Таня зачем то собирала снимки олигархов с женами, и скоро под них потребовалась вторая vision board. Фотографии были очень разными, но во всем своем многообразии четко делились на два типа. Жены их были либо трофейными, либо кармическими.
Трофейные жены были молоды имели, как правило, большую грудь (не зря ведь олигархическое измерение начинается при переходе от "лимонов" к "арбузам") - но на вкус Тани совсем не были красивы.
Вернее их красота была фальшивой и претенциозно-формальной, как у пошлых стихов с идеальными рифмами. По отдельности все эти носы, голени, плечи, глаза, животы и уши выглядели безукоризненно, но соединение частей в целое не давало нового качества. Фотографии показывали ухоженное женское тело с высокой капитализацией, соответствующее строжайшим стандартам патриархального сексизма, и больше сказать было нечего.
Олигархи на этих снимках имели такой вид, словно позировали с суперкаром или бизнес-джетом - что, собственно и расставляло последние точки над "ё": ситуация была понятной и по-своему честной.
А вот кармические жены... Это было другое. Они выходили не за олигарха, они в свое время поверили в своего ушлепка Федю, сделали ставку на голимое "зеро", и им прикатила удача.
Кармические жены были старыми, толстыми, непривлекательными, дорого и нелепо одетыми - но внушали уважение. Ясно было, что их мужья катаются на суперкарах, но этим ухмыляющимся загорелым теткам не надо было бояться за место под солнцем. Они его заслужили.
На снимках, где они стояли рядом со своими форбсовскими кавалерами, почти проступали линии судьбы, соединяющие их с мужьями - надежные и прочные узы, любая попытка порвать которые вела в высокий лондонский суд. Ибо, как было сказано, за каждым успешным мужчиной стоит любовь женщины, и британские юристы отлично умеют переводить эту максиму на язык конкретных цифр.
Журнал "Женские секреты", как и обещало название, приподнимал покровы: кармические жены часто уже не жили с мужьями, закрывали глаза на их шалости, зато управляли собственными империями... А вот трофейных жен чаще всего связывал брачный контракт, низводящий их почти до прислуги.