.
История должна быть деловой, т.е прагматичной. Поэтому впервую очередь излагать нужно политические и военные события.
Так же история должна носить всеобщий характер, она должна охватывать события происходящие как на западе, так и на востоке. При этом все должно быть синхронно. Так как история по частям даёт очень мало для точного понимания целого.
О критике.
Я много критиковал. Но делал это не из-за того, что хотел возвыситься на фоне других, нет. Я не считаю делом честного человека чужие ошибки обращать в свою пользу, как поступают многие другие; напротив, ради общего блага я готов тщательно исправить не только собственные, но и чужие сочинения.
Но некоторым так и хочется сказать, что они имеют значение не истории, а болтовни брадобрея или простолюдина.
Возьмём к примеру историка Тимея, он мало того что пишет невесть что, так ещё совершает нападки на Аристотеля. Так, он называет Аристотеля наглецом, легкомысленным и бестолковым человеком, уверяет, что он клевещет на город локров, когда называет их поселением беглых рабов, прелюбодеев и бессовестных воров. Добавляя, что на самом деле, он — запоздалый, презренный софист, только что закрывший пресловутую торговлю аптекарскими товарами, втиравшийся во все дворы и военачальнические палатки, лакомка, чревоугодник, везде и всегда только и думавший, что о своем чреве.
Такими словами Тимей ставит себя в один ряд со школьниками. Подобные речи едва ли можно было бы терпеть от какого-нибудь бродяги и оборвыша на суде, писатель же серьезный, излагающий государственные события, и истинный представитель истории не должен не то что писать, — в мысли свои допускать что-либо подобное.
Сам же Тимей совершал огромное количество ошибок. Например, он называет римлян потомками троянцев, из-за того что перед войной те приносят в жертву лошадь, а Троя как известно была взята с помощью коня. Наивнее этого утверждения ничего быть не может. Или же нужно всех варваров считать потомками троянцев, так как чуть ли не все варварские народы, во всяком случае большинство их, убивают и приносят в жертву лошадь или в самом начале войны, или же перед решительной битвой. Это выдаёт всю тупость и невежество Тимея.
О школьниках.
Мне нравится сравнивать всех со школьниками. Сильный приём. Разве вы так больше не делаете?
Вот кто-то пишет развёрнуто, вы понимаете что его несёт не туда, но при этом не хотите строить громоздкий ответ. Напишите, что подобная речь невозможна была бы и в устах заурядного школьника. Всё, ваш оппонент повержен.
Или же кто-то сделал ошибку в измерениях, а вы возьмёте и заявите, что для всякого измеряющего очевидна его ошибка, хотя бы то был школьник. И читатель на подсознательном уровне будет с недоверием относиться к человеку, который делает измерения хуже, чем школьник.
Примеров много, но мы не будем как школьники впадать в длительное их перечисление.
О своих ошибках.
Один историк, который жил после меня, заявил, что всеобщая, или всемирная история, может быть названа историей могущества Рима от начала II Пунической войны до покорения Эллады. И вы знаете, я сдержанно на это реагирую, я рад критике, особенно конструктивной.
Человеку, который живет через несколько веков после определённого события, намного легче строить о нем суждение. Шанс что он приуменьшит или преувеличит значение того или иного действия гораздо ниже, чем у современника этого события.
В своей работе я обращался к своим последующим читателям, призывал беспощадно осуждать историков за ложь и уклонения от истины, если окажется, что мы преднамеренно допустили их в нашем сочинении, но вместе с тем и простить нас за ошибки по неведению, так как сочинение наше обширно и обнимает события всего мира.
Меня критиковали и за ошибки допущенные в обзоре государственного устройства Рима. Но их уже не исправить, так как книга написана. Я лишь могу поблагодарить этих людей за участие, мне приятно что они не остались равнодушны к моей истории.
О критическом мышлении
Ребята, когда вы читаете исторические книги, да и не только исторические, мыслите критично. Не верьте всему что там написано. Многие из вас обращают внимание не на то, что пишется, а на личность пишущего, и зная, что писатель был современником описываемых событий, принимают всякое его известие за достоверное.
Запомните, главное не имя писателя, а содержание сочинения.
Ещё одна очень важная деталь — изложение самих событий. Не нужно обращать на неё внимание, пренебрегая остальным. Вы должны смотреть на обстоятельства предшествующие им, сопровождающие их или следующие за ними и собирать по кусочкам целое представление о нем.
О государственном устройстве
Римское устройство государства мне нравится больше всего. В нем я нахожу оптимальное сочетание монархии (ежегодно сменяемые консулы), олигархии (сенат) и демократии (народное собрание). У остальных государств, будь то Афины, Фивы, Спарта или Карфаген, существует заметный перекос в ту или иную сторону. А мы то знаем что происходит в таких случаях, как трансформируется система управления.
У меня часто спрашивают: «А как же государство Платона? Разве оно не лучшее?» Но я не вижу смысла разбирать его, ведь оно не было воплощено в жизни.
От автора:
Полибий претендует на роль учителя. Он строг, педантичен и что самое главное, пытается учить. И очень жалко, что из 40 томов полностью сохранились лишь первые 5. Много бесценных сведений утеряно навсегда.
Буду честен, его стиль может навевать скуку, бесконечные описания маленьких событий, посольств в Рим и всего прочего — утомляют. Не зря Дионисий отнёс Полибия к тем людям, чьи сочинения невозможно дочитать до конца.
Читать далее
3 понравилось
0
549
viktork
26 апреля 2015
При изучении, пусть и кратком, студенческом, политической мысли Античности иногда умудряются "обходить" Полибия. Что, разумеется, неправильно. И еще: недано у нас распространилось поветрие псевдоисторического фэнтези. В "Истории" сюжеты гораздо занимательнее. Похоже, некоторые оттуда и берут.
2 понравилось
0
389