Русская канарейка. Желтухин

Дина Рубина "Русская канарейка. Желтухин ". Первая книга трилогии Сначала почему-то давалась с трудом. Вроде и стиль Рубиной прежний, и пишет красиво, но не шло. Сумбур какой-то, то про настоящее, то из прошлого обрывки, то в будущее забегает описание. Кто кому кем приходится сложно понять. Но вот к середине книги стал вырисовываться сюжет и раскрываться тайна семейных связей. И вторая часть взахлёб, как обычно, читаются книги Дины Рубиной.
Не стану рассказывать сюжет. Семейная сага, и этим все сказано. Героев много. А главный только появился в конце первой книги. И впереди ещё целых два тома интересностей и жизненных историй...

По мере чтения новых книг Дины Рубиной восторг равномерно убывает – может быть, потому, что повторяются какие-то художественные приёмы автора, надоедают тягучие отступления от сюжета, приедаются некоторые излюбленные темы: например, тема советской коммуналки, тема рыскающего по свету полугения-полузлодея и другие. Но масштаб нарисованного полотна поражает: это судьбы нескольких поколений людей на протяжении целого столетия – на фоне всех мыслимых бед нашей страны. Затем действие плавно перетекает в другие страны.
Начинается всё очень эффектно – с загадочного взрыва машины в Праге, к которому причастен некий странный молодой человек в гриме старушки.

А далее разворачивается тугая пружина предыстории появления на свет странного мальчика Леона Этингера. Причем, в книге параллельно рассказаны истории двух родов: один произрастает на скудной почве казахстанских степей, второй (Дом Этингеров) – в Одессе. Мистическим образом эти семьи связаны, и совершенно ясно: в конце концов их потомки встретятся, вот только зачем? Чтобы произвести на свет общее чадо? Возможно, хотя сюжеты Дины Рубиной всегда оказываются сложнее и фееричней, чем всевозможные предположения.
Несколько «завлекалочек» из книги, уж очень вкусно написано:

Думаю, не надо говорить, как многозначно название книги – «Русская канарейка»…
Впереди – вторая часть романа («Голос»). Все загадки в ней вряд ли будут разгаданы (самые сложные узелки сюжетов Дины Рубиной развязываются в финале), но роман уже захватил, и не отпускает именно это – предощущение раскрытия тайны.

Музыка слов, и никак иначе.
В прошлом году мне по чистой случайности посчастливилось познакомиться с творчеством Михаила Анчарова. С тех пор этот автор занимает первое место в моем персональном хит-параде любимых авторов.
И что же теперь, придется делить ему первое место с товарищем Рубиной?!
На Анчарова я отзыв так и не смогла написать, настолько "личным" он для меня оказался. Я не писатель, и мне откровенно недостает слов и способностей, чтобы описать, что я к нему чувствую. И вот спустя месяцы - дежа-вю. Я снова не знаю, как описать восторг, захлестывающий меня до... восторг может захлестывать до последней клеточки и до кончиков ногтей? Если да, то именно это восторг и проделал со мной.
Когда в "Желтухине" появился персонаж (мимопроходящий, незначительный) с фамилией Сапожников, я твердо решила, что счастье на земле есть. А уж когда потом появилась девочка с чудесным именем Аечка - я чуть не умерла от этого самого счастья. И пусть это был совсем не тот и всего лишь единожды мелькнувший Сапожников, и вообще другая Аечка - это, знаете, как спустя годы встретить старых близких друзей. Ты знаешь, что они уже другие, совсем не те люди, которых ты знала и полюбила. Но ты не успеешь познать их новых, поэтому и неважно, какие они сейчас. Важна только твоя любовь к ним.
И вот так вот захлебывалась счастьем и нежностью я на протяжении всей книги. Выжила, знаете ли. Но теперь я дико хочу домой. В то знакомое привычное где и когда, в котором базарчики у моря изобилуют чурчхелой и персиками, а на пляже разгуливают старушки с большими корзинами, продающие ароматные початки кукурузы, которые всенепременно надо есть с солью. Там, в этом волшебном месте, вешалку для одежды называют тремпелем, игру в салочки зовут "квачом", и повсеместно звучит такое родное и неизменное "шо" и "га".
И вообще, нереально адекватно оценивать литературное произведение, в котором буквально каждая зарисовка будто с твоего мира писана.
Особенно возвышенно-насмешливое "барышня". Бабушка, я так скучаю((
Я никогда не была в Казахстане, и внешний облик Одессы я застала уже другим. Но люди меняются не так быстро, как декорации, и все люди из книги мне хорошо знакомы и понятны. И все они родные.
Всё в этой книге, как я люблю.
Приближенность к читателю - раз. Не возвышенная приближенность, и не низменная. А самая естественная, повествующая просто о простом. Простом, родном, понятном, незаменимом и дорогом.
Потрясающее внимание к деталям - два. Ненавижу квадратные сюжеты с квадратными диалогами. Обожаю уместное обмусоливание существенных и не очень мелочей для завершения картинки, для полноты и красоты.
Ну и естественно - красота языка. Настоящая музыка, разумно изобилующая всевозможными художественными средствами и приемами, но при этом ни капли не перенасыщенная, в самый раз, но и не идеальная, - тогда бы она уже не была такой завораживающей.
Я люблю Анчарова за его ироничную мелодию про человека. Я люблю Кинга за его реалистичную мелодию про человека. Я люблю Пехова за его сказочную мелодию про человека. Я люблю Ремарка за его беспощадно честную мелодию про человека. А теперь я люблю и Рубину. За ее невыносимо родную мелодию про человека.

Рубина - мой любимый современный автор и с каким нетерпением я ждала когда выйдут все книги трилогии, чтобы не ждать каждую новую книгу, а спокойно, не спеша прочитать все сразу. И, совершенно неожиданно для самой себя, первую книгу дочитала с трудом. Сказать что я в шоке, не сказать ничего. Да, все очень "по-рубински", но все ОЧЕНЬ "по-рубински". Постоянное ощущение дежавю, а вот это было там, а вот это вот там. Алма-Ата не отличима от Ташкента, а Одесса почему-то от Львова из Синдрома Петрушки. И так во всем. Может быть я просто перечитала Дину Ильиничну и надо быдо сделать перерыв или первая книга стала уж слишком длинным предисловием к непосредственно событиям второй и третьей книг, не знаю. Но пять ожидаемых звезд стали четырьмя, и то как аванс за последующие книги трилогии.

... И я, наверное, на какой-то момент растворилась. Но почти под конец книги и очень ненадолго. Читать было непросто. Наверное, из-за большого количества персонажей, сменяющих друг друга в ритме бразильских карнавалов. Где-то в середине книги возникла небольшая паника, потому что я запуталась, кто кому кем приходится и кто где с кем встретился. И это не считая второстепенных персонажей, призванных соткать полотно жизни дома Этингеров, а вернее и честнее будет сказать, последнего Этингера... Но об этом видимо в следующих двух томах.
Начало книги очень интригует, а вот потом начинается несколько (очень) затянутое повествование о судьбах разных людей на фоне войны, гонений, репрессий и дефицита. Ничего нового. Но вместе с тем как-то иначе... Не могу объяснить, что именно, но что-то по-другому. Какой-то легкий нюанс, послевкусие остается и не дает покоя...
Пожалуй, этому язык написания произведения. Он какой-то высокий что ли, правильный, красивый. Как будто вытканный из тончайшей пряжи. Каждое слово на своем месте, каждый эпитет максимально точен, каждое предложение отражает картину жизни.
Осталось очень неоднозначное впечатление о книге. История не настолько заинтересовала, чтобы бросаться с головой в продолжение, но... Даже себя чувствуешь немного возвышенней, немного утонченнее... Да, пожалуй, утонченный - самое правильное слово для описания языка романа.
Лейтмотивом всего тома были канарейки. И музыка. И голос. Предполагаю, что дальше влияние канареек на судьбу последнего Этингера раскроется полнее. Пока мы видим некое предисловие к тому захватывающему эпизоду в самом начале книги.
Порадовали курсивные вставки о будущем героев. Как будто маленькие окошки в неизведанное.

Первое знакомство с Рубиной вышло весьма противоречивым, но, безусловно, удачным. Хотя поначалу "Желтухин" меня смутил. Читалось медленно и тяжеловато. Я никак не могла понять, почему повествование прыгает от одного человека к другому, из эпохи в эпоху, как всё это между собой связано, и зачем так много деталей... одно время хотелось даже бросить чтение. А потом, неожиданно для себя, где-то в Одессе, втянулась. Яркая, громогласная, обаятельная семья Этингеров неизбежно приковывает внимание. И больше уже не оторваться... а как Рубина пишет! Нельзя не поддаться очарованию таких живых героев, таких разных и удивительно правдоподобных. Внимание автора к деталям, кропотливость проработки поражает - каждая мелочь уместна, интересна, и формирует неповторимые образы. Язык Рубиной изумительно красив и колоритен, чего стоят одни только описания запахов! Некоторые предложения - настоящие маленькие произведения искусства, которые хочется перечитывать и перечитывать, настолько они хороши. А уж Одесса здесь - как отдельный персонаж, такой же живой и реальный, как и люди, населяющие этот город. И хотя читать это огромное полотно, наполненное мельчайшими деталями, выписанное автором, совсем непросто, но его очарование уже не отпускает, и остановиться невозможно.
"Желтухин" по своей сути - книга-предисловие. Предисловие на несколько сотен страниц, охватывающее жизнь сразу нескольких поколений и почти сотню лет. Сотню лет, наполненную бурей событий. Но всё равно, лишь предисловие. И общего сюжета здесь нет. Только подробная история семей главных героев. Да маленькие авторские спойлеры для затравки читателей. Отсутствие общей сюжетной линии может даже оттолкнуть, но семейные биографии здесь такие насыщенные, что скучать не приходится.
Это было непростое, местами тяжелое чтение. Но прекрасный язык, неповторимая атмосфера, колоритный стиль с лёгкостью компенсируют все шероховатости. И точно не оставляет равнодушной.

Первый раз читала "Желтухина", как только книга появилась на Литресе. Купила и думала - подожду, пока остальные анонсированные части выйдут. И, конечно, не утерпела, прочитала. Первое впечатление - сумбур... Затем купила вторую часть - "Голос". И, чтобы восстановить в памяти события первой книги и разобраться с "родственниками", еще раз прочитала "Желтухина", а затем уже прочитала и "Голос". И всё улеглось, утряслось, устаканилось. Я просто влюбилась в книгу! Персонажи стали уже не персонажами, а близкими и любимыми людьми, о которых переживала, на которых сердилась, которых ругала, но... любила.
Это прекрасная семейная сага, еврейские корни которой теряются в позапрошлом веке.
Как же не хотелось, чтобы книга кончалась, но увы...