- Рядовой Рингер, наступит день, когда ты улыбнешь​ся моему приколу,и тогда весь мир треснет по швам.

• Я не готова взять на себя такую ответственность.

Он забрасывает винтовку на плечо и целует меня в лоб. Молитва. Благословение. Потом он поднимает с пола лампу и идёт к двери. Охранник и защитник, тот, кто не отдыхает, не устает и никогда не дрогнет. Он прислоняется к косяку и смотрит в ночь. В небе над ним холодный свет тысяч погребальных костров отсчитывает уходящее время.
Я слышу, как он говорит:

• Беги.

Цепляться за то, что мы потеряли, – все равно что надеяться на несбыточное. Обе дороги заканчиваются тупиком под названием «отчаяние».

Странно это. Казалось бы, после того как девяносто девять процентов людей были уничтожены, оставшиеся два должны лучше относиться друг к другу.

Каждый шаг – урок, каждый толчок от земли – напоминание.

– Я хочу назад свою винтовку, – заявила она.
– Зачем тебе винтовка?
– Чтобы пристрелить тебя.

сколько тысячелетий ни разрабатывай план, все равно что-то может пойти не так

– Знаешь, у нас ведь нет резервного плана на случай, если она не вернется.
– Она вернется, – твердо проговорил Бен.
– Почему ты так уверен?
– Потому что у нас нет резервного плана.

«Минута, когда мы принимаем решение…» Хотела бы я, чтобы у меня была минута. Или тридцать секунд. Тридцать секунд в подобной ситуации – целая жизнь. А минута – так просто вечность.

Бритва комкает обертку от жевательной резинки и убирает ее в карман. Он замечает, что я это замечаю.
— Никогда не обращал внимания, сколько вокруг мусора, пока не осталось никого из тех, кто его выбирал, — объясняет он. — Я в ответе за Землю.

— Моя бабушка ходила в молитвенный кружок. Знаешь, что это такое?
— Да.
— Правда? А я думал, ты атеистка.
— Мой отец был атеистом. И почему атеист не может знать, что такое молитвенный кружок? Религиозные люди представляю себе, что такое эволюция.

Люди умирают, любовь остаётся.

- Ну и чего ты достигла? - спрашивает он.

• Мне надо было кое-что себе доказать.
• Что боль - единственное доказательство жизни?

• Я знаю, что жива.

«Я поцеловала его в щеку. Он поцеловал меня в губы.
– Знаешь, – прошептала я, – год назад я бы душу продала за этот поцелуй.
Бен тряхнул головой:
– Он того не стоит.»

«Они допустили одну самую главную ошибку, – наконец выдал он. – Тупые уроды, первым делом им надо было убить тебя.»

«Он являлся для нее загадкой, а преследование было способом ее разгадать»

(Бен) считает, будто это он - дар Божий этому миру, а не мир - дар Бога для него.

Суть не в том, чтобы раздавить твою способность бороться. Главное - сломить волю к сопротивлению.

«Сначала они приучили нас не доверять им. Потом они приучили нас не доверять друг другу. Теперь они приучают нас к мысли, что даже самому себе верить нельзя.»