Укротитель

— Оправдания вообще глупое занятие, особо если не чувствуешь за собой вины.

— Запомни, сынок, страх и трусость — это разные вещи. Когда перестаешь бояться, начинаешь делать глупости.

«Боль — это единственное, что может сломить волю живого существа. Будь-то телесные муки или душевные».

— У нас принято делать две пробные вещи, — упрямо мотнул головой гном. — Если не работают обе — значит, ошибка в конструкции. Если одна все же работает — значит, есть просчеты в сборке.

Скажете, не самое приятное соседство? А я возражу — друзья выпадают из общей таблицы социальной оценки. Если твою спину надежно прикрывает даже тот, кого все вокруг называют моральным уродом, это не значит, что ты беззащитен. Не бывает откровенно плохих людей, есть не сложившиеся отношения — для одних человек может быть последней сволочью, а для других он верный и надежный товарищ. Мы сами навешиваем на окружающих людей ярлыки и считаем эти штампы единственно возможной характеристикой.

Как же хорошо иметь друзей! Вот в такие минуты понимаешь, что золото и власть — это лишь грязь, о которую можно только испачкаться. Они дарят удовольствие, а не радость; сытость, а не счастье.

– А чего ты до сих пор держишь этот мешок с железом? – спросил я, увидев, что Ростих по-прежнему поддерживает гнома.
– А что с ним делать?
– Выпихни обратно в дыру.
– Э! – возмутился гном. – Я сюда драться пришел!

Хуже всего становилось от понимания собственной лопоухости. Спрятался в горбу «короля всех о́ни» и возомнил себя всемогущим и неуязвимым, но на каждую хитрую гайку всегда найдется болт с левой резьбой.

Да уж, женская душа – это не просто потемки, это вселенский мрак какой-то…

– Турнок, давай я поговорю с Гурдагом, и он найдет тебе место в мастерских или в дальних шахтах. Зачем так мучиться?
– Не, – упрямо мотнул головой гном, – лучше так, чем чувствовать себя ущербным.
– А то ты сейчас весь такой резкий и полезный, – фыркнул Али.