Крампус, Повелитель Йоля

Почему вы думаете, что Санта-Клауса не существует? – спросил Санта.
– А вы его когда-нибудь видели?
– А вы когда-нибудь видели Иисуса?
Преподобный заколебался.
– Иисус – у меня в сердце.
– Найдется ли в вашем сердце место для обоих? И тот, и другой несут мир, милосердие и добрую волю.

И я не барышня. Меня зовут Изабель. – Немного помолчав, она спросила: – А тебя? Есть у тебя имя?
– Да, вообще-то есть. Я – Джесс.
– Ну, привет, Джесс. А это – Вернон.
Бородатый «черт» улыбнулся и протянул руку.
– К вашим услугам, – по тому, как он это сказал, Джессу стало ясно: бородач не отсюда. Откуда-то с Севера, наверное. На протянутую руку Джесс посмотрел так, будто Вернон, по меньшей мере, на нее наплевал.
Улыбка «черта» увяла, и он убрал руку.
– Н-да, что ж… Вот этот исключительно неотесанный субъект, – тут он повел рукой в сторону высокого «черта» в медвежьей шкуре – Маква. Рядом с ним – Випи, а этот невезучий джентльмен с дырой от пули в лице – его брат, Нипи.

– Крампус зовет нас Бельсникелями, – вмешался Вернон. – Тебе придется спросить у него самого, что именно имеется в виду, – и горько он добавил: – Но как ни называй, это значит, что мы его слуги… его рабы

– Это имя – ложь. Подделка, – Крампус оскалился. – Его имя – вовсе не Санта-Клаус. Его имя… его истинное имя… – он замялся. Казалось, он не в силах это выговорить.
*
«Бальдр», – подумал Крампус, а потом сказал это вслух:
– Бальдр. Таково его истинное имя.
– Санта-Клауса? – спросил Джесс.
– Да. Его истинное имя – Бальдр.

Она рассказывала, как в Асгарде любили Бальдра, второго сына Одина. Все превозносили Бальдра до небес: он был так мудр и прекрасен, что от него исходило сияние, так благороден и велеречив. Она рассказывала, что все только и толковали о том, как он сострадателен, как милостив к падшим; неустанно повторяли, какой он верный защитник слабых и обездоленных – пока слушателю уже не хотелось повеситься.

Локи прикинулся старухой и хитростью выманил у Фригг секрет омелы. Вооруженный этим знанием, он отыскал растение и сделал из него стрелу, сплетя магию омелы и железа. В следующий раз, когда Бальдр затеял свою игру, Локи взял с собой стрелу и тоже пришел, смешавшись с толпой. Там он разыскал слепого брата Бальдра по имени Хёд и спросил его, почему тот не участвует в веселье. Хёд ответил, что это игра – не для слепых. Локи подал Хёду лук и зачарованную стрелу и предложил направить его руку. Хёд страшно обрадовался возможности принять участие в игре и с силой натянул лук. Стрела ударила Бальдра прямо в грудь, пронзила ему сердце, и он упал мертвым прямо на месте, перед Фригг, перед Одином. Говорят, настала страшная тишина. Бедняга Хёд не мог видеть, как они на него смотрели, но Локи мог. Он не выдержал и сбежал.

Горе Одина было настолько велико, что он велел убить Хёда на месте, – Крампус покачал головой. – Мне всегда было жаль беднягу. Пешка в игре, погибшая из-за чужой зависти и жажды мести. Очень печально. Один возложил тело Бальдра на гигантский корабль Гинггорни и предал его огню. Говорят, жена Бальдра, Нанна, не смогла вынести горя и бросилась в огонь, последовав за ним и в смерти, – Крампус сделал еще глоток. – Но это было лишь начало, потому что душа Бальдра попала в Хель, великое царство мертвых, неподвластное даже Одину. И, хотя Один с Фригг послали в Хель еще одного своего сына, Хермода, дабы он предложил выкуп за Бальдра, моя мать, Хель, не стала отпускать его душу. И немногим известно, что Хель просто водила Одина за нос, пока Локи пытался вырвать у Бальдра признание. Он сказал Бальдру, что тот будет рабом Хель, ее пленником до самого Рагнарёка, если не признается в своих хитростях. И тут Бальдр его удивил – он отказался, не пошел на сделку, выбрал остаться пленником Хель и провести долгие века среди мертвых, только чтобы его обман не выплыл наружу.

С самого начала Крампус служил олицетворением смены времен года: бог природы и плодородия, гонитель злых духов, который в обмен на подношения даровал благоприятные условия для роста нового урожая. Позднее он стал частью развивающегося свода мифов и легенд Германии и Австрии. Эти мифы и легенды распространились на территорию Хорватии, Чехии, Словакии, Словении, Швейцарии и Северной Италии. Изначально Йольский козел был страшноватым существом, которым пугали детей, дабы святочные традиции как следует соблюдались и впредь. Позднее Йольский козел, или Крампус, стал ассоциироваться с подарками, вручаемыми к Йолю.

Перхта. Ведьма и/или женский дух, который обитал в зимней Баварии и Австрии. Наказывала или награждала детей, в зависимости от их поведения в течение года.(вторая жена бальдра)