Манюня (сборник)

А того,что если у человека пальцы на ногах не в кучку, а вразброс, характер у него отвратительный!

Автор сама является христианкой, правда, достаточно раздолбайского разлива.

– Давайте мы сконцентрируем всю ненависть в наших глазах и высверлим в его голове дырку!

«Вот чем думал человек, когда сочинял такие ужасные истории? – недоумевала я. – Небось спал и постоянно видел, как орангутанг забирается через трубу и откручивает ему голову».

Адам Казимирович Козлевич на своем "Лорен-Дитрихе" нервно закусывает зависть локтями, - комментировал папа, когда дядя Миша торжественно въезжал в наш двор на своем драндулете.

Наверное, это и есть счастье, когда рядом люди, которых ты любишь всей душой. Которые с тобой - навсегда, невзирая на время и расстояния. Несомненно, это и есть счастье.

Вполне возможно, что Олег, истерзанный разрушительными ухаживаниями Мани, уезжал на всякий случай переодетый, как Керенский, в костюм сестры милосердия

- Мань, - шепнула я, - Этери запросто могла бы стать нашей военной тайной. Она единственная девочка в лагере, да и, наверное, в мире, которая не боится щекотки.

Ба мигом вычислила ее преступные намерения и прямо-таки обезгвоздила нарушителя спокойствия!

Если влюбляется, то вусмерть. Пока со свету не сживет - не успокоится.

- Я-то в кино пришла, а откуда ты пришла, я не знаю, может, и из хлева! - не испугалась старушка. - Сама ты чучело, понятно тебе? А это моя коза Маньяк, еще слово поперек скажешь - и я ее на тебя натравлю. Учти, она бодливая, да, Маньяк? - обернулась старушка к козе.

• Ме-е-е-е! - с готовностью отозвалась Маньяк.

А когда закончились все положенные по случаю тосты, стали пить за здравие каждой ветки раскинувшейся напротив яблони. Ни одну ветку не пропустили, - заплакал молоденький оператор.

Я вспомнила, как мама учила нас держать спину правильно, - задрала плечи к ушам, отвела их сильно назад и опустила - теперь моя осанка была идеальной.
Видимо, Ба оценила мои старания. Она еще с минуту глядела на меня, потом хмыкнула:

• Грудь моряка, жопа индюка!

Она торжественно вручила мне пакет с нашим семейным альбомом и коробкой конфет для Ба. Пакет был невероятно красивый - ярко-голубой, с одиноким красавцем-ковбоем и надписью "MARLBORO". Таких пакетов у мамы было несколько, и она берегла их как зеницу ока для самых торжественных случаев.

Иногда,оказывается,чтобы закончилась война, достаточно просто родить маленького Петроса

Воздух был звонким и чистым и невесомым, словно перышко. С каждым вдохом он наполнял лёгкие газированными пузырьками счастья - хотелось взлететь и бесконечно парить над землёй

— У нас таинственное шевеление в волосах, — хором выдали мы наш страшный секрет, — мы решили набрать полную ванну теплой воды и нырнуть в нее с головой на час, чтобы вошки задохнулись!
Ба изменилась в лице.
— Какой кошмар, — запричитала она, — то есть вошки бы утопли, а вы — нет?!!!

Вот почему отец, натренированный ежедневным общением с непредсказуемыми тетеньками, не робел перед Ба. Да и Ба признавала в нем если не равного, то хотя бы полноправного собеседника и относилась к нему с большим уважением.

Ба ваяла и творила, как Антонио Гауди на стройке собора Святого Семейства — без чертежей и набросков.