The Road Back

Наконец-то я нашла лучший роман Ремарка (для себя). Никакое его более позднее творчество, про любовь т.с., не брало меня настолько за душу. Помню, после какого-то из романов, прочитанных мной очень давно, в книге были несколько рассказов. И вот они тоже именно такие, как "Возвращение". Хотя и его стоит читать только после "На западном фронте без перемен" (об этом позже). Но все эти годы моего возвращения к Ремарку с попыткой понять, хорош он или всё-таки плох, оказались не зря.

Меня захватило с самого начала: эти главы, посвящённые именно уходу с позиций, прощанию с окопами и остающимися здесь в могилах боевыми товарищами произвели на меня впечатление. Мне казалось, что я понимаю их, и всё искала какие-то аналоги в союственной жзини или что-то в этом роде, конечно, аналогии все были слабы по сравнению с войной, поэтому я просто отпустила и решила, что такова сила текста автора и переводчика (у меня перевод И.А.Горкиной), что пронимает пониманием, сочувствием, сопричастностью. Очень зацепил момент, когда немецкие солдаты встречают американских, у которых и форма новей, и оружие лучше, и кормёжка явно тоже. И так им от этого становится бессмысленно за последние пару месяцев войны.

А дома они все мечутся из стороны в сторону: с одной стороны жизнь ушла дальше без них, а с другой — застыла. Неясно, чем себя занять, а когда занимаешь — вс кажется мелочным, потому что только война теперь крупное событие, а окопы — всё ещё дом. Так же нервно простоен и текст: за хорошим натроением идёт провал, за радостным событияем тут же, без предварительного перехода — ужас, отчание или смерть. Но так близко чувствуешь всех этих героев, так переживаешь за них, хоть и понимаешь, мало кто сможет устроиться.

Роман постравматическому синдрому. Очень пацифистская книга с такой болью внутри, что била на меня со страниц спустя уже 90 лет. А ведь внутри и намёк на будущую войну, ужасно!

Единственное, чего мне не хватило, — более подробного освещения реальной политической ситуации в Германии в это время, революции, начало республики. Хотя, может быть, его здесь быть и не должно.

P.S. Отдельный плюс — за общую с "На западном фронте без перемен" вселенную: упоминаемый в более раннем романе Тьяден здесь главный герой; среди погибших товарищей из взвода — главные герои той книги.

Неужели вы думаете, что четыре года кровопролития можно стереть, точно губкой, одним туманным словом "мир"?
Казалось бы небольшое произведение, но насколько оно хорошо написано. Я настолько сильно погрузилась и переживала с героями, что испытываю сожаление о том, что книга закончилась.
Насколько глобальную тему затронул автор. Понятно, что все это не понаслышке написано. Сейчас, к сожалению, эта тема опять становится актуальной.

События в книге касаются периода Первой мировой войны (1914-1918 годы) и послевоенного, так называемого мирного времени. Автор со всей присущей ему скорбью и болью пишет о том, как жилось простым солдатам, прошедшим "огонь и воду", выжившим на войне, когда они вернулись домой. Как это часто бывает, когда человек много лет поневоле находился в другом месте, возвращаясь, он зачастую не узнаёт того, что было до его отъезда. Всё вроде бы то же, но уже кажется ему чужим. Люди отказываются его принимать таким, какой он есть, таким, каким его сделала окружающая все годы отсутствия атмосфера вокруг него. А теперь представьте, что он был на войне, пережил голод, страх, постоянно видел вокруг боль, смерть и страдания. Вместо того, чтобы помочь человеку по возвращении найти своё место в жизни, дать какие-то льготы, ведь человек воевал за свою страну, воевал, не по собственной воле уходя на войну, а потому что его призвали. Правительство не делает ровным счётом ничего. Это не только в те времена, и в Германии, а во все времена и в любой стране. Но в описываемые автором события, бардак в стране был полный. Солдаты, оказавшись на долгожданной свободе просто напросто не знают чем заняться, они не привыкли делать чего-либо иного, как воевать. А окружающий мир не только не пытается им помочь, а встречает отчуждённо, даже враждебно. Многие ломаются и сдают, так и не найдя себя в жизни.
И самое страшное, они сами себя потеряли на этой войне. Герои романа пытаются найти чистую романтичную любовь, но возлюбленные их юности уже не те, пытаются вернуть чувство фронтового товарищества, но и его уже не вернешь.
Проще тем, кто ушел на войну уже взрослыми сложившимися людьми - они могут вернуться к своему хозяйству, ремеслу, семьям. 20-тилетним парням сложнее... Их идеалы разрушены. Все они ищут новый смысл жизни, но, к сожалению, не всем удается его найти... Послевоенная жизнь для молодых людей полна трагедий: они совершают убийства, самоубийства, сходят с ума... Немногим удается возродиться и по-настоящему вернуться к жизни. Ведь роман не просто о физическом возвращении с войны, он о моральном возвращении к обычной мирной жизни. Нашему главному герою удается вернуться. Он доказывает, что иногда, чтобы вернуться к свету, нужно опуститься на самое глубокое дно и пережить тьму.

"Что же это за мир, в который мы вернулись?"

Эрих Мария Ремарк, "Возвращение"

Таким людям, как я, полезно читать Ремарка. Отдаю себе отчет в полной мере, что для того, чтобы воспринимать мир в его глубине и многообразии, не чувствовать себя улиткой, замкнувшейся лишь в своей раковине, отупевшим существом с примитивными желаниями, совсем не обязательно читать книги. Есть много людей, которые обходятся без них и живут полной, нормальной жизнью. Они всем своим существом понимают мир, жизнь намного лучше, чем миллионы ученых умников, закончивших институты. Но я, к сожалению, не такая. Поэтому мне нужно читать хорошие книги.

Да, я понимаю, что у Ремарка был вагон и маленькая тележка личностных проблем. И его болезненная склонность к спиртному, хроническая депрессия, проблемы в отношениях с женщинами - все это следствия не только войны, на которой он был 1,5 месяца (непосредственно на передовой), затем было ранение, конец войны он встретил в госпитале. Но все это совершенно не мешает его романам производить внутри меня такую работу, какую проделывает плуг пахаря, взрыхляющий жесткую и утоптанную почву, чтобы она стала способна плодоносить.

Именно благодаря Ремарку я начала понимать, что за уродливая и ужасная штука - война. Он смог перевести для меня сухие исторические факты в живую реальность жизни, страшную реальность. Ведь война - это всего лишь на всего узаконенное право убивать себе подобных в неограниченных количествах. И вся эта патриотическая болтовня вокруг каких-либо войн - полнейшая ерунда, абсурд и вранье. Нет оправдания массовому уничтожению себе подобных. "Любовь к родине", "героизм" - все это лишь лозунги, прикрывающие чьи-то трусливые задницы и меркантильные интересы.

Для любого мало-мальски думающего человека война - полная катастрофа, она уродует душу. Ты считаешься счастливчиком - вернулся живым, руки-ноги целы, пуля-дура тебя не взяла, но вот во что превратилась твоя душа? Только после прочтения нескольких романов Ремарка, я начала понимать, например, проблему воинов-афганцев. Ремарк очень точно смог описать трагедию "потерянного поколения":

"– Людвиг трясет Рахе за плечи: – Разве ты этого не понимаешь? Слово «патриотизм» они начинили своим фразерством, жаждой славы, властолюбием, лживой романтикой, своей глупостью и торгашеской жадностью, а нам преподнесли его как лучезарный идеал. И мы восприняли все это как звуки фанфар, возвещающие новое, прекрасное, мощное бытие!

Разве ты этого не понимаешь? Мы, сами того не ведая, вели войну против самих себя! И каждый меткий выстрел попадал в одного из нас! Так слушай, – я кричу тебе в самые уши: молодежь всего мира поднялась на борьбу и в каждой стране она верила, что борется за свободу! И в каждой стране ее обманывали и предавали, и в каждой стране она билась за чьи-то материальные интересы, а не за идеалы; и в каждой стране ее косили пули, и она собственными руками губила самое себя!

Разве ты не понимаешь? Есть только один вид борьбы: это борьба против лжи, половинчатости, компромиссов, пережитков! А мы попались в сети их фраз, и вместо того, чтобы бороться против них, боролись за них. Мы думали, что воюем за будущее, а воевали против него. Наше будущее мертво, ибо молодежь, которая была его носительницей, умерла. Мы лишь уцелевшие остатки ее! Но зато живет и процветает другое – сытое, довольное, и оно еще сытее и довольнее, чем когда бы то ни было! Ибо недовольные, бунтующие, мятежные умерли за него!

Подумай об этом! Целое поколение уничтожено! Целое поколение надежд, веры, воли, силы, таланта поддалось гипнозу взаимного уничтожения, хотя во всем мире у этого поколения были одни и те же цели!"

В 20 веке это случилось дважды... На двух войнах было убито больше человек, чем на всех предыдущих вместе взятых. Эрнст, от лица которого идет повествование в "Возвращении", став учителем в первый год после войны, с недоумением смотрит на учебники истории, в которых вехи человеческой истории - это войны, завоевания и кровопролития?

А я сижу в своем 2014 году с книжкой в руках и с горечью думаю - а разве сейчас мы живем как-то иначе?.. Мы, радостно хлопающие в ладоши, когда нам обещают "мочить врагов в сортире" и горячо поддерживающие так называемые антитеррорестические операции; они, по ту сторону океана, не менее патриотично верящие, что дети их умирают и убивают еще чьих-то детей в Афганистане, Ираке, Иране на миротворческих(!) операциях за "правое" дело.

Как умудряются политики, историки показать миллионы отнятых жизней, миллионы жизней загубленных этими войнами, сделавшихся живыми трупами - сухими фактами и цифрами, "неизбежными и необходимыми потерями", щепками, которые падают направо и налево, когда рубят лес. Интересно, что это за такие идеалы, которыми можно это все оправдать? И не менее интересно, во что превратились мы, что спокойно это все воспринимаем, слышим, как нечто само собой разумеющееся?

- Такова жизнь, нельзя жевать сопли, если не ты, так тебя сожрут с потрохами, - скажут мне и будут, наверное, правы. Правы по законам сумасшедшего дома, полного абсурда, в котором мы живем и считаем это нормой.

И только лишь Ремарк со страниц своих романов, тряся за плечи своего товарища, все еще спрашивает: "Разве ты не понимаешь?.. Разве ты не понимаешь?.. Подумай об этом!"

Я закрываю книгу. Я думаю о том, что написал Ремарк. Он ведь был там, был на войне, не так ли? Он видел все своими глазами, сам пережил возвращение, он написал как есть, без лишних слов.

Это потрясающая история о том, что война не заканчивается, когда наступает мир. Прошедшие войну никогда не станут прежними, они «будто отравлены», «будто больны». Это история Эрнеста и его товарищей – и молодых ребят, и мужчин в годах. Но там, на войне, никто не смотрел ни на возраст, ни на чин, ни на достаток. Они были равны. Они все стояли друг за друга и за свое отечество. И вот наступает долгожданный мир. Солдаты возвращаются с войны, но вдруг оказывается, что возвращаться им некуда: отечество, за которое они воевали, уже не их родина – в стране бушует революция (и хотя сначала герои не придавали ей значения, позже она проявила себя во всей красе); а бывшие друзья, девушки, семья – все они другие, герои смотрят на них уже не теми юными, полными светлых надежд глазами, а глазами, которые наводили прицел, глазами, которые видели десятки трупов, висящих на колючей проволоке, глазами, которые заливала кровь убитого товарища.

Это история «лишних людей», людей, которые не знают как им дальше жить, что им делать. История людей, которые, вернувшись, видят то, чего не видят остальные. Что бы ни происходило «мирского», все кажется героям чушью, мелочами, лицемерием, подлостью, потому что они на собственной шкуре испытали, что значит «жить». Думаю, отношение этих вернувшихся с войны людей отражает фраза главного героя: «Пойми! Одно то, что я жив и вокруг нет стрельбы, меня пока что вполне удовлетворяет».

Совершенно великолепное произведение! Никогда бы не подумала, что о войне можно писать так. Теперь я думаю, что о войне нужно писать только так. Ремарк не приводит описания походов, баталий, атак, описания сил сторон и количество погибших, почти никакой «статистической» информации о войне. Нет и безликих и отчасти лицемерных од героизму и силе духа, которые так часто встречаются в литературе о войне. Но есть что-то намного большее – эмоции и чувства. Война как ощущение, вот что есть в «Возвращении». Чувства солдата становятся чувствами читателя.

Книга завершена окончательно и бесповоротно – читателю ничего не нужно додумывать и гадать. Не хочется забегать вперед, но конец действительно стоящий и потрясающе написан – это пара страничек, которые хочется распечатать и повесить на стену, чтобы никогда не забывать о том, что действительно важно в жизни.

Я закрываю книгу. Я думаю о том, что Ремарк – гений.

Да, так и вышло. Эта книга, которая, казалось бы, является продолжением «На западном фронте без перемен», произвела большее впечатление, нежели популярнейший роман писателя. Безусловно, Пауль Боймер, Качински, Мюллер, Леер — все они помнятся мне отлично, но... быть может, они ещё более-менее легко отделались, оставшись там. Вследствии событий этого романа все больше понимаешь: родина солдата — фронт.
Но что-то я отошёл от книги. Эрнст и его фронтовые товарищи в лице Адольфа Бетке, Альберта Троске, Вилли Хомайера, Фердинанта Козоле, Тьядена(который мне запомнился ещё с «На западном фронте без перемен»), Людвига Брайера и остальных идут домой, ибо четырехлетняя кровавая бойня кончилась. Да, имён тут много, но ближе к концу каждый персонаж проявит себя по-своему. В ходе сюжета наши герои будут искать свое место в мире, но столкнуться с суровой реальностью: им тут не рады. Первые минуты пребывания в городе ознаменуются нападением революционеров на калеку-Людвига и Эрнста. Но как же так? Они же прошли через ад, который принято называть «войной», они, обманутые государством, пошли на убой и выжили. Но в ответ на их радостные восклики «Война кончилась» илут лишь требования отдать погоны и ордена. Как же так? Придя домой, они видят, что население голодает чуть ли не до смерти. Оказывается, что немцы в тылу тоже прошли через ад, что жизнь не заморозилась. Никто не сидел на месте, а Бетке, пришедший увидеть свою заждавшуюся жену, видит, что с ней приключилось в момент его отсутствия.
В середине книги Эрнст и Вилли устраиваются работать учителями. Казалось бы, вот она, достойная работа, цель в жизни. Но в первые минуты уроков Эрнста постоянно атакуют мысли: что им сказать? Сказать, как правильно перевязывать рану, как в полевых условиях ампутировать конечность, как правильно выбирать укрытие? Сказать им, что в будущем уже новые силы обманут их и поведут на убой? Это сказать этим невинным, молодым и беззаботным мордашкам?.. В итоге Эрнст отказывается от работы, потому что на фронте привык к ритму «сегодня-завтра-смерть», а здесь, в «мире», ему приходится уживаться в «этот год-следующие сорок-пенсия». Этот темп жизни для него слишком медленный.
Также ближе к концу книги для них открывается удивительный факт: убийство на войне и на Родине — это абсолютно разные вещи, и вы ничего не понимаете. Да, это действительно разные вещи, ведь на Родине у Альберта хотя бы причины были, и убивать было за что! Что-что, господин председатель, вы говорите, что там мы убивали за Великую Германию, а здесь он убил просто так? Ежели мы — «герои» и сражались со «злом», то почему вы нас не встретили хотя бы почетно? Почему вы, зная о нашей разочарованности в жизни, вновь не привили к ней интерес, не помогли освоиться? Где все то, что вы нам обещали? Где?..
Не знаю почему, но линия с поиском себя нашла какой-то отдаленный отклик в моей душе. Как будто я их понимаю, как будто мне всё это знакомо.
На этом все. Мира всем.

Спустя двадцать лет после прочтения первых произведений Ремарка понимаешь, что его строки затрагивают тонкие струны души в любом возрасте. И не только в молодости, когда восприятие мира особенно чувствительно. «Обратный путь» является свидетельством вневременного повествования Ремарка, еще раз подтверждая его способность находить отклик у читателей разных поколений. Эмоциональная глубина и грубая честность, с которой он изображает борьбу людей, пострадавших от войны, преодолевают временные границы, создавая повествование, которое остается глубоко актуальным.

В этом продолжении «На Западном фронте без перемен» Ремарк не только продолжает острое исследование человеческих жертв войны, но и углубляется в сложности возвращения в общество, пытающееся восстановить себя. Внутренние битвы и разбитые мечты персонажей изображены с изяществом, выходящим за рамки конкретного исторического контекста, что делает их переживания универсально доступными. Проза Ремарка, хотя и родилась после Первой мировой войны, обладает вневременным качеством, которое продолжает вызывать сочувствие и размышления.

«Обратный путь» — это больше, чем продолжение; это размышление о непреходящем влиянии войны на человеческий дух, тема, которая находит отклик на протяжении многих лет. Способность Ремарка затрагивать глубокие и универсальные аспекты человеческого опыта гарантирует, что его работы остаются острым и непреходящим вкладом в литературу, приглашая читателей всех возрастов размышлять над глубокими истинами, заложенными в его повествованиях.

Вони повернулися додому, але не до того «дому, який справді був тим близьким вогником у темряві війни. Що ж чекає на таких негероїчних героїв? Що у їх подвигах надумане, а що справжнє? Що є війна і проти кого? А головне: за що? За зо ці знущання на плоттю простих людей, обдурених поняттями «Батьківщина», «патріотизм» і «місце під сонцем»? На всі ці актуальні питання, на жаль, для України автор дає відповіді.

Ерих Марія Ремарк – геній «Втраченого покоління», який сам стикнувся із війною, глядячи в її страшні вічі. Тут показана інша сторона медалі. Сторона без прикрас, без салютів і святкових мундирів. Ця правда жахає, безсумнівно. Це і кишки і довгі мученицькі смерті. Це зламані навіки долі, розбиті та знищені сім’ї, зруйновані будинки та мертві скелети минулого. Ось що таке війна. Війна в розумінні письменника.

І справді роман просякнутий духом антивоєнним, пацифістичним. Адже герої визнають, що вони вбивали за невірні ідеали, за чужі рахунки та вмирали за чужі ж прорахунки. Вони бачать відверту різницю між вбивством в окопі та вбивством під час миру. Бо ж останнє відбувається з причини, можливо, хоча б частково, але виправданих.

Але в книзі підіймається не менш важливе питання інтеграції військовиків у мирний час, в мирну систему. Чи зможуть вони стати частиною колишнього світу, за зміну якого вони воювали? Чи вони поріжуть вени, потраплять до в’язниць та кидатимуться у холодному поту під мороком ночі? І кожен читач повинен сам вирішити для себе, якими ж будуть відповіді на ці тези: ствердними чи негативними.

А з чим зустрічаються наші герої? З нерозумінням, страшним болем не поразки, а душевної смерті, та вічним нежитем страждань. Вони інші. А звички прифронтові. Вже немає тієї дружби солдатів, знову після війни все на своїх місцях, але воно не поблискує, яке скельце на сонечці, випалюючи очі персонажу з реклами. Соціальна нерівність, злидні та нерозуміння – ось з чим вимушені зустрітися ті, хто вірив у майбутнє. А ще зі страшним пекучим передчуттям майбутньої бурі, катастрофи – нацизмом та Другою світовою.

Хтось скаже: «Це щастя – повернутися додому!» Хіба? Хіба щастя у безсонні, постійному напруженні нервів та бідності? Втім, найстрашніше, що ці всі 7 кіл пекла були реальністю для більшості людей. Їх зрадили. Та зробили це в усіх сенсах: кого дружина, кого – друзі, а всіх разом зрадила влада, а самі вони зрадили старим правічним ідеалам. Що для них життя? Що віра та любов?

«Повернення» -- це віяння розчарування. Що не кажи, а війна змінює людське нутро. Ви подумаєте, що робить його більш загартованим, невразливим, міцним. Але Е. М. Ремарк доводить інше. Тонко й психологічно він підмічає страхи, згадки червоних макових полів та нудоту від першої жертви. Солдатчина звикла до братання, готовності покласти своє життя, але як важко буває, коли все це зникає опісля неї. Старої дружби нема, нема старого кохання, залишаються лише незагоєні рани, страхи та інвалідність.

Тепер це називають посттравматичним синдромом. Як просто. Як просто закинути цілий вир почуттів та емоцій, цілий вагон згадок у два простих іноземних слова. Пост – після, травма… І страшно подумати, що таке буває і буває прямо зараз. На передовій, де окопи рвуться під артилерією, а повернені… Прийшли лише тілом, душа вже гниє в братський могилі.

Але не подумайте, що ця книжка виключно про війну та стрес. Вона і про дружбу, справжню, яка буває тільки між людьми. І про кохання. Те, що переживає будь-які бурі, яке дає прощення. Яке прощає і зраду, і відсутність. Дружба до смерті, до ешафоту. Назавжди. Разом. Проти зла. Зла, що з’їдає яблуко зсередини.

Не менш цікавими є символи автора, які нібито кричать: «Не розумій нас прямо, читачу!» Це і цигарки «Слава Німеччини», від яких відмовляються герої, знаючи, яке лайно в тій пачці. Це і макові поля, що нагадують озера крові. Ці молоді люди через битву, через м’ясобійню, куди їх послали чужі інтереси, втратили назавжди свою юність. Вони дорослі не по літам і вони ж втрачені, побиті життям.

Окремо хотілося б звернути увагу на переклад, який подається у видання за перекладом 1986 року. Дуже ріжуть око деякі русизми, неправильні відмінкові форми та закінчення. Тому я відмічаю погану роботу перекладача, який, на жаль, зіпсував у я думаю, великій мірі естетичні форми твору.

Хоча як інакше? Жити треба. І ось так буває жорстоко, буває важко, але з урагану можна врятуватися. Та не лише втечею.

Конец Первой Мировой войны. Эрнст, Козоле, Адольф, Герхардт, Юпп, Вайль и многие многие другие возвращаются домой. Что их может ждать, когда в подсознании живут ужасы окопов и смертей?
По возвращении домой Эрнст не может найти себе места. Всё, произошедшее в городе во время его отсутствия, кажется ему пустым. Как кто-то может умереть не от пули, а от воспаления легких? Такое невозможно. Там, вне войны, жизнь продолжалась.
Эрнст не может усидеть на месте в доме родителей. И он идет к фронтовым друзьям, которые пытаются вернутся к нормальной жизни. У каждого из них потихоньку начинается своя жизнь, но всё равно что-то не так. За радостью успеха скрывается ужас прошлого, пережитого. Эрнст становится учителем спустя много лет. Но он не понимает, почему в учебниках истории войнам уделяется лишь несколько строк и стоит лишь дата...

Этот роман пронизан болью потерь близких фронтовых друзей. Потери настоящей, мирной жизни. Война разделила нормальную жизнь напополам. То, что было до - было хорошо. То, что стало после - непонятно и неизвестно, непривычно, слишком просто.
После прочтения хочется кричать - зачем нужна эта война? Зачем рушатся судьбы стольких людей? Они теряют себя и не могут найти всю жизнь, потому что та боль войны остается с ними навсегда.
Люди, не надо войн. Пожалуйста.

Как объяснить гражданскому, что значит быть на войне?

Первая мировая война закончилась для Германии разгромным поражением. Но поражение это было где-то там, вдалеке от повседневной жизни, и солдаты, вернувшиеся с той войны в первую очередь столкнулись с непониманием как со стороны близких им людей, так и общества в целом.
Мать делает замечание сыну. В её глазах это тот же ребенок, каким он был 4 года назад. А сын сидит, смотрит на свои руки и вспоминает, как в день своего восемнадцатилетия он этими руками заколол французского солдата.
Вчерашний солдат, прогуливаясь по полям своего детства, вдруг с ужасом понимает, что хорошо виден из окопов, и бросается под защиту ближайшего дерева. И лишь через несколько минут осознает, что война уже закончилась и с опушек леса больше не стреляют.
И сколько их таких, мальчишек, поднятых прямо со школьной скамьи, брошенных в окопы, переломавшие их психики, а потом также жестоко возвращенных в мирную жизнь, к которой они оказались точно также не готовы? А в мирной жизни голод, безработица, беспорядки и революция. Кто-то приспособился, кто постарше - вернулся к профессии, а кто-то и наложил на себя руки. Фронтовое братство распалось, революция и социальное неравенство развели по разные стороны баррикад, и каждый остался один на один со своими воспоминаниями и своей совестью.

9 мая мы собираемся всей школой в назначенном месте и мирно шествуем на площадь. Справа от меня лузгают семечки, слева слышу, что кто-то починил скутер. Сзади мне наступают на ноги, но стараюсь не обращать внимания: идём тесно и медленно, ругаться не хочется. Нас объединяет одно - мы идём воздать дань умершим солдатам. И так - повсюду.

Но какую цель мы преследуем на самом деле? Моё поколение - это поколение, развращенное современными фильмами и компьютерными играми. Вот наш эталон войны. В предпраздничные дни нам рассказывают о тысячах и миллионах умерших. 1000 и 1000000! Но что для нас цифры, разве они способны вызвать настоящие чувства? "Да, дети, ваши деды и прадеды умирали, чтобы сегодня вы могли жить свободно. А где же ваша благодарность?" - вопрошают нас. Чёрт возьми, да они умирали, да мы должны быть благодарны, но на митинге нам рассказывают стишки и говорят пышные фразы! Никогда такими фразами не передать того, что было на самом деле. Провалиться мне на месте, если я не хотел понять, что такое война. Но кто же скажет правду? Где мне рыскать и что копать? Где она, правда?

А она здесь.

Война не романтична, как я думал раньше. Там нет места подвигам, зато есть смерть. Не такая, как в фильмах, под трагическую музыку и печальные взгляды, а настоящая, с кишками на проволоке и вывалившимися, размазанными в кашу мозгами.

и я верю. Здесь нет места сантиментам. Пускай война Ремарка была 18-го года, но разве с течением времени люди научились умирать по-другому? Чувства, слова, воспоминания - всё перемешалось и приобрело иной смысл, понятный только на фронте, вытеснило всё лишнее и оставило только грубые инстинкты. После газовой атаки солдаты не всегда засыпают на поле боя. Они с позеленевшими лицами ещё несколько дней выплёвывают свои лёгкие. Разорвавшийся снаряд не уносит их к праотцам - руками зажимая раны, они держатся за жизнь.

Что ж, о войне позабыли, её облик исказился временем. Войну наполнили другими чувствами, более романтичными. Но ведь лучше грезить о подвигах, чем столкнуться с ней.