Небо в алмазах

Как жаль, что это последний из написанных детективов из серии о следователе Зайцеве. Очень уж мне нравятся эти ретро-детективы!
А в этом ещё и тема шикарная: забытые актеры немого кино и восходящие звезды звукового.
Просто прекрасные описания съёмок фильма "Весёлые ребята" в Гаграх. Неожиданные характеристики Леонида Утесова, Александрова, Любови Орловой.
Не небожители, не иконы стиля — просто люди со своими слабостями и пороками.
Сама детективная история, как и в других романах цикла, особо не затягивает. Хотя, опять же, превосходное описание странной коммуналки, дорогих украшений, антикварной мебели.
Даже люди не столь интересны, как все эти мелочи.
Очень хочу продолжения!

Мне показалось, что к третьей книге цикла Следователь Зайцев Юлии Яковлевой - Небо в алмазах - степень читабельности выросла. Титульный герой не бравирует больше загадкой своего происхождения, буквально 3-4 раза вспоминает о своем аристократическом детстве, наверное ради тех, "кто к к нам только что присоединился". Сражение между МВД и ГПУ больше не является сюжетообразующим и упоминается тоже всего пару раз, чтобы объяснить особый статус Зайцева и Епифанова. Атмосфера по прежнему очень фактурная, но более дружелюбная к читателю, более светлая... Но самое главное - мир изобразительного искусства сменился миром кинематографа, в центре советская эпоха джаза с Леонидом Утесовым.
По сюжету, главы с расследованием убийства чередуются с главами из дневника киноактрисы, и это позволяет автору создать сверкающую мозаику взлетов и падений героини.
Но ко времени действия произведения на кино-небосклоне новые звезды, и читатель из-за кулис может видеть, как снималась первая советская музыкальная комедия - Веселые ребята. Которая, кстати, имела успех и за рубежом и даже участвовала в программе второго Венецианского кинофестиваля. По своей фамилии названы Утесов и Александров, а многие другие исторические персонажи, либо под псевдонимом, либо просто по именам. Уверен, что выяснять кто есть кто - отдельное удовольствие для знатоков. С другой стороны, не знаю смотрели ли этот фильм более молодые читатели и знают ли они, как выглядели его персонажи.
Как детектив книга не оставляет шансов разгадать загадку, хотя намеков вроде бы достаточно много. В качестве тайм-киллера роман хорош и читать его не стыдно. Есть в произведении еще один слой, проявляющийся только в самом конце, но как рассказать о нем без спойлеров я не знаю.
Ну и толстый клиффхэнгер (привет, Утесов) не оставляет шансов, что роман будет последним в цикле. Буду ли я его читать следующие - не знаю, честное слово.
UPD: после чтения Перед изгнанием. 1887-1919 Феликса Юсупова мне стало ясно, что эпизод в ресторане "Медведь" целиком основан на мемуарных воспоминаниях князя о приключениях с братом и его подружкой. Может ли быть, что и остальные "дневниковые" записи героини носят если и не подлинный, то основанный на чем-либо характер?

Убита женщина, в прошлом звезда немого кино, и хотя на дворе только начало тридцатых, но ощущение, что с десятых, когда царила на экранах Варя Метель (такой альтернативный вариант Веры Холодной), кажется, что с тех пор прошла эпоха. Следственная бригада ожидает увидеть в забитой мебелью со всей огромной квартиры старуху, вроде Плюшкина в юбке, а находит сияющей красоты молодую женщину, такую Панночку, никак от Гоголя не уйти.

Кстати, жильцы коммуналки, похоже, не в обиде на нее за отнятую бывшей хозяйкой уплотненных хором возможность попользоваться дорогими мебелями. Напротив Варю здесь боготворят, вообще квартира производит впечатление скорее хорошо организованной коммуны: все при деле, вежливы, чистота на кухне и в местах общего пользования. Очень скоро выясняется, что все они из числа давних поклонников, и все оказывали актрисе-затворнице какие-нибудь услуги: есть мастер-золотые руки, стоматолог, маникюрша, повариха, и всем им от щедрот Вари что-то перепадало. А у нее откуда деньги? Разумно распорядилась драгоценностями со времен своей звездной славы, сбывает в Торгсин через преданную домработницу. И много еще чего осталось.

Оставалось. Теперь футляры пусты. Вот и мотив преступления, дело за малым - отыскать вора (ну, вы помните: "кто шляпку спер, тот и тетку пришил"). Однако все не так просто, очень скоро выясняется, что Варя вела записки и кто-то в самом высоком руководстве сильно заинтересован в их нахождении. Далее поиски, которые превращаются в бег с препятствиями и гонку с преследованием в стиле "Двенадцати стульев", даже мебель тут расползается как тараканы.

Третий роман Юлии Яковлевой о сыщике Зайцеве устроен как расследование, перемежаемое выдержками из записок Варвары, содержащих крайне скандальные сведения о партийной, хозяйственной и культурной элите. Все эти люди ведь тоже не вчера родились и по сути, звездный статус обеспечивал ей доступ в круги, где они вращались. Вставки авантюрные, как история похода в "Медведь" с переодетым юной барышней гимназистом; жуткие, как посещение крематория в обществе чекистских чинов; скабрезные, вроде знаменитого ныне артиста, на заре карьеры не гнушавшегося альфонсизмом

Стилистически эта часть тяготеет к Тэфи: ярко, остро, саркастично, с умением посмеяться над собой. Что касается содержания, то например история исчезновения балерины Ивановой, одна из питерских легенд, которую Быков обыгрывает в "Остромове", у балетного критика Яковлевой мрачнее и кажется ближе к реальности. Отец советской дипломатии Георгий Чичерин предстает не только геем, но и любителем совсем юных. Женатый Леонид Утесов на содержании богатой любовницы, от которой принимает в подарок драгоценности. В общем, разоблачения, способные не только разрушить репутацию советских деятелей, к началу тридцатых прочно отмежевавшихся от вольностей и безумств начала века, но и создать прецедент дипломатического скандала (был там скользкий эпизод с катанием на лодке).

Детективная часть немного абсурдистская, с широким использованием чудес техники, вроде автопробега с участием "Изотты Фраскини", грузового лифта в ленинградской коммуналке 30-х, полетов на аэроплане в обществе поросенка-актера, которого вы не забудете. если хоть однажды смотрели "Веселых ребят" Александрова с Орловой и Утесовым. Кстати, они тоже появятся на страницах, как и вымаранные из титров. арестованные к моменту выхода на экраны фильма сценаристы Эрдман и Масс. Найдется здесь место и жестокой истории с розыгрышем, участников которой не могу вспомнить, но точно знаю, что имела быть среди мистификаций Серебряного века. когда некрасивой старой деве двое молодых охламонов писали любовные письма в стиле "Гранатового браслета" от имени как-бы робкого поклонника.

За детективную составляющую "Небо в алмазах" сильно не хвалят - но мне ее как раз больше, чем хватило. Всяко логичнее и реальнее, чем мужик, который закатывает мертвецов в снеговики и поднимает на второй этаж или тот урод, который колесит с фургоном, полным земли в мешках и гробом, чтобы заживо прикопать жертву в загодя вырытой пустой могиле. То и другое в топах современного мирового триллера-детектива.

А цветных камушков на тропе читательского интереса, намекающих на далеко не безупречно-пролетарское происхождение героя, и далеко не василье-зайцевскую (сочетание двух ленинградских топонимов) реальную его фамилию все больше. Очень надеюсь, что Юлия вернется к этой серии и напишет продолжение.

Прочитана очередная книга цикла, и пока она кажется финальной. Однако концовка оставляет много вопросов о дальнейшей судьбе главного героя. Расследование завершено, но будущее Зайцева остается туманным.

Я начала знакомство с серией не по порядку, но это не помешало. Действие разворачивается в 1933 году. Несмотря на усиление государственного террора, жизнь продолжается, люди работают и учатся, и им нужны не только хлеб, но и развлечения. Мы отправимся в мир кино. На этот раз Зайцев расследует убийство известной в прошлом актрисы немого кино, найденной мертвой в коммуналке. Исчезли ее драгоценности и, что самое важное, мемуары. За ними охотятся не только милиция, но и ГПУ, а также частные лица. Актриса была знакома с представителями искусства и партийной элитой. В последнее время она вела затворнический образ жизни, продавая свои драгоценности. Многие из ее бывших покровителей не хотели бы, чтобы ее воспоминания стали достоянием общественности. При этом, сама смерть актрисы, найденной с ножом в груди, кажется, мало кого волнует.

Повествование ведется в двух временных пластах: дневниковые записи и рассказ от лица следователя Василия Зайцева, человека честного, ответственного и талантливого, которому доверяют сложные дела.

Книга читается легко и быстро, захватывает с первых страниц. Единственное, что вызвало у меня некоторое смущение, – это присутствие реальных исторических личностей, таких как Утесов, Чичерин, Орлова и другие не в фоновом повествовании, а в в диалогах. То, какие слова автор вложила в их уста, показалось мне несколько странным. Одно дело – вымышленные персонажи, и совсем другое – исторические фигуры в художественном произведении, представленные в определенном контексте. Насколько это правдиво?

В остальном книга интересная и увлекательная. Финал оказался неожиданным. Хочется надеяться, что продолжение цикла не заставит себя долго ждать.

Это книга даже и не детектив, а отходная по актрисе, которая ошиблась не то, чтобы эпохой, а опоздала на последний пароход. Не успела к французским булкам и турецкому кофию. Даже пыталась прижиться, да не вышло. Вот следователь Зайцев сумел мимикрировать, а Варвара Метель - нет. Это история душевного истощения отдельно взятого человека, чей талант и чьи жизненные принципы оказались этой стане и этой эпохе не нужны. Мало того. Они оказались опасны.
Что мне действительно понравилось в романе, так это отступление от детективных канонов. Прекрасный способ раскрыть эпоху. И откровенный стиль мемуаров Варвары Метель, отдельными вставками добавленный в процесс раскрытия обстоятельств её смерти.

Это первая книга Юлии Яковлевой, искусствоведа и автора детективов,  прочитанная мной. Своеобразно, интересный сюжет, герой - сыщик Зайцев - вызывает симпатии, интерес к его прошлому и желание читать о нем ещё. Хотя финал кажется неожиданным и скороспелым.
Рваное построение фраз иногда затрудняет понимание.
Язык суховат, много острот и злой иронии по поводу всего и всех. Не повезло в этом смысле не только заслуживающим насмешки и неприятия реалиям жизни 20-30х, но и известным в истории и в искусстве фигурам. Тут уж, видимо, личное отношение автора сказывается.  Но оправдано ли это художественно, так ли уж необходимо?  Тем более дано бездоказательно.

В центре сюжета – смерть актрисы немого кино – некоей Вари Метель. Любопытным моментом тут является то, что изначально работники уголовного розыска (и не только они) воспринимают актрису, как старуху, и удивляются, прибыв на место происшествия, что перед ними молодая красивая женщина. Насыщенные событиями 30-е, вероятно тому виной. Эпоха немого кино закончилась от силы лет 10 назад, а его актриса уже кажется достоянием прошлого и поэтому просто не может быть молодой. Ее годы ушли.

Расследование движется довольно медленно: опрос жителей питерской коммуналки, где умерла актриса, ни к чему не привел. Но зато какое там все странное. Например, санузел блещет чистотой. Вообще, в этой книге злая фантазия автора разыгралась не на шутку. Перед нами скорее фантасмагория, чем детектив. То заваленная до потолка мебелью комната (которая делает придуманный финал малореальным) и штат ходящих на цыпочках воздыхателей. То жуткая сцена в крематории. То нервный и истеричный «Ледик» Утесов. А уж съемки комедии «Веселые ребята» («в книге «Музыкальный магазин») и вовсе превращены в форменное безумие, творимое шайкой грубых неотесанных болванов:

«Шторы были скомканы на полу, как вражеские знамена. Торчали мебельные обломки. Под ногами хрустели осколки. В исцарапанный паркет втоптаны навозные лепешки. Острый запах спирта и мочи сверлил ноздри.

И никого. Только женщина что-то быстро писала, оперев на колено картонную папку и быстро облизывая чернильный карандаш. Язык у нее уже был черничного цвета, как у китайской собаки.

– Товарищ, вам кого?

Зайцев не ответил. Руины поразили его.

– Съемка окончена... Ку-ку. Эй! Окончена съемка, говорю.

– Слушайте, – не удержался Зайцев. – А профессор Федоров... э-э-э-э... не огорчится?

– Он не знает, – она облизнула пальцы, перемахнула на другую сторону лист в скоросшивателе.

– А когда узнает?

– Он не знает, что ему уже все равно.

– Как это? Умер?

– Дачу его национализируют.

«Вот тебе и светило».

Карандаш мешал ей говорить, она заткнула его за ухо.

– Это же ненормально. Одна семья в таком дворце. Мы в Советском Союзе, а не в Америке. Здесь будет дом отдыха трудящихся. А им это вот... – Она обвела рукой осколки посуды, обрывки скатерти, обломки мебели. – ...Ни к чему. Пусть хоть напоследок послужит искусству кино».

И весь этот торт украшен вишенками ненависти автора, просто истекающих ядовитым соком. Досталось и Орловой, и Александрову, и вообще всем подряд деятелям искусства. Про советскую власть в целом даже не говорю, это у автора общее место.

Финал странный. Половину книги читателю твердят о таинственных мемуарах и цитируют отрывки, а потом — бац и совершенно нелепый конец расследования. Словно автор не придумал красивой развязки и выбрал самый нелогичный и бессмысленный вариант.

Из интересных мелочей. В книге упоминаются черные лифты, которые служили для доставки дров, угля и прочих грузов на верхние этажи доходных домов. Примерно такие, как любят показывать в старых американских фильмах. Откуда обязательно вылезает кто-нибудь жуткий в неподходящий момент. Почему-то раньше о таких не слышала, хотя логичная вещь. Поискала информацию, но ничего не нашла. Зато есть куча прекрасных старинных лифтов, которые сохранились в Питере.

https://antennadaily.ru/2019/12/14/lift-petersburg/

Люблю детективы, стилизованные под ретро, вот только о советской эпохе пишут мало, по большей части о царской России. Наткнувшись на серию о Зайцеве, не мог пройти мимо, решил прочесть третью книгу, ибо аннотация показалась наиболее интересной.

К авторскому языку нужно привыкнуть, сперва мне казалось, что фразы какие-то рубленные и странные, но потом привыкаешь. Книгу прочёл очень быстро. Атмосфера довоенного и послереволюционного Ленинграда передана на 5. Здесь и кофейные нотки нуара, и потемневшее золото дореволюционной эпохи, здесь и прекрасные апартаменты, отданные под коммуналки, здесь вся грусть об ушедшей эпохе и кощунственный приход к власти коммунистов.

Книгу не рекомендуется читать фанатам СССР, ибо несмотря на достаточно благосклонное отношение автора ко всем своим героям, её симпатии, бесспорно, на стороне главного героя и его напарника Нефедова, которые не очень-то фанатеют от происходящего в стране и имеют почти "антисоветское" прошлое.

Безусловно, дух немого кино, горький микс прогулок по Невскому в тридцатых годах и роскошь дореволюционных лет сплетаются в необратимый клубок. Тут и раритетная мебель, и просторные парадные, и снег, летящий в лицо и струящийся над Исаакиевским. Атмосфера немного мрачная, немного тревожная, но, в целом, добрая. Герои не показаны быдлом и циниками, они не вызывают раздражения. Книга, вообще, довольно интеллигентная, "питерская", без грязи и чернухи. Автору хорошо удаётся передать настроение и ту самую атмосферу посредством деталей и мелочей: капельки стеклянной люстры, шепчущее море, вода Невы и небо, сливающиеся в один цвет...

А вот с детективом всё плохо. Не понимаю, почему нельзя было сделать виновником одного из подозреваемых. Здесь мелькали Чичерин, Утёсов и пр. Может, автор побоялась очернять столь громкие имена? С другой стороны, там были и неканоны. Что не так с детективом, почему он очень условен? Автор слил развязку своей истории и она совершенно не удивила, показалось странной и притянутой за уши. Зачем было это расследование, если ларчик слишком просто открывался? Ну нельзя так писать детективы...

Линии некоторых героев обрываются, как и резко прекращаются воспоминания Метель от первого лица. Осталось ощущение недосказанности.

Детективная линия настолько слаба, что практически отсутствует. Тем не менее, сама атмосфера и описания мне пришлись по душе. Впечатления от прочтения скорее положительные, чем нет, поэтому я оценю эту книгу высоко.