Крампус, Повелитель Йоля

– Какая у тебя мечта? – спросил Крампус.
– Мечта?
– Твои желания? Что за сны не дают тебе покоя по ночам?
Джесс подумал с минуту.
– Играть свою музыку. Это – самая заветная моя мечта. Я сливаюсь с музыкой, мы становимся одним целым, и мелодия льется так чисто… И людям нравится, – Джесс улыбнулся. – Они машут своими зажигалками и телефонами, качаются в такт. А потом вызывают на бис всю ночь напролет.
– Так это то, чего ты хочешь от жизни больше всего? Играть свои песни?
Джесс, подумав с минуту, кивнул.
– Этого с меня будет достаточно. Только когда я играю, я чувствую настоящую связь… с собой, с людьми. Когда песня хороша, это… Это будто я беру свои чувства, из самого сердца, все свои самые лучшие и самые худшие моменты, и делюсь ими с людьми. Это скорее заклинание, чем пение. И мне плевать, пусть это будет только кучка пьянчуг. Не важно. Важно то, что именно так можно коснуться чьей-то души.
Крампус кивнул:
– Эти мечты… Они – твоя душа. Ты должен воплотить их как можно полнее.
– Да, но знаешь, это же просто мечты. А проблема с мечтами та, что приходится возвращаться к реальности.
– Как это понимать?
– Так, что пора мне повзрослеть… Наверное. Пора отказаться от мечты. Оставить все это позади… Потому, что в реальном мире места для мечты нет.
– Нет, – сурово сказал Крампус. – Это не правда. Твои мечты – это твой дух, твоя суть, и без них ты – мертв, – он сжал руку в кулак. – Ты должен беречь свои мечты. Я знаю, что это такое – когда их у тебя крадут. Я знаю, что это такое – быть мертвым, – его голос перешел в рычание. – Береги свою мечту! Всегда береги свою мечту!

— Почему вы думаете, что Санта-Клауса не существует? — спросил Санта.
— А вы его когда-нибудь видели?
— А вы когда-нибудь видели Иисуса?
Преподобный заколебался.
— Иисус — у меня в сердце.
— Найдется ли в вашем сердце место для обоих?

– Эти мечты… Они – твоя душа. Ты должен воплотить их как можно полнее.
– Да, но знаешь, это же просто мечты. А проблема с мечтами та, что приходится возвращаться к реальности.
– Как это понимать?
– Так, что пора мне повзрослеть… Наверное. Пора отказаться от мечты. Оставить все это позади… Потому, что в реальном мире места для мечты нет.
– Нет, – сурово сказал Крампус. – Это не правда. Твои мечты – это твой дух, твоя суть, и без них ты – мертв, – он сжал руку в кулак. – Ты должен беречь свои мечты. Я знаю, что это такое – когда их у тебя крадут. Я знаю, что это такое – быть мертвым, – его голос перешел в рычание. – Береги свою мечту! Всегда береги свою мечту!

Без воздуха он не смог бы выжить, а без музыки - по-настоящему жить.

Есть вещи, которые нужно делать, невзирая ни на что.

Спасибо тебе Господи, я принимаю это как знак, что ты всё-таки будешь болеть за меня.

[...] какую роль я смогу играть в мире, где люди поклоняются ящику с движущимися картинками, где они делают и потребляют яды, разъедающие их собственный мозг, где они уничтожают ради наживы целые горы, убивают саму землю? Человечество потеряло связь с землёй, с дикой природой, со зверями и духами. Они добывают себе пищу не в лесах и полях, а в пластиковых коробках и ящиках со льдом. Их жизни больше не привязаны к круговороту года, к урожаю, и им больше не нужен Повелитель Йоля, который прогоняет зимнюю тьму и призывает свет весны. Человеку теперь приходится бояться только самого себя... Он стал своим самым худшим врагом.

Я страшусь, что в нынешние времена большинство людей [...] позабыли, каково это - жаться в хижине, пока звери и демоны завывают у самых дверей. Им больше не нужен великий и ужасный дух, который бы их защищал. Они растеряли свой страх перед дикой природой, а с ним - и потребность верить. И как я могу их винить, если теперь в их власти прогнать тьму одним щелчком какого-то рычажка.
[...] какую роль я смогу играть в мире, где люди поклоняются ящику с движущимися картинками, где они делают и потребляют яды, разъедающие их собственный мозг, где они уничтожают ради наживы целые горы, убивают саму землю? Человечество потеряло связь с землёй, с дикой природой, со зверями и духами. Они добывают себе пищу не в лесах и полях, а в пластиковых коробках и ящиках со льдом. Их жизни больше не привязаны к круговороту года, к урожаю, и им больше не нужен Повелитель Йоля, который прогоняет зимнюю тьму и призывает свет весны. Человеку теперь приходится бояться только самого себя... Он стал своим самым худшим врагом.
[...] мир действительно изменился, и в нём больше нет места для меня.
[...] Как я могу заставить поверить людей, которые вообще не понимают, что такое вера? А без их веры Матушка-Земля увянет, и святки уйдут в небытие... А с ними уйду и я... Как ушли до меня все боги и духи.

© Крампус