Цитаты из книги Чёрные крылья

Ладно, нам пора. Нужно выдать одну невесту замуж за топор.

Люди, способные сносить оскорбления, не становятся князьями.

- Что тут за хрень? - спросила Ненн.

• Вулкан с дерьмом в процессе извержения.

У каждого большого города есть своя Помойка. Собери достаточно крыш за одной стеной, и все дерьмо с отбросами найдет себе какое-нибудь место.

Но бывает время, когда надо делать глупости и платить за них, - потому что иначе не захочешь жить.

- Хочу кое в чем признаться, - сообщил я.

• Ты что, вдруг просветлился и уверовал?

Тнота поднял подзорную трубу к небесам цвета синяка недельной давности. Грязно-золотое, зеленоватое, потрепанно-фиолетовое, уродливое буроватое, будто сгусток мяса, лопнувших капилляров и засохших жиж.

Люди - овцы. Они делают то, что им скажут. Они верят в то, во что хотят верить, или в то, что больше всего пугает их. Если им не нравится очевидное, они отвергают либо игнорируют его. Я не виню людей за это. Оно естественно. Я не могу сказать им, что они глупцы. Они не понимают, что они - овцы. Откуда же им понять? Овцам не дано уразуметь, насколько пастух умнее их.

Иногда судьба плюет на тебя, и ты летишь вслед за плевком.

Увы жизнь часто будит наши страсти, но так и не дает утолить их.

С рождения песок нашей жизни утекает вниз. Жизнь мы крадем у смерти, но судья неумолим и всегда настигает вора.

Я готов играть. И пусть у противников карты куда сильней. Но я буду играть не в их игру.

Настоящая сила показывает себя в полном пренебрежении теми, кто восстает против нее.

Деньги - масло, смазывающее колеса этого мира.

Измена не растет сама по себе, она пускает корни в плодородном месте. Ей нужны продажность, жадность и ложь.

Если волки приучились бояться пращи, это не значит, что можно не таскать с собой камни.

И все же в ярких глазах всякого ребенка есть искра, возможность великой доброты и счастья. Возможность жизни, которую стоит прожить. Эта искра заслуживает попытки. Хотя большинство детей оказываются такими же бесполезными и бессмысленными, как и породившие их родители, хотя земная жестокость вынуждает большинство ступить в грязь и кровь, иногда бывают и те, кто научается видеть красоту и не отпускает ее во мрак.

Но бывает время, когда надо делать глупости и платить за них, – потому что иначе не захочешь жить.

– Они всегда тяжелей, чем я ожидаю, – заключила Ненн, показывая мне трофеи. Отлично, лица целехоньки. – Не тряси ими так. Уважай мертвых.

Та опять жевала смолу. Чавкала. Работала челюстями как заведенная. Зубы – черным-черны. Честное слово, по эту сторону ада точно не найти звука, достающего сильнее. – И с чего тебе взбрело жевать эту дрянь? – Все леди ее жуют, – ответила она и пожала плечами.