Цементный сад

О, Божечки (привет, lilulovegood ), я надеюсь, что это фантастика)))
Нет, конечно, в нашем безумном, безумном, безумном мире и не такое может происходить, но это уж точно чересчур!!
И чем же досадили Макьюэну детки, что о них он пишет такие романы (первый мной прочитанный его роман был Искупление , но, как оказалось, девочка там - просто ангел, по сравнению с детьми из Сада).
Действие романа происходит в доме, где проживают без родителей два братика и две сестрички. Или три сестрички и братик - кому как нравится))
В общем, обалденная книга - на одном дыхании! Вот и верь после этого рейтингу =)

Я не ожидала подобного. По аннотации и сравнению с "Повелителем мух" ждала именно буйства, хаоса, дикости в ярких красках, словно отпущенная с поводка эволюции природа взяла свое, вернув в первобытное состояние. Но прочитала я совершенно иную вещь. С другой стороны, ожидать буйства от меланхоличного Макьюэна - это тотальная ошибка.

История о семье. Она вырвана из контекста их жизни неряшливым куском, и непонятно, почему они стали такими, как росли их дети, что происходило. Смерть отца - быстрая, внезапная, смерть матери - медленная и угасающая, но тоже скоротечная. Четверо детей остаются одни - уже почти взрослая Джули, почти взрослый Джек - от его лица ведется повествование, Сью - не по возрасту моментами рассудительная и крошка Том, не особо понимающий происходящее. Решив, что без родителей их отправят в приюты или чужие семьи, дети прячут труп матери в подвале, залив цементом. Мать и до этого не выходила из дома, так что перемены не особо заметны снаружи. Друзей у этой странной семьи нет, и некому их навестить.

По началу все шло по сценарию первозданной дикости и внезапной детской свободы - печенье на обед, гора посуды, отсутствие гигиены, расползающаяся плесень. Меньшее из зол. Большим становится и без того расшатанная психика.

Насколько травмированы были дети изначально, что все обстоятельства привели к подобному? К тому, что младший Том в попытке спрятаться притворяется сначала девочкой, потом младенцем? К тому, что старшие сестра и брат переходят родственную черту - и это не из разряда ситуации "Цветы на чердаке", где дети годами находятся в замкнутом пространстве, и сохраняют здравость рассудка в куда большей степени.
История оставляет после себя гору вопросов. Это и впрямь вырванные страницы из чужой жизни - на, прочитай, подавись своим любопытством, негодуй, сожалей, ужасайся и надейся, что все это - только выдумка.

...инцест тем и привлекателен, что в любви соединяются два тела, созданных по одной мерке, и два сердца, знающих друг о друге всё.
Цитата из ЖЖ
Все, что вы хотели знать об инцестуальных отношениях, но боялись спросить, вот что такое эта книга. В психологии понятие «инцест» выносится отдельно как сложная сексуальная девиация, «нетипичные сексуальные отклонения». Согласно Фрейду, у ребенка 3–5 лет пробуждается влечение к родителю противоположного пола, которое затем подавляется, но существует подсознательно. Мальчик испытывает сексуальное влечение к матери, которое смешано с чувством страха по отношению к отцу. Девочки в матери, а мальчики в отце видят соперников, препятствие в реализации своего желания, влечения. Конкуренты отнимают у ребенка внимание родителей, поэтому желание от них избавиться понятно, но родители ведь заботятся о ребенке, они источник тепла, любви, защиты... Эдипов/комплекс Электры может по-своему проявляться в таких ситуациях, ибо половой контакт не позволяет психике правильно сформироваться. Не единожды зафиксированы случаи, когда при инцесте мать и сын, отец и дочь говорят, что ни с кем из неродных таких острых ощущений не было. То же самое касается и отношений брат+сестра. Происходит подмена понятий - близость моральная переходит в физическую. А уж если к этому примешана психотравма, добавьте в комплект равнодушие общества - и готово.
Дети стремятся остаться одни, в своем маленьком мире без взрослых. Каждый по-своему переживает потерю близких. У одного ребенка психика откатывается назад, на состояние беспомощного ребенка. Кто будет о нем заботиться, как не брат и сестры? Другая, напротив, хочет стать самой взрослой и главной, но не понимает, что с этим делать. Третий впадает в апатию и отрицает заботу о себе, прекратив мыться и следить за своим телом. И все это в подростковый период. Гормоны бурлят, в голове черт знает что, постоянный стресс мешает выйти из травмированного состояния. И заканчивается все более чем логично, но совсем не правильно с точки зрения здорового человека. Я писала пару докладов на тему инцеста, и все случаи, где отношения родных братьев и сестер формировались без принуждения, происходили по такому плану: оба считали, что ближе у них никого уже нет. И пытались сохранить эту близость всеми возможными способами.
Очевидно, что с помощью специалистов детей вернут в правильное русло развития, которое включает в себя уход за собой и близкиими и исключает сексуальные контакты с братьями и сестрами, но то, что случилось, оставляет отвратительнейший осадок, ощущение, что читателя вываляли в мерзости. Ничего удивительного, сама тема такая... табуированная.

Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости. (Фрэнсис Скотт Фицджеральд)

Книга эта попала ко мне по воле великого рендома флеш-моба и честно говоря я от этого не в восторге. Прочитав описания, мы видим посылания на "Повелителя мух" и "Страну приливов", ну и соответственно себя настраиваем. А в итоге - одно сплошное разочарование. Обе вышеупомянутые книги намного сильнее той, что нам предстоит прочитать.
Это, безусловно, только мое мнение, но в этой книге нет ни разрушения детского мира, ни сотворения взрослого, а хоть что-то да хотелось бы увидеть. Совершенно не ощущая себя частью происходящего читатель смотрит на пустых героев в наигранных ситуациях. Там, где должно быть ужасу - удивление, где нам должно жалеть и сострадать - не более пожатия плечей.
Книга по большей части описывает какую-то безумную мерзость. Моя оценка 2, а не 1, исключительно за Тома - единственного ребенка, который хоть немного похож на ребенка, пусть и раздираемый ужасами мира Макьюэна.

В общем, смотрите, как интересно получается: 4 детей в городе оказываются сиротами после неожиданной смерти матери. Они уже и не слишком дети - трое из них, во всяком случае, вполне могут выполнять свои обязанности и создать нормальную семью - пусть и без родителей. Но Макьюэн наглядно показывает, как разрушается человек за какие-то несколько месяцев, как все шире и шире трещина по тому, что казалось незыблемым, как цветущий сад души (ура, привет Маяковскому) становится цементным - и не по вине жестокого окружающего мира, а по вине самих героев.
Жутко, реалистично, безысходно. И кажется, может случиться с каждым.

Пожалуй, соглашусь с другими читателями: «Цементный сад» – действительно неоднозначное произведение, вызывающее ряд самых противоречивых чувств, в их числе омерзение и сочувствие одновременно. Первое чувство возникает практически в самом начале повествования и не покидает читателя до последней страницы. Второе чувство просыпается примерно к середине книги. Сочувствие зарождается медленно, но, в конце концов, расцветает в полную силу тем сильнее, чем больше погружаешься в самобытный мирок осиротевших детей.

Я считаю, что Иэна Макьюэна нельзя обвинять в профнепригодности: напротив, автор воссоздал настолько противоестественную ситуацию, возможность которой волей-неволей начинаешь допускать.

Как выяснилось, Макьюэн – подлинный психолог. Он так натурально и правдоподобно описал реакции детей на смерть матери, что начинаешь задумываться о том, откуда у автора такой натуралистический опыт в подобных вопросах. Сначала дети как будто не осознают серьёзность ситуации: ощущение ступора сменяется отвержением случившегося. Однако по прошествии чуть меньше двух месяцев со дня трагедии с характерами героев начинают случаться серьёзные метаморфозы.

Например, Джек спустя два месяца после случившегося забывает лицо и голос матери. «Искусственная амнезия», которая в один прекрасный момент возникает у старшего из братьев, легко объясняется психологической защитой мозга на болезненную ситуацию.

Самый младший член семьи – шестилетний Том – тоже прибегает к одной из форм психологического приспособления – регрессу, позволяющему почувствовать себя в безопасности и относительной умиротворённости.

Неестественный, истерический смех старших детей после смерти матери – такая же своеобразная реакция, как и другие, о которых говорилось выше. Смех защитил брата и сестёр от возможного безумия.

Иэн Макьюэн – смелый автор, однозначно. Зайти на литературное поприще произведением, в котором присутствуют сцены инцеста, – истинное сумасшествие.

Поскольку в книге отсутствуют привычная добрая романтика, сентиментальная грусть и т.п., ждать от произведения положительные эмоции – бессмысленно. По-видимому, этим фактом можно объяснить большое количество разочаровавшихся. «Цементный сад» – это, скорее, смесь психологического триллера и драмы с элементами фетишизма.

Произведение однозначно заслуживает высокой оценки хотя бы потому, что вызывает у читателя сильные чувства. Однако перечитывать книгу вряд ли возможно.

Глядя на красивую яркую обложку, создается впечатление, что под ней находится что-то легкое, светлое и приятное. Она словно завлекает: "Открой книгу и окунись с первой страницы в омут интересного повествования". Но, как обычно первое впечатление часто бывает ошибочным, а внешность обманчивой. Под этой красочной обложкой скрывается жуткая жуть. Но в одном совпадение все же есть: роман действительно меня захватил, да так, что было невозможно оторваться. Он словно липкая паутина обволакивает с ног до головы и держит в напряжении до конца. Умеет Макьюэн создать атмосферу и вызвать сильный интерес у людей.
Перед нами изящная, мрачная история об осиротевших подростках с еще неустойчивой психикой, о темных секретах, таящихся в душах людей, об одиночестве и отрешенности. Что могут натворить дети оставшиеся одни? В кого они могут превратиться и на какой путь встать? Один из вариантов развития событий описывается здесь, в этом романе.
Чтение я бы сравнила с блужданием в темном и затхлом подвале (да может и в том самом), а финал был как глоток свежего воздуха. Правда, книга пролетело стремительно, так что мои скитания во мраке были недолгими. Несмотря на все ужасы в шок роман не поверг, хотя и передергивало несколько раз.
Автор противоречив. Он рассказывает мерзкую и отталкивающую историю, но делает это красиво и притягательно. И это прекрасно.

Макьюэн - один из моих любимых авторов. Его слог, в принципе, узнаваем, но в тоже время книги его непохожи. Жаркое "Искупление" - это полная противоположность угасающему "Амстердаму". "Суббота" вообще состоит из одинх скелетов, попрятанных в шкафах и антрсолях, которые сыпятся на читателя с каждой страницы. "Цементнй сад" вообще за гранью разумного, но при этом книга не кажется выдумкой, и от осознания этого становится еще противнее.

Если взять во внимание то, что "Цементный сад" - это дебютный роман (до этого публиковались лишь рассказы Макьэна), то можно воспринимать его как желание автора заявить о себе. "Цементный сад" либо оттолкне читателя, либо заставит его восхищаться умением автора докопаться до самых потаенных уголков души. Равнодушным эта книга вряд ли кого-то оставит. В любом случае она вытащит читателя на эмоции. А это очень важно, чтобы запомниться.

Все что ниже - СПОЙЛЕР:

Герои книги - дети. Четверо детей, которые и до смерти родителей не вписывались в рамки, продиткованные общественной моралью. Внезапная смерть отца, и кончина матери, которая несколько недель непонятно от чего умирала в своей комнате, сделали свое дело. Все, что было еще чуть-прикрыто, полезло наружу.
Тут вам и маленький мальчик Том, который хочет быть девочкой, а пом, как оказыается, он уже давно играл со своим другом из высотки в "мужчину и женщину". Что там были за игры, с учетом поведения его старших братьев и сестер, представить не так уж и сложно.
Кстати, Джек и Джудит (старшие дети) - эти вообще странная парочка. Джудит - вроде и среди самых популярных девченок школы, но вот в что-то в душе этой девчонки уже надломлено. Джек же, как и многие из подротсков, бунтует. Он любит раздевать младшую сестру, не следит за собой, плевал он на то, что от него хотят взрослые.
Кажется только Сью в этой компашке сохранить адекватность в своих поступках и решениях. Она забыла то, что делали с ней старшие брат и сестра. Она любит читать, а свои переживания изливает в дневник. Как она справится потом с пережитым стресом, автор не расскажет.
Детей в конце-концов зберут соцслужбы. Но перед этим они не один день проживут в доме, где в подвале в бетон закатали труп матери....

Я искренне недоумеваю, что это было? И я абсолютно уверена, что не могу поставить настолько необычной книге оценку.
Иэн Макьюэн, последние года так почитаем и любим у многих русских читателей и буктьюберов, для меня автор новый. После прочтения "Субботы", я настороженно просматривала восторженные отзывы на его произведения, аккуратно ходила вокруг да около, и вот, волей судьбы, добровольно-принудительно, я наконец принялась за Макьюэна.

Данная книга не похожа ни на что другое, прочитанное мной ранее. Этим она зацепила и приковала к себе до самого финала. В самой обычной и нормальной с виду семье умирают сначала отец,а затем и мать. Чтобы не оказаться в приюте, четверо сирот симулируют для окружающих полноценную семью, и на целое лето оказываются сами себе предоставленные, залив тело матери в цемент. Тут и начинается самое интересное. Макьюэн с искусством тонкого психолога предоставляет возможность читателю наблюдать за иррациональным поведением детей в относительно замкнутом пространстве на протяжении достаточно долго времени. Ещё в самом начале книги автор без стеснения показывает нам неприятные черты характера Джека, заигрывания с ним старшей сестры Джули. Тут нужна всего капелька катализатора и БУМ! Все, что раньше хоть как-то сдерживало животную природу детей, хоть каким-то образом держало их в рамках нормальности и приличия, рушится. Любопытно то, что в начале книги в семье вроде бы и нет привязанностей друг к другу, нет проявлений любви и тепла. Но с каждой страницей братья и сестры все сильнее готовы стоять горой за их общую тайну и оберегать их мирок, их цементный садик, грязный до абсурда дом, их извращенные игры с переодеванием и "исследованием" тел.

В книге достаточно неприятных моментов и описаний, но тошнотворной и мерзкой книгу я назвать не могу. Видали и похуже. Жуткой и страшной могу. Заставляющей задуматься над психикой детей? Да, безусловно. Если касаться языка и стиля автора, то произведение читается очень быстро и легко. Но увы, книга не зацепила настолько, чтобы поставить ей хоть какую-то оценку. Она и понравилась,и не понравилась одновременно. Мне чего-то не хватало на протяжении всего прочтения. Каких-то ярких вспышек, динамики, "вкусных" предложений, интересных поворотов сюжета. А в целом идея предоставления детей самим себе, конечно, интересна. Во время прочтения все время думаешь, неужели такие люди бывают? Неужели человек может повести себя так? Сколько детей повели себя бы точно так же, убери только надзор над ними? Так что из книги я кое-что вынесла, за что ей спасибо. Но Макьюэн все равно остается для меня непонятным автором, мое отношение к которому ещё до конца не определено.

Книга, крошечная и ничего лишнего, как и фильм по ней. Неуютные, липкие, возвращаться в них не хочется, но странным образом затягивают, как болото. Чтение затягивается и из памяти никак не выветривается, буквально каждый день напоминая о себе.

Любимый садик, навсегда погребенный под цементом, незаметная смерть отца, за семейными обедами, позволявшему шутить только себе.
Продолжительное и почти незамеченное умирание матери. Спертый воздух в комнате, как погребение заживо, а потом лишь переезд в более тесный сундучок, заботливо укутанный цементом.
Цветущая рожа старшенького, домовито разгладившего посмертный слепок на влажном цементе, его неряшливые патлы, бесконечное рукоблудие, подглядывания за сестрами.
Парички и девичья платьица младшего братика, желание стать младенцем, а может и спрятаться в утробе, вернуться в теплую защищенность.
Маета от отсутствия интересов, оглушенности, жужжание мух, гниение и набухание продуктов.
Ненормальный, обособленный мирок, который как через жирную пленку, не пускает никого, дальше шуточек и нелепого обмана. Из всего городка, только простодушный "Хрюша", заметил что то не то, который вроде бы хотел спасти заблудших овечек, вывести из болота, но чуть было не увяз сам.

Вроде бы ничего шокирующего, видели и пострашнее, но эта будничность, это "меня уже ничем не удивишь" у подростков, их полная атрофия чувств, запомнится надолго.