«Роман-газета», 1934, №№ 4(108) - 5(109). Капитальный ремонт

"Капитальный ремонт" задуман Леонидом Соболевым как революционная эпопея, рассказывающая об историческом пути Советского Союза, о войне и революции, о первых боях за молодую Советскую республику. Первые одиннадцать глав написаны в 30-х годах.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

31 оценка

5
45%
4
45%
3
10%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 33Хотят прочитать 78

Рецензии

metaloleg27 августа 2025 г.
Два брата и дредноут перед бурей
Иллюстрации в этом издании 1983-го мне не понравились. А вот графика к изданию "Художественной литературы" 1985-го года самое то.
Классический роман Леонида Соболева, написанный в первой половине 1930-х и ставший одним из главных военно-исторических романов XX века на русском языке, притом что он, собственно, не про войну или революцию, а лишь про их раннее зарево летом 1914-го года. Почему я ранее не читал его – совершенно не понимаю, вместе с тем я до сих пор регулярно вижу его в списках лучших произведений по военно-морской теме, а в дискуссиях в сети до сих пор разгадывают мелкие пасхалки казалось бы несущественных деталей из романа.
Прежде всего, "Капитальный ремонт"– роман-монумент, роман-памятник дореволюционному Морскому Корпусу, молодым гардемаринам пост-цусимской России, поступившим и поставившим себе цель искупления разгромного поражения и возрождения страны, как морской державы, всем тем человеческим судьбам, которые были перемолоты жерновами Первой Мировой и Революции. Устами, мыслями и поступками Юрия Левитина читатель проникается особому духу кодекса поведения воспитанника Корпуса, от манеры себя держать в присутствии других представителей привилегированных гвардейских военных училищ, к которым моряки относились снисходительно и участливо, до обычных армейских попутчиков в купе поезда, что взять с этой пехоты? И до мелочей во внешности, форме, оружии, окружающим предметам, образу мыслей и предметов восхищения. Собственно, у романа два главных героя, два брата, младший гардемарин Юрий и старший Николай, уже лейтенант на дредноуте, успевший пообтереться в экипажах и набраться цинизма. Без сомнения, оба образа автобиографичны, просто описывающие самого автора и его чаяния помладше, первых годов обучения, и постарше, успевшего послужить и реально повоевать на Балтике. В тридцать с небольшим лет писатель сразу практически дебютировав с произведением в большой форме ворвался в писательскую элиту страны, по странному совпадению опубликовав практически одновременно с первым томом Цусимы Новикова-Прибоя и позже став главным маринистом страны во время Великой Отечественной. В качестве литературного предшественника и предмета подражания безошибочно угадывается Константин Станюкович,, чье имя не раз и не два упоминается на страницах романа, вплоть до прямого сравнения образов соболевских офицеров с аналогичными из Морских рассказов.
В чем-то "Капитальный ремонт" еще и вневременной гимн корабельной службе и обычаев, во многом сохранившихся со времен Петра Великого и до наших дней, но прежде всего исключительно правдиво изображающий порядки царского флота между двумя войнами. Художественное изображение смены вахт, ежедневной уборки, отношений офицеров к друг другу и к матросам, богослужения или тотального аврала, муравейника-бардака при мобилизации, стихийного матросского выступления и его подавления начальством. Следствие и суд во флоте, напуганном мятежами времен первой революции, показаны со всей беспощадностью системы, дующей на воду, а посему давящей любые признаки неповиновения на корню, хотя в описанному писателю казусу с кочегарами все могло бы решить просто справедливое решение старпома или капитана. Но невольно проникаешься описанием громадного организма сильнейшего корабля Российского Императорского Флота, его непрерываемой ни на миг службой. Сколько мальчишек прочитало эту книгу и выбрало себе морскую стезю, сколько впоследствии упоминало писателя уже в мемуарах времен холодной войны, как повлиявшего на их жизненный выбор...
"Капитальный ремонт" еще и гимн военной технике на службе страны, будь то описания работы машинной команды, выжимающей все из стремительного миноносца на пути из Гельсингфорса в Кронштадт или величественной картины огромного дредноута, в котором мгновенно угадывается реальный линкор "Севастополь". Пожалуй, с ним связано единственное заметное отступление от реальности, потому что к лету 1914-го он был на последних месяцах достройки, но еще не боеспособным кораблем, как показано в романе. Но вот абзацы, посвященные поэзии учебной стрельбы из 12-дюймовых орудий главного калибра абсолютно шедевральны, честно говоря, я не могу во всей нашей военной прозе даже что-то привести подобного для сравнения. Все слова от наводчика, взявшего в перекрестье прицела на нижней кромке артиллерийского щита, и до поправок командира башни при перелете. Можно сказать и шире, что роман – дань писателя своей молодости, заставшей сановный Петербург, наборы изысканных вин у куртизанки, народные волнения в честь визита Пуанкарэ, попытки приголубить горничных, щегольнуть покупным, а не казенным палашом или рундучком, общей картиной разительной пропасти между бедными комнатушками рабочих и блеском салонов в богатых доходных домах. Своеобразный реквием материальному изобилию, отчасти вспоминаемое с затаенной грустью в спартанские времена написания.
Известно, что писатель в 1960-х работал в архиве, планируя написать третью часть романа. Не сбылось, хотя несколько глав он успел закончить, надо бы выяснить были ли они опубликованы где-нибудь. Судя по всему, именно для них автор создал пару заготовок с революционными структурами на страницах, будь то ограничивающаяся разговорами и спорами тайная ячейка РСДРП из нескольких матросов дредноута, цитаты из пребывающего в эмиграции Ленина, или направляемый в юнкера революционный студентик для будущей работы на флоте. Зато разговоров о революции среди молодых офицеров хватает, как и понимания, что она пройдется жерновами по всем без исключения, что и произошло во время событий 1917-1918 годов. Возможно писателя тяготила эта тема, непосредственным очевидцем он был лично, и тень будущей расправы над некоторыми персонажами романа не прибавляла оптимизма, поэтому продолжение с бездельем в годы войны и внезапным революционным штормом так и осталось ненаписанным. И совсем уж насмешливой над отечественными флотоводцами обеих войн читается описание минно-артиллерийской позиции и тактики отсиживания в Финском заливе, сковывающей инициативу молодых офицеров что в начале WWI, о чем ядовито пишет Леонид Сергеевич, и аналогично повторенная затея на почти всех флотах в следующей войне советскими адмиралами.
Читать далее
35
7,3K
George38 февраля 2019 г.
Чистота и порядок обманчивы
После "Морских рассказов" долго не решался взяться за "Капитальный ремонт". Отпугивало название,предполагающее что-то связанное со строительством или ремонтом. Однако мои опасения оказались напрасными. С самого начала я почувствовал себя в центре бурной деятельности дореволюционного флота России. Действие развертывается на линкоре царского флота перед началом Первой мировой войны. Корабль «Генералиссимус Суворов Рымникский» безукоризнен своей чистотой и царящим на нем порядке и дисциплине, но он мертв без людей. А мир населяющих его людей разделен на два непримиримых лагеря матросов и офицеров, люто ненавидящих друг друга.
Внешняя налаженность, сияние тщательно выскобленной палубы и надраенной "медяшки" прячут ледяную черноту трюмных карцеров и спертый воздух матросских кубриков. Ожесточенному противостоянию этих двух сил и посвящены страницы романа, который произвел большое впечатление на меня, тогда шестнадцатилетнего парня, воспитанного советской школой и собирающегося идти служить трудовому народу.
Читать далее
25
2K
George323 ноября 2014 г.
После "Морских рассказов" долго не решался взяться за "Капитальный ремонт". Отпугивало название,предполагающее что-то связанное со строительством или ремонтом. Однако мои опасения оказались напрасными. С самого начала я почувствовал себя в центре бурной деятельности дореволюционного флота России. Действие развертывается на линкоре царкого флота перед началом Первой мировой войны. Корабль безукоризнен своей чистотой и царящим на нем порядке и дисциплине, но он мертв бкз людей. А мир населяющих его людей разделен на два непримиримых лагеря матросов и офицеров, люто ненавидящих друг друга.
Внешняя налаженность, сияние безукоризненно выскобленной палубы и надраенной "медяшки" прячут ледяную черноту трюмных карцеров и спертый воздух матросских кубриков. Ожесточенному противостоянию этих двух сил и посвящены страницы романа, который произвел большое впечатление на меня, тогда шестнадцатилетнего парня, воспитанного советской школой и собирающегося идти служить трудовому народу.
Читать далее
14
1,5K

Все рецензии

Цитаты

VladVolkov12521 августа 2025 г.
А вот почему я служу, я отвечу без задержки. Во-первых, пороха мне не выдумать, стало быть, не к чему мотаться по университетам, проникая в тайны мироздания. <...> так лучше служить в почете, чем гнить в канцеляриях. Во-вторых, потому, что мне все это крайне нравится - весь блеск, порядок, вся эта прекрасная машина из стали и людей, да в конце концов и самое море, - все это крепко, незыблемо, вечно и красиво. Ну, а в-третьих - совсем просто: чем пыльная жизнь? Служу, ем, сплю, на берег хожу, имею комфорт, почет и власть... Все это на улице не валяется!
<...> конечно же, я служу для защиты престола и отечества от врагов унешних и унутренних и так далее, смотри памятку молодого матроса... <...> если престол и отечество полетят к черту, тогда и нас с тобой не будет. Все мы существуем для войны. Для войны мы обрабатываем Митюх и обрабатываемся сами. Десятки лет мы драим медяшку и людей, чтобы четверть часа пострелять по неприятельскому кораблю для решения острого вопроса: кому раков кормить - нам или им? Это тоже известные вещи, и говорить о них - дурной тон. Когда-нибудь надо же положить свой живот на алтарь отечества, в уплату царю-батюшке за все то вкусное, что в этот живот попало на его денежки!
Читать далее
0
77
VladVolkov12521 августа 2025 г.
И всероссийский обыватель, попадая в Финляндию, чувствует себя не дома, здесь он - всегда в гостях. Он старается идти по улице не толкаясь, он приобретает неожиданно вежливый тон и даже извозчику говорит "вы". <...> Чистота уличных уборных его ошеломляет, и он входит в их матовые стеклянные двери, как в часовню, - молча и благоговейно. <...> Всероссийский обыватель ходит по улицам Гельсингфорса, умиляясь сам себе и восторгаясь заграничной культурой, тихий, как на похоронах, и радостный, как именинник...
Но истинно-русский человек не может быть долго трезвым на собственных именинах: он робко напивается в ресторане, и вино разжигает в нем патриотическое самолюбие. Чья страна? Финская? Что это за финская страна? Чухляндия! Провинция матушки России! Кто здесь хозяин?.. Российский
обыватель вспоминает фельетоны Меньшикова в "Новом времени", где ясно доказывается, что Россия погибнет от финнов, поляков и жидов. Тогда он хлопает кулаком по столу. Шведы и финны брезгливо оглядываются. Потом появляются полицейские в черных сюртуках и молча выводят его в автомобиль, - даже не дерутся.
Читать далее
0
67
VladVolkov12521 августа 2025 г.
Единственная вещь в жизни, которую следует принимать
всерьез, - это твоя собственная душа. Прислушивайся к тому, что она повелевает. Мир может рухнуть вместе с флотом, отечеством, престолом и всеми абстрактными понятиями о долге, о чести и о прочем, но душа твоя всегда останется с тобой. И если ты служил ей, "не щадя живота своего, как верному, честному нелицемерному воину быть надлежит" то крушение всей вселенной тебя мало взволнует
0
20