Отзывы о книге Август

Весь такой эпистолярный жанр, то есть письма, письма, дневники. Про приемного сына юлия цезаря, который умирая от предательских ударов в спину, помянул брута. Цезарь, а не сын помянул, ясное дело. И написано, пожалуй, с симпатией к августу. А у меня от него смутное впечатление еще из детства, что он был тот еще коварный, ехидный и мстительный змей. Видимо, в тех источниках, где я черпала информацию, относились с большей симпатией к клеопатре и марку антонию. Нда. И, в принципе, оно где-то даже и понятно. Запретная история любви с трагическим финалом и какой-то мстительный и жадный до власти молокосос-хиляк. Со здоровьем у августа было сильно так себе. Тем удивительней его успех в то время, когда на тронах ценились воинские заслуги и крепкие мускулы.

А здесь и сейчас призадумалась. Ведь этот август был действительно и по нашим, и тем более по римским меркам совсем сопляк, когда взялся бороться за власть и таки уделал опытных, бывалых чуваков. Да так, что правил очень много лет и фактически был императором, хоть и неистово открещивался от внешних атрибутов царской власти. И сильно непохоже, что у него за спиной был хоть когда-либо серый кардинал. И женушка ливия, которую кто-то считает августовской шеей, ну не была она таковой. Вовсе он не скакал покорно под ее дудочку. Она точно интриговала, подставляла и вероятно травила неугодных ей персон. Но август был сам себе многоглавый змей. Так что, это именно про них сказано: муж и жена - одна сатана.

И этот август - он, вероятно, был действительно в чем-то выдающийся чувак, ежели с младых лет не кидался творить кровавую баню всем своим врагам. А даже прощал, приближал к себе и перетягивал на свою сторону, когда от человека намечалась хоть какая-то польза. Тем загадочней выглядит череда смертей фактически всех его потенциальных наследников. Женушка травила, чтобы посадить на престол своего сына-любимца от первого мужа? Именно этого пасынка август категорически не переваривал. Лично мне чего-то совсем не верится. Уж ежели он не пощадил любимейшую и единственную дочь за репутационную подставу, то какая-то там тетка, пусть и из рода клавдиев, не родившая ему ни одного ребенка... то бишь наследника. Он вообще походу был женат на римской империи и точка. И если бы возникло хоть малейшее подозрение, что супружница травит народ легионами...

Я вот совсем не исключаю, что это была его кара, его плата за такую долгую и никем-ничем не ограниченную власть. Так долго править, столь многого добиться и пережить всех своих кровных или любимых наследников. Что может быть ужасней для такого человека?

Ну и, конечно, я буду не я, ежели не упомяну про тяжкий труд испанских прачек (цэ). В данном контексте - высокородных римлянок. Ужас, какие были времена. Участь рабов просто без комментариев. И средневековье с его инквизицией тоже ни разу не сахар. Но тут... Все женщины в окружении августа были натурально разменными монетами. Выдали замуж, рожай аки свиноматка, расторгли брак или овдовела, снова выдали замуж, опять рожай. Ты должна рожать, рожать, рожать во имя рима и так далее. Тоже ведь рабство при кажущихся правах и свободах. А муж в это время может вести себя аки холостяк. За что и пострадала дочь августа. Она посмела захотеть обычного счастья опосля трех браков во имя всяких-разных интересов папаши.

В общем, какое же впечатление осталось у меня опосля прочтения. Да и не сильно изменилось. Как был август в моих глазах ехидный змей, так и остался. Но чувак, тем не менее, выдающийся, чего уж там.

Этот роман раскроет читателю еще одну грань таланта такого недооцененного при жизни писателя, как Джон Уильямс. Правда, слава в конце концов постучала в его двери но, увы, дома его уже не застала. На волне признания романа Стоунер , у нас решили заново перевести и издать его единственный исторический роман о римском императоре Гае Октавии Цезаре Августе, чье феноменально длительное по тем временам правление ознаменовало собой прекращение гражданских войн, окончательное преображение Римской Республики в Империю, о человеке, чья слава пережила века и дошла до наших дней.

Будучи преемником и наследником Юлия Цезаря, Октавию сложно было не подвергаться сравнению с ним и не померкнуть на фоне такой харизматичной и яркой личности, каким был его двоюродный дед по материнской линии. Но Октавий, которому римский народ даровал имя Август и назвал «отцом нации», сумел это сделать. Крылатое выражение «власть развращает» подтверждали практически все его предшественники и восприемники, а вот ему удалось этого избежать. Как, собственно, и покушений, и преждевременной смерти за всю свою длинную по меркам любого времени (76 лет) жизнь. И уйти в мире и покое, обеспечив преемственность власти, может, и не в лучшие руки, как он считал, и как оказалось на самом деле.

Джон Уильямс выбрал для своего романа не самый распространенный эпистолярный стиль, быть может, продолжая традицию своего знаменитого соотечественника. Этот прием позволил, как мозаику, собрать образ главного героя из многочисленных мнений о нем разных людей – друзей, врагов, людей, ненадолго попавших в орбиту его жизни случайным образом. Это дало своего рода кумулятивный эффект, более объемный взгляд на такую значимую фигуру эпохи, как император Август.

Роман разделен на три книги – первая покажет нам девятнадцатилетнего Гая Октавия, которого внезапная смерть приемного отца и опекуна застала в Аполлонии, где он с друзьями Гаем Цильнием Меценатом, Марком Агриппой и Сальвидиеном Руфом завершал своё образование в области философии и военного дела. Известие о смерти Юлия Цезаря заставило Гая Октавия принять самое важное в своей жизни решение – стоит ли бороться за его политическое наследие или же отойти в сторону и отказаться, как настоятельно советовали мать и родственники. Риму повезло – он выбрал первое. Но это означало необходимость отомстить убийцам Цезаря и найти общий язык с Марком Антонием, который, похоже, сам вообразил себя наследником Цезаря. Октавию и его друзьям понадобится долгий путь интриг, унизительных компромиссов, а позже и военного противостояния в новых гражданских войнах для того, чтобы решить эти задачи. Как вообще сумели зеленые юнцы проскользнуть сквозь все эти витки интриг и не сложить головы? Везение? Сам Август на склоне лет признавался:

…в тот день в Аполлонии почти шестьдесят лет назад, мною завладела фортуна и я решил не избегать ее объятий.

Но и плата была высока. Первой жертвой политики компромиссов и соглашательства с бывшими врагами падет Сальвидиен Руф, самый искренний и доверчивый из них. Он, оскорбленный сделкой своих друзей с одним из убийц Цезаря, сгоряча предложит доверенные ему легионы Марку Антонию, но тот, уже заключив союз с Октавием, предаст своего нового союзника. Неоднозначность принятых решений и потеря доверия самого близкого друга заставят Руфа уйти из жизни. Сражение при Муттине, совершившаяся месть убийцам Цезаря, сражения при Филлиппах и Акции, смерть Марка Антония и Клеопатры – обо всем расскажут строчки военных донесений, письма и дневниковые записи друзей первого лица государства, которым к тому времени станет Октавиан Август. К счастью, Уильямс не станет заострять внимание на кровавых подробностях этих страниц истории, а Антоний и Клеопатра, любовь которых так поэтично излагают многочисленные писатели и драматурги, предстанет перед нами несколько в ином свете, как и мотивы Октавия. Наученный горьким опытом Юлия Цезаря, он не примет императорского титула, даже когда его предложит ему Римский Сенат, ограничась званием «принцепса», что будет, конечно, лукавством, делиться властью он не намерен ни с кем. Во второй части автор больше внимания уделяет семейной жизни своего героя. Как известно, родная дочь императора Юлия была его единственным ребенком, поэтому большую часть жизни этот не очень крепкий здоровьем человек посвятил поискам подходящего преемника. В желающих недостатка не было и для решения этой задачи Октавию пришлось жертвовать и своим семейным счастьем, и друзьями, и счастьем любимой дочери. Тут меня удивило, что в отличии от Грейвса и многих других авторов, Уильямс не обозначил никакой связи между ранними смертями многих претендентов с третьей женой Августа – Ливией. Здесь Ливия – умная, уравновешенная, во всех смыслах подходящая императору жена, которая, тем не менее, вынуждена мириться с его решениями, отдаляющими от вожделенного статуса ее любимого сына Тиберия и которой император вовсе не считает нужным хранить верность. Как он скажет в предсмертном послании своему последнему оставшемуся в живых другу Николаю Дамаскину: власть и личное счастье плохо уживаются вместе.

Что на своем горьком опыте узнает его дочь Юлия, в своем дневнике рассказавшая об этой подковёрной борьбе, сдерживать и уравновешивать которую императору стоило немалых трудов и личных потерь. Мне показалось, что она, ослепленная сознанием своей исключительности и привилегиями, не считая нужным следовать законам, четко обозначавшим роль женщины в Риме того времени и не умея их изящно обойти, проявила легкомыслие, недостойное своего высокого положения дочери императора. Она любила, но плохо понимала отца и те политические расклады, с которыми ему приходилось иметь дело, за что, собственно, и поплатилась ссылкой, хорошо, что не плахой. Зато в своем дневнике она раскроет перед нами другой Рим – Рим театра, поэзии, литературы и архитектуры. Меценат, Овидий, Вергилий, Гораций, Тит Ливий, Николай Дамаскин – долгий мир в Империи даровал время и возможность взрастить великие имена в литературе и искусстве, обладатели которых, как водится, ругали в своих эпиграммах власть, давшую им возможность творить, а не гнить где-нибудь на бранном поле очередной гражданской войны.

Последняя, третья часть книги – это своего рода исповедь самого Августа, в которой он открывает своему другу Николаю Дамаскину скрытые между строк чужих писем и дневников нюансы того или иного принятого им решения, поступка или закона, которые могли, по мнению автора, ускользнуть от читателя. Но все же, как мне показалось, тайну своей личности император унес с собой в вечность, и автору, ограниченному известными античными источниками, раскрыть полностью её не удалось. Но эта возможность всегда остаётся перед новыми исследователями, а нам это позволит еще не раз окунуться в те далекие времена и взглянуть на живших тогда титанов.

Время действия: 44 г.д.н.э. - 14 г.д.н.э. Место действия: Римская Империя Сюжет: Художественная биография первого Императора Рима и названного сына Гая Юлия Цезаря - Гая Октавиана Августа.

"Став в тридцать три года властителем мира, Октавиан принялся укреплять свою власть, умело облекая своё самодержавие в традиционные формы республиканского законодательства и строя правовой, политический и культурный фундамент для той империи, которая просуществует, в той или иной форме, следующие пятнадцать веков. И даже дольше: ведь нынешняя структура Римской католической церкви ведёт своё происхождение от политических созиданий Августа." (с)

Впечатления: Меня всегда интересовала личность императора Октавиана Августа. Нелегко быть племянником и наследником Гая Юлия Цезаря, и не затеряться в тени его гения и славы. Казалось бы у девятнадцатилетнего юноши, именно столько было Октавиану, когда убили его дядю в сенате, не было никаких шансов не только получить причитающееся наследство и власть над Римом, но и просто сохранить свою жизнь в политических интригах. Но он сделал невозможное. Он сумел убедить своих врагов в своей бесполезности, прославленный республиканец Цицерон изначально считал его лишь глупым и неопасным мальчишкой, о чем позже успел пожалеть, сумел усыпить бдительность Марка Антония, метившего на место своего старого приятеля Цезаря, и долгие месяцы вести скрытую борьбу за то, чтобы отомстить убийцам дяди и взять власть в свои руки. И ведь ему удалось! Он одержал победу и в политической игре, и в войнах, разбил армии предателей, заключил союз с ветренным Марком Антонием и стал консулом Рима. Кто бы мог подумать, что этот хилый юноша, всегда страдавший слабым здоровьем, когда-то будет избран самим Цезарем и даже достигнет больших, чем его наставник, высот. Думаю секрет Октавиана был в его упорстве и уме. Этот проницательный юноша оказался достойным учеником и наследником Цезаря. Он падал, но тут же вставал, отряхивался, и не показывая своих чувств ни друзьям, ни врагам, шел дальше.

За свою долгую жизнь, а прожил Император 76 лет, он сделал для Рима, который любил всем сердцем, очень многое. При нем город стал мраморным, на его улицах выросли особняки и фонтаны, бедняки получили права, закончилась гражданская война, люди не голодали, был уничтожен пират Секст Помпей и процветала морская торговля, были открыты общественные библиотеки, школы, сады и бани. Появился величественный римский флот, была создана сильная армия, возникли первые пожарные команды да и ещё много чего. Император не отдыхал ни дня, после того как он принял своё предназначение и наследство Цезаря в 19 лет, он проводил своё время в постоянных войнах, защищая Рим от варваров, наводя порядок на границах и строя дипломатические отношения. Казалось бы жизни Октавиана можно позавидовать, но на самом деле она не была счастливой.

"- Ты так и не обрёл счастья, хотя сам даровал его людям. - Так уж сложилась жизнь."

Все три брака на благо государства не были удачными. Его друзья уходили один за другим, пока у его власти не осталось союзников. Его единственная дочь также была отдана в жертву жадному Риму. Октавиан пережил и принял страшное решение, чтобы его дочь не обвинили в государственной измене и не казнили, он вынужден был сам осудить ее за прелюбодеяние и выслать навсегда из Рима, обректи ее на жалкое существование и больше никогда ее не видеть. Какое сердце смогло бы вынести такое! И что самое ужасное: простой гражданин-отец мог спасти дочь, организовать ей побег наконец, но отец-император должен был действовать на благо Рима.

Судьба Юлии очень меня тронула в этой книге. Если смотреть со стороны истории, то это была легкомысленная красавица, которой вскружила голову власть и осознание того, что она дочь самого могущественного человека мира - императора Рима. Но в дневниках, отрывками которых через автора она рассказывает читателю о своей жизни, она предстает совсем иной. Девочкой, очень любившей отца, который был постоянно в разъездах, и не нужной родной матери, вырощенной холодной мачехой. Девочкой, которой торговали на благо Империи. Рано выдали замуж раз, другой, третий, не обращая внимания на ее желания. Причем третий раз за человека, которого ненавидела она, и который ненавидел ее - за будущего жестокого и подозрительного императора Тиберия. Жили они с мужем раздельно, и тогда она чтобы забыться и почувствовать себя свободной стала вести лёгкую и веселую жизнь, окружив себя почитателями. Тут стоит заметить, что Юлия не была дурочкой, она получила прекрасное образование, она была начитаннее и умнее многих мужчин того времени. А потом пришла настоящая любовь, которая завершилась предательством, смертью и позором. Всегда подчиняясь отцу и отдавая себя Риму, она снова понесла наказание и была снова принесена в жертву. 5 одиноких лет провела Юлия в ссылке на необитаемом острове. Только перед смертью отца, ей позволили поселиться в деревушке на материке, где она скоро и умерла, как говорят, убитая по приказу нового императора Тиберия, бывшего когда-то ее мужем.

"Мир брака - это мир нужных связей, и иногда мне кажется, что у самого низкого раба больше свободы, чем у нас, женщин."

По современным фильмам и сериалам о древнем Риме у меня составилось не слишком лестное мнение о поведении женщин в то время. Неверность в браке, множество любовников, аморальное и легкомысленное поведение, так хорошо проиллюстрированные, например, в "Риме" или "Спартаке" у зрителя формируют совершенно не верное мнение. Я тоже долго не понимала такой стиль жизни. Автор в этом произведении открыл мне глаза на римский брак. Браки знатных семейств заключались очень рано и чисто по договоренности, ни о какой любви и речи не шло. Это была всего лишь сделка ради связий, влияния и денег. От женщины требовалось обеспечить продолжение рода, дальше супруги обычно жили отдельно друг от друга. Самое же отвратительное, что браки часто распадались опять же ради связей, и женщину передавали из рук уже бывшего мужа следующему, и следующему, и так до бесконечности. Самое ужасное, что были браки, в которых рождалась любовь, а потом их брали и разрушали, заставляя мужа жениться на другой, а его любимую жену выходить за другого мужчину. Странно ли теперь, что женщины искали утешения на стороне? Странно ли что священные узы брака не чтили? Мне теперь не странно, брака по сути и не было, был лишь деловой договор между чужими друг другу людьми, ничего более.

Итого: Я очень люблю читать книги, как художественные, так и научные, повествующие о временах Римской Империи. Есть нечто в древнем Риме, что неизменно привлекает меня, несмотря на то какие кровавые и жестокие дела творились тогда на его улицах. Но именно благодаря Цезарю и Августу эти времена хотя бы на пару десятилетий отступили и страна вошла в период расцвета, мира и гармонии. Сколько бы я не читала, и не смотрела фильмов о правлении Августа, я не могла для себя точно обрисовать его образ, понять, что он был за человек и что за Император. Благодаря этому роману Джона Уильямса я наконец-то смогла увидеть Октавиана-человека и Августа-императора. В этом произведении образ Гая Октавиана Августа ожил.

Думаю, это стало возможным благодаря тому, что произведение написано в эпистолярном стиле. С героями читатель знакомится через открывки дневников, воспоминаний, через письма и приказы, а также депеши и постановления сената. Мне очень понравился такой стиль изложения. А ещё роман условно поделён на три части: в первой рассказывается о приходе к власти Октавиана и до момента, когда его в 33 года нарекли императором Августом, во второй - идёт повествование о его правлении и благоустройстве Рима, о его дочери Юлии и заговорах последних лет, третья часть - пространное письмо императора Октавиана Августа к его другу и философу Николаю Дамасскому. Эта моя любимая часть, в ней император, умело умеющий скрывать свои эмоции, наконец рассказывает о своих истинных чувствах, о значимых событиях в его жизни, анализирует то, чего он добился за эти долгие годы, рассуждает о дружбе и любви, и призывает к себе смерть, потому как давно уже утратил желание жить. Вот же ирония: впервые за 76 лет он заслужил отдых и отправился на каникулы на остров Капри, но слишком поздно, рядом не осталось никого из любимых близких или верных соратников, все ушли, и Марк Агриппа, и Меценат, и Вергилий, и Гораций, и сестра Октавия, и он уже сам не вернулся из этого путешествия. А власть был вынужден передать тому, кого презирал и не считал достойным того Рима, который столько лет возводил он на фундаменте, заложенном Гаем Юлием Цезарем.

Я не скажу, что роман великолепен. У него есть свои недостатки - выбранный автором эпистолярный жанр повествования, не дал с полной глубиной описать всех персонажей романа, а характеристика второстепенных героев была довольно поверхностна. Лучше всего раскрылась лишь личность императора Августа и его дочери Юлии. Но тем, кому интересна биография выдающегося исторического лица, интересна история Рима и его первого Императора, я эту книгу без сомнений рекомендую. Лично мне она дала недостающие знания о правлении Октавиана Августа, впервые я узнала о судьбе его дочери, была рада почитать о Марке Антонии и Клеопатре, а еще, читая эту книгу, я постоянно крепко задумывалась. Для меня же это признак действительно хорошей литературы, жаль автор больше ничего не написал о Риме.

"- Отец, стоило все таких жертв? Твоя власть, Рим, который ты спас, Рим, который ты построил? Стоило ли все это того, что ты делал? - Я должен верить, что стоило. Мы оба должны верить, что стоило."

П.С. Тем, кому не хочется тратить время на книгу, или же хочется познакомиться со всеми персонажами заочно, чтобы не путаться в именах при повествовании, рекомендую к просмотру два хороших фильма об императоре Октавиане Августе - "Римская Империя: Август" 2003г. и мини-сериал "Империя" 2005г. Отличные фильмы с прекрасным актерским составом, и не плохим освещением истории Рима того периода.

История жизни Октавиана Августа, первого императора Рима, открывшего эпоху единовластия после нескольких веков республиканского правления. История эта написана в эпистолярном жанре, от лица разных лиц, при этом текст получился вовсе не засушенным, а живым, энергичным. Письма, отрывки из воспоминаний, стилизация под документы, какими они могли бы быть, целиком выдуманы автором, но воссоздают суть ключевых эпизодов того бурного времени. И всё это вместе автору удалось не сшить, как лоскутное одеяло, а уложить в плотную мозаику. Читать было очень интересно, даже захватывающе, и так ненавязчиво расставлены акценты, что невольно соглашаешься с трактовкой автора.

Личность императора Октавиана Августа постепенно вырисовывается, как личность человека, принявшего с юности свою миссию встать на вершине римской власти не только ради самой власти, как таковой, но ради того, чтобы исполнить своё предназначение.

Октавию было всего 19, когда Рим впал в смятение после убийства Юлия Цезаря, его дяди, который ему покровительствовал, назвал его приёмным сыном и объявил своим наследником и наследником власти в Риме. Кем был в то время Октавий, всего лишь слабым юношей, даже болезненным, проходящим своё учение вдали от столицы, на Адриатическом побережье Далмации. И хотя уже тогда Октавий был необычайно стойким и упорным, но, во всяком случае, не тем, кому можно было тягаться с такими римскими тяжеловесами, как Марк Антоний, или сенат, или партия республиканцев, задумавшая и осуществившая устранение тирана во имя продолжения республики.

Но республиканский строй грозил перейти в нескончаемые распри, что угрожало кровопролитием, гражданскими войнами, ослабляло многосоставное государство. Римские легионы сражались не с варварами на окраинах империи, а истребляли друг друга. И Октавий принимает вызов своего времени. Тогда Октавий был всего лишь Октавием, это потом он стал Октавианом т.е. бывшим Октавием, так как перешёл из рода Октавиев в род Юлиев, вступив на путь наследника Юлия Цезаря. Юноша, главную поддержку которого составляют трое его верных друзей, таких же мальчишек, как он (Марк Агриппа, Меценат и Сальвидиен Руф), исподволь начинает свой путь к предначертанной власти в то время, как все его близкие, мать и друзья советовали ему не вступать в наследство, устраниться и не высовываться, наслаждаясь жизнью и продолжая свои учебные занятия в тишине и благополучии семейной виллы.

Он не делает никаких резких движений, исподволь набирает очки, мало-помалу собирая сторонников, используя каждую ошибку, каждый самоуверенный ход, каждое самонадеянное слово своих противников. Марк Антоний, как и заговорщики-цезареубийцы, и сенаторы-патриции, не воспринимал Октавия всерьёз, а вот поди ж ты, не прошло и нескольких месяцев, а уже приходится с этим мальчишкой вести на равных переговоры о триумвирате. А дальше он непреклонно преследует убийц Цезаря, почти смертельно больной разбивает армию Кассия и Брута. Виртуозно устраняет недалёкого умом Лепида, одного из триумвиров, и громит обезумевшего от чар Клеопатры Марка Антония с гораздо меньшими силами, чем собрала эта претенциозная парочка устроителей Великой Восточной империи. Октавиан строит флот, который успешно уничтожает армаду пиратских кораблей Секста Помпея, спасая тем самым Рим от разорения и бунтов.

Быть во власти и ничем не жертвовать невозможно, Октавиану Августу многим пришлось жертвовать, в том числе и близкими друзьями, и единственной любимой дочерью. Рим, как монстр, проглатывает всё. В юности Август через боль, через слабость, практически с нуля, сумел повернуть историю Рима на свой путь, в зрелости он испытывает много горечи из-за того, что не может поступать по воле своего сердца, он управляет Римом, но и Рим управляет им, Рим всех берёт в рабство. В старости Октавиан Август смиряется со своей судьбой, отданной в рабство Риму.

Я дал Риму свободу, которой лишь я один не могу воспользоваться.

За время своего долгого правления Октавиан Август значительно перестроил Рим как в прямом смысле

Я принял Рим глиняным, а оставляю его мраморным

, так и в более общем понимании, укрепив администрирование, прекратив гражданские войны, так как держал под контролем армию, балансируя между интересами разных групп и слоёв разнородного римского общества, а также расширив империю.

В последней главе книги автор вкладывает в уста императора, который уже стар и близок к уходу из этого мира, размышления о сделанном им, об итогах прожитой жизни и внутреннем ощущении своей личности.

Тем не менее, скорее, благодаря инстинкту, чем твердому знанию, я понял, что если человеку на роду написано изменить мир, то прежде он обязан изменить самого себя. Для этого он должен найти внутри себя или создать заново второе, тайное и безжалостное, «я», равнодушное как к нему самому, так и к другим, а также к миру, который ему предписано переделать, руководствуясь вовсе не собственными желаниями, а тем, с чем он сталкивается по ходу переделки.

Марк Антоний и Октавиан

А вот так выпало в нынешнем осеннем сезоне долгопрогулочного марафона, что и октябрь оказался посвящён чтению литературы либо средневеково-древней (основное задание), либо о древности (бонус с его экскурсионно-познавательной прогулкой по Риму), и основное задание ноября отправило меня туда же — в Древний античный Рим, во времена становления Римской империи, а конкретно — к жизни первого римского императора Гая Октавиана Августа Цезаря. Собственно говоря, история его жизни и правления довольно широко освещена в разного рода литературных источниках, начиная с «Жизни двенадцати цезарей» от Гая Светония Транквилла и заканчивая разного рода энциклопедиями — от «Британики» и до громаднейшей и подробнейшей статьи в Вики. И...

Тут возникает закономерный вопрос: а нафига, собственно говоря, понадобилось писателю (и, между прочим, ещё и поэту) Джону Уильямсу (автору того самого нашумевшего «Стоунера») браться за освещение столь широко и глубоко озвученной и ярко и красочно раскрашенной во многих источниках темы? Что нового мог поведать читателям о жизни первого римского императора писатель-беллетрист? Какие такие неизвестные и неизученные факты мог открыть Уильямс любопытствующим читателям? И тут начинаешь соображать, что...

Литература — она, вообще говоря, штука многогранная и многоликая (куда там двуликому Янусу или четырёхрукой Кали). И при желании можно ограничиться трудом уже упоминавшегося Светония, прочитав соответствующую (довольно объёмистую) главу об императоре Августе; можно с головой окунуться в недра статьи Википедии. А можно попробовать представить не абстрактного и героического первого римского императора Августа, жившего два тысячелетия тому назад, а просто человека — Гая Окта́вия Фури́на. Человека со всеми присущими ему слабостями и страстями, с характером и причудами, с честолюбивыми замыслами и патриотическими помыслами, с любовями и дружбами, с горями и радостями. Думается, что чем-то таким и был озабочен и что-то такое себе и представлял Джон Уильямс, садясь за перо и выписывая первые строки своего историко-биографического романа...

А всё же от вводной энциклопедической части он в своей затее не отказался, давая в качестве пролога детальную и подробную фактологическую справку из энциклопедии «Британика» 1961 года. Видимо, чтобы и читатель и любой другой заинтересованный человек (под таковым предполагается специалист-историк) могли сопоставлять то, что сухо и безэмоционально изложено в энциклопедическом тексте, с тем, что написал о своём визави Джон Уильямс. Однако, если из энциклопедического текста мы вряд ли можем многое узнать о характере и прочих индивидуально-личностных особенностях Октавиана Августа (хотя опытный диагност всё-таки многое что может предположить), то в книге Гая Светония Транквилла, несмотря на некоторую сухость и академичность изложения, всё-таки содержится масса таких детальных и точный сведений самого порой устрашающего и ужасающего характера (например, он пишет «...немного спустя он (Октавиан) приказал центурионам и воинам стащить его с судейского кресла, пытал его, как раба, и, не добившись ничего, казнил, своими руками, выколов сперва ему глаза»), что порой личность Августа приобретает едва ли не демонические черты. Впрочем, в других местах своего повествования Светоний не упускает возможности отметить и другие качества Августа: решительность и одновременно мягкость, гибкость, порой доходящую до приспособленчества и вместе с тем заботу о некоторых оставленных им в живых детях Антония и Клеопатры (хотя других детей Клеопатры он сам лично приказал казнить). И вот такая двойственность и даже противоречивость личности Августа в книге Светония постоянно подкрепляется разными конкретными примерами...

Но мы едва не забыли о том, что на самом деле нас интересует образ императора и человека Октавиана Августа, созданный не Гаем Светонием Транквиллом, а всё-таки нашим современником Джоном Уильямсом. И что сравнивание текстов Светония и Уильямса нам понадобилось только для того, чтобы попробовать оценить не только художественно-литературные достоинства книги последнего, но также и полноту изложения фактологического материала и вероятную субъективность мнения писателя (что на самом деле вовсе не является грехом, но просто следует иметь ввиду). И в этом смысле, сопоставляя тексты и сверяя факты, понимаешь, что Джон Уильямс многое, очень многое и притом весьма, существенно важное просто пропустил мимо себя (и мимо читателя, соответственно). Потому что читая книгу Уильямса, никакой такой информации, имеющей крайние и чрезвычайные свойства (подобную приведённому выше примеру) не обнаруживаешь вообще. И хотя какие-то негативные и отрицательно характеризуемые и воспринимаемые поступки Октавиана Августа Джон Уильямс в своём романе упоминает, однако всё-таки в целом мы скорее получаем образ более положительного героя, нежели тот, который возникает при прочтении книги Светония (ну никак не могу я отойти в сторону от «Жизни двенадцати цезарей»)...

Тем не менее, можно смело утверждать, что историко-биографический художественный роман Джону Уильямсу удался. Потому что при знакомстве с книгой читатель напрочь лишён такого опасного явления, как скука, каковая могла бы возникнуть при чтении о людях и событиях более чем двухтысячелетней давности — Уильямс нашёл весьма оригинальную форму для своего романа, который в его изложении выглядит как переписка различных современников Октавиана Августа, расположенная в хронологическом порядке. И автор со всей силой своего таланта (а книга «Стоунер» как никакая другая доказала талантливость Джона Уильямса) сумел воссоздать и представить на читательский суд не просто государственного деятеля времён античного Рима, а именно человека, ищущего и мятущегося, хитрящего и выстраивающего козни для своих врагов, одержимого жаждой мести за смерть Юлия Цезаря и упорно этой мести добивающегося. И если первая часть романа нам показывает молодого и стремящегося к власти Октавиана, то вторая часть книги Уильямса знакомит нас с ситуацией, когда во имя спасения жизни своей дочери Октавиан Август вынужден отдать её под суд за нарушение закона о супружеской верности — обрекая её саму на поругание и ссылку, он всё-таки выводит её из под возможного обвинения в участии в государственном заговоре (вот вам и пример отцовской любви). А третья часть романа и вовсе написана от имени состарившегося Октавиана уже в последние дни его жизни. И именно здесь Джон Уильямс счёл возможным попытаться раскрыть внутренний мир своего героя его же устами и показать читателю побудительные мотивы этого человека на разных этапах его жизни и правления.

Октавиан Август не избалован вниманием романистов. Ведь если он несравненно эффективнее Цезаря как правитель, то настолько же уступает приемному отцу по части харизмы. Его биографию принято считать скучной. А между тем, какие сюжетные повороты! Никому неизвестный юноша ("Мальчишка!" - дуэтом фыркают Цицерон и Антоний) восходит на самую вершину власти. Он погружает страну в ужас проскрипций, но он же завершает чуть не столетнюю гражданскую войну. И он же рискует всем достигнутым ради любви к Ливии. Джон Уильямс, надо отдать ему должное, основательно проработал исторический фон. Детали быта, подробности исторических событий вполне достоверны. По мелочам придраться, конечно, можно: скажем, Клеопатра никогда не была иператрицей, а дочь Октавиана Юлия никак не могла играть на лютне. Но в целом - достойное описание эпохи гражданских войн и раннего принципата. Идея дать слово разным людям - друзьям и врагам Октавиана - очень интересна. Излишняя восторженность Агриппы легко разбавляется сарказмом какого-нибудь светского хлыща Мевия или жалобами Юлии. И вот это тот случай, когда достоинства книги очевидны, но оставили меня абсолютно равнодушной. Виной тому, мне кажется, некая отстраненность автора. Он как-то бочком обходит драматические моменты, словно опасается нечаянно скомпрометировать Октавиана. Например, довольно подробно описан процесс принятия решения о проскрипциях (и всячески подчеркивается, что будущий Август тут почти ни при чем, не думайте!); но где же ощущение кровавого кошмара, каким и было это событие? Соленые сплетни об Августе и Ливии охотно приводит Светоний, но Джон Уильямс их целомудренно опускает. В результате я совсем не увидела в главном герое живого человека. Где он - не император, а просто Гай Октавий, тот, что предпочитал кислый виноград, и писал порой фривольные эпиграммы, и относился к театру своей жизни с такой иронией? Передо мной все время стояла мраморная статуя, с идеальным профилем и в горделивой позе. Статуя немного ожила лишь в самом-самом конце.

Даже предположить не могла, что меня так захватит этот роман в письмах о временах правления Октавиана Августа. Единственная книга Джона Уильямса, имевшая успех еще при жизни автора. Сейчас продолжает греметь другое его произведение Стоунер, а я решила начать знакомство именно с этого романа и не прогадала. Удивительно многогранная и разноплановая вещь. Закрыла последнюю страницу, а уже хочется перечитать. Перед нами разворачивается история жизни Октавиана, показанная посредством вымышленных докладов, приказов, дневников, писем его соратников, родни, врагов, друзей, учителей и эпизодических персонажей, лишь едва соприкоснувшихся с великим правителем своими судьбами. Все начинается в момент смерти Гая Юлия Цезаря. Юный будущий Август получает письмо, извещающее его о смерти своего двоюродного деда. Оглашено завещание Цезаря — по триста монет каждому гражданину Рима, передача в общественное пользование садов над Тибром, усыновление Октавиана и назначение его преемником. Далеко не все согласны с подобным раскладом, особенно заговорщики, от чьих рук и интриг погиб диктатор. Октавиану всего 19 лет и он может довериться только трем людям на свете — своим друзьям юности Марку Агриппе, Гаю Цильнию Меценату и Сальвидиену Руфу. Начинается борьба за власть и гражданская война. Книга написана прекрасным литературным языком. Абсолютное удовольствие и от построения фраз, и от сюжета, и от высказываемых мыслей. Надо отметить, что это не только беллетризованная биография Октавиана Августа, но и весьма тонкие и точные размышления о природе власти, о влиянии этой всепоглощающей силы на отдельных личностей, о реакции общества на разные способы захвата и удержания власти в зависимости от симпатий народа и харизмы претендентов, о преемственности цивилизаций. Стиль эпистолярного романа выбран весьма удачно. Скандалы, интриги, расследования, заговоры, войны, предательства, династические браки. Политики обмениваются мнением по поводу своего видения ситуации, и в зависимости от адресата их заверения в преданности и обещания меняют направление со скоростью ветра. Поэты и философы высказывают свои суждения о сильных мира сего. Женщины приспосабливаются к своему положению дорогих игрушек и племенных кобыл. Каждый момент в истории можно увидеть с разных сторон. Между делом Уильямс щедро вставляет свои размышления о разных политических и общественных явлениях. Весьма занятно было читать о том, как жители греческих Афин с некой снисходительностью и снобизмом отзывались о римской государственности и о самих гражданах. Это для нас — великий Древний Рим, а для греков — молодые, амбициозные, прагматичные и циничные выскочки. Симпатия к энергии и напору, но и ворчание - эх, были люди в наше время… ценности какие-то не те у этой римской аристократии, философию не ценят, как должно, и вообще все не то, хотя и весело у них тут... у нас культура, литература, традиции, а у них пшик, а уж раскомандовались, новые господа…) Чем-то напоминает снобизм старой Европы по отношению к заокеанским бывшим колониям. Тысячелетия проходят, а принципы взаимоотношений не меняются, что автор великолепно показывает на протяжении всего романа. Тема власти и личности затронута весьма глубоко. Чудесны маленькие истории взросления второстепенных персонажей. Как взгляды на жизнь могут поменяться чуть ли не в один день. Поэт Гораций особенно трагично осознал, что не надо путать философию с реальностью. Очень пронзительно и лирично дополняют политические па древнеримского марлезонского балета дневники дочери Октавиана Августа — Юлии. За её трагичной судьбой наблюдаешь с некоторой грустью. Уильямс попытался каждому персонажу дать свой индивидуальный голос, добавил по изюминке, показал и плохое, и хорошее. Не картонные образы получились, живые и настоящие. Всю книгу хочется растащить на цитаты, перелопатить чуть ли не каждую строчку, провести аналогии, восхититься тем, как потрясающе соединяется богатейший словарный запас с широтой мышления и восприятия писателя. Единственная претензия к редактору — встречаются периодически опечатки и даже грамматические ошибки, эх, подпортили такую вещь!

Исторический роман в письмах. Моя любимая фишка - описание одного и того же события с разных точек зрения, очень хорошо подана здесь. В итоге создается полная картина того или иного события. Но этот роман я не назвала бы в полной мере историческим. Он больше художественный, в предисловии к книге автор так и пишет , что авторство всех документов, использующихся в романе, принадлежит ему самому, за исключением нескольких отдельных фрагментов.

Около года назад я прочла книгу на эту же тему. "Я, Клавдий" также начинается с эпохи правления Августа, очень хорошо описывается его быт и семейная жизнь, так что обо всем что говорилось в романе "Август Октавиан" я уже имела представление и по мере прочтения пазл из двух романов стал складываться в единую картинку. Несмотря на почти идеальную манеру правления и строй в стране, некоторые традиции и обычаи, которые царили при Августе, вызывают, мягко говоря, недоумение ( заставлять людей жениться и разводиться против их воли из этой серии). Может быть именно за это и поплатился великий император, женившись на жене своего соратника Ливии, которая до конца своих дней, так и не полюбила Августа, и использовала его для того, чтобы возвести на престол своего сына от первого брака Тиберия, которого Август усыновил ( в итоге добилась этого). В книге "Я, Клавдий" вообще было написано, что Ливия пыталась отравить Августа финиками, которые пичкали ядом, когда они находились еще на дереве ( изобретательность уровень Бог).

Август и его сподвижники оказались единственными в ту эпоху, кто на самом деле заботился о государстве и служил на его благо. Тиберий, который унаследовал престол от Августа, вообще не занимался правлением, уединившись на острове, занимаясь диким развратом и оргиями. Практически то же самое было и при Калигуле, правившем после Тиберия. Имя Калигулы вообще стало нарицательным из-за его безумств и бесчинствований. А Клавдий оказался слабовольным и бесхарактерным ( его, кстати, тоже отравился жена). Но это уже совсем другая история....

Возвращаясь к "Августу", скажу, что роман больше художественный, чем исторический, а потому любителям исторических романов( как мне, например), не очень подойдет. Все таки, достоверные факты в таких романах предпочтительнее, чем выдумка. Поэтому произведение мне показалось недоработанным, следовательно, 4 звезды.

Хорошая увлекательная книга. Не всё в ней достоверно и не всё соответствует фактам, но это в первую очередь художественная литература. Несмотря на то, что речь идет о реальных людях, большая часть написанного - плод воображения автора. Мне понравилась необычная форма подачи: вся последовательность событий представлена в виде писем, дневниковых записей, отчетов и пр. от лица различных людей. Наибольший интерес у меня вызвала первая глава, посвященная времени убийства Цезаря и последовавшей за ним борьбе за власть. Эта глава одна составляет больше половины книги и написана весьма увлекательно. Здесь много действующих лиц и любопытно наблюдать за тем, как разные личности проявляются в нестандартных обстоятельствах. Вторая глава посвящена зрелому периоду жизни Октавиана. Однако, не о государственных делах и интригах в ней идет речь, а о личной жизни, в частности, о дочери императора рассказывается больше, чем о самом Августе. Собственно, эта часть полностью выдумка автора. История Юлии - темное дело для нас, как и, я уверена, для современников событий. Ясно лишь, что она пала жертвой неких интриг, но правды теперь не дознаться, так что эту часть я серьезно не могу воспринимать. Хотя глава по сути посвящена теме женских прав и судеб "первых леди государства", я прочитала ее без особого интереса, поскольку ничего революционно нового в ней не увидела. Ну а третья, заключительная, глава являет собой краткое подведение итогов жизни от лица самого Октавиана. Содержание ее можно свести к цитате из Пушкина: Кто жил и мыслил, тот не может В душе не презирать людей. Эта глава, по моему мнению, несколько смазывает впечатление от книги. Пока о деяниях Августа читателю рассказывалось устами других людей, то всегда оставалось место для полета фантазии, для скрытой от глаз общественности личности императора. То есть это было видение со стороны, а истинные мотивы и мысли Октавиана оставались за пределами знания и понимания рассказчиков - это меня, как читателя и любителя истории, полностью устраивало. Но когда повествование вложили в уста Августа, то сразу появилось ощущение, что автор как-то не дотянул. Впрочем, это только моё мнение. Заключение по сути своей - эссе автора на тему отношений власти и человека. Как и всё остальное повествование, ее следует воспринимать исключительно так, не связывая с личностью Октавиана. В общем и целом, впечатление от книги приятное. Но исключительно как от хорошей художественной литературы, как если бы речь шла о вымышленных персонажах. А в каком-то смысле, так оно и есть, ибо читателю следует помнить о том, что изображенные в этом романе личности выдуманы автором, хотя их образы и навеяны реальными историческими событиями.

Это исторический роман, написанный в очень необычной форме. Мы не видим события глазами Августа Октавиана, зато мы видем самого Августа глазами десятков разных людей. Он фигурирует в их письмах, воспоминаниях, дневниках, нам показывают документы, приказы, заговорщицкие записки, написанные к нему и из-за него, мы можем проследить, как менялось отношение к этому человеку на протяжении всей его жизни, каким его видели друзья, враги, дочь, жена, просто его современники. Несмотря на то, что все эти переписки и документы - плод фантазии автора, при чтении возникает чувство, будто ты действительно читаешь настоящие римские архивы. Я знаю римскую историю настолько плохо, насколько это вообще возможно, но после этой книги у меня появилось желание читать и читать об Августе, его предшественниках, его последователях, о римских завоеваниях. Захотелось прочесть поэтов, которые играют не последнюю роль в книге, и многое мы видим именно их глазами. И меня очень заинтересовала личность самого Октавиана. Мы вроде бы видим его с совершенно разных сторон, но все равно не знаем до конца, и когда последнюю часть автор решает написать от лица самого Октавиана, мы понимаем, что всю книгу перед нами был совсем другой человек, вовсе не тот, каким мы его воспринимали. И это делает книгу для меня особенно ценной. Больше всего мне понравилась первая часть, в которой в такой отрывочной, но при этом очень цельной форме рассказывается, как Август завоевывал власть. Такой бурный, насыщенный событиями период, и хотя ты знаешь, чем все закончится (в начале есть крутая историческая справка), все равно волнуешься и переживаешь. Когда читаешь, как Августа сначала никто не воспринимал всерьез, потом в письмах его врагов друг к другу появляется удивление, мол, недооценили мальчишку, а потом враги уже сами пишут ему хвалебные письма с предложением дружбы, это воспринимается как-то особенно ярко, как будто все происходит здесь и сейчас, а не две тысячи лет назад. А история Марка Антония и Клеопатры, рассказанная в десятке коротеньких писем и приказов, меня просто покорила. До этого я всегда считала, что Клеопатра и ее любовные дела мне неинтересны, а теперь надобавляла в виш-лист кучу книг о ней. Знать бы еще, какие из них мусор, а какие стоят прочтения... Отдельно хочется написать про слог автора. Вроде бы в нем нет ничего особенного, никаких хитро закрученных фраз, которые хочется пометить стикерами и выписать в блокнот, но он настолько плавный, спокойный и вместе с тем проникающий в душу, что перед глазами до сих пор стоят некоторые сцены. Описания здесь довольно скудные, но почему-то кратко упомянутые залитые солнцем скалы остаются в памяти прочнее, чем многостраничные восхищенные оды природе из книг школьной программы. Никакого навязчиво глубокого проникновения в психологию (да тут и сама форма не позволит это сделать), но героев понимаешь и любишь больше, чем героев других, более психологичных книг. А когда я решила посмотреть, что это за Джон Уильямс такой с волшебным слогом, то очень расстроилась. Больше исторических романов у него нет. Зато внезапно он оказался автором Стоунера, о котором я много слышала. Теперь еще больше хочется прочесть Стоунера, но как же жалко, что этот прекрасный исторический роман был единственным.