Избранные сочинения в двух томах. Том 2. Драматические произведения. Проза

Флэшмоб 2012 (9/24)

История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее истории целого народа, особенно когда она – следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие и удивление.

В школе мы детально проходили «Героя нашего времени». Почти целую четверть. Недели три сидели на теме дуэли Печорина с Грушницким. Тогда это воспринималось как вселенское занудство и начало урока встречалось безмолвным, но дружным стоном. Видимо моя острая нелюбовь к школе и желание забыть ее включило какой-то защитный механизм в мозгу, и я действительно теперь мало, что помню. Но с каким удовольствием и интересом я сейчас вернулась бы к тем урокам литературы. Теперь я понимаю, как велико было желание нашей учительницы вложить в наши души или хотя бы просто в головы понимание того прекрасного, что создал Лермонтов в свои (мамадорогая) 24 года. (Какая непростительная халатность, какое преступное транжирство талантом! Таких людей надо сажать в их имении под замок на хороший паек и выдавать бумагу с чернилами. Диспансеризация раз в полгода. По понедельникам плановый осмотр у врача. Вот пусть сидят и творят! Стреляться вздумали! Под замок!) Только сейчас пришло мое время полюбить эту книгу. Это же сокровище!

Роман состоит из пяти рассказов. Они идут не в хронологическом порядке. В их очередности тонкая и красивая логика. Лермонтов интригует читателя Печориным. В «Бэле» он фигурирует как действующее лицо драмы. В «Максим Максимыче» читатель мимолетно встречается с ним лично. Ах, милый Максим Максимыч, изболелось за Вас мое сердце! А в дальнейшем мы уже имеем возможность полностью погрузиться в его внутренний мир, смотреть его глазами и вместе чувствовать полную душевную пустоту. Быстро утрачивая чувствительность к чему или кому-либо, он пытается ее в себе разжечь. Но все чувства сгорают со скоростью сухой соломы в горниле депрессии этого человека. Человека, безусловно, умного, тонкого психолога. Он бесстрастно и отстраненно изучает и людей и себя, наблюдая и рассуждая с холодностью и расчетливостью хирурга. Себя он не оправдывает. Это до какой степени безразличия ко всему нужно дойти.

За несколько верст от Ессентуков я узнал близ дороги труп моего лихого коня; седло было снято – вероятно, проезжим казаком, - и вместо седла на спине его сидели два ворона. Я вздохнул и отвернулся…

Всё, чего он касается, превращается в пепелище или корм для падальщиков. Человек удивительно разрушительного свойства. Душевная такая инвалидность, полное бессердечие. Он абсолютно пуст. Я была уверена, что буду ненавидеть его. Как ни странно, сейчас я ему сочувствую. Кстати, впервые с Печориным читатель встречается в незаконченном романе Лермонтова «Княгиня Лиговская». Из него мы узнаем о детстве Печорина, его семье, воспитании и пылкой юношеской любви к Вере. Именно ее он встретит на Минводах в «Княжне Мери». Можете себе представить, это Печорин еще тех времен, когда «честь невинной девушки была еще для него святыней».

Мне жаль тебя, Печорин!

Каково? Этой крылатой фразе, оказывается, без малого 200 лет.

Сегодня день рождения Михаила Юрьевича Лермонтова, поэтому предлагаю в честь такого грандиозного события устроить какое-нибудь праздничное мероприятие, например, "Маскарад". Тем более, что сценарий "Маскарада" написан самим виновником торжества.

У единственной полноценной пьесы Лермонтова очень сложная судьба, ему пришлось переписывать её 3 раза, а всё потому, что она не устраивала цензоров - подчиненных Бенкендорфа. Они считали, что в "Маскараде" "слишком резкие страсти". Даже не знаю что на это сказать, наверное, следует порадоваться за Шекспира, который успел умереть раньше, чем Бенкендорф родиться, потому что ему бы точно предъявили за "резкие страсти".

Само название пьесы - "Маскарад" - наводит на главную мысль: вся светская жизнь столицы является сплошным маскарадным действом, в котором приходится иметь дело не с реальными людьми, а с носимыми ими масками. И, парадоксальным образом, в истинном свете люди предстают лишь надев маски, карнавальная личина позволяет снять ту маску, которую человек носит по жизни, и в краткий миг суматошного действа мелькает настоящее лицо. Истинные желания и чаяния, пороки и слабости, тщательно скрываемые под маской благополучной повседневности, находят выход, когда их носитель не стеснён собственным тщательно создаваемым образом.

А это наводит человека, хорошо знающего свет, на мысль о том, что все люди в корне своем порочны, и верить нельзя никому. Таким "знающим свет" человеком предстает главный герой пьесы - Евгений Арбенин. Обращает на себя внимание его имя - Евгений, ведь любой Евгений русской литературы после Пушкина - чуть-чуть Онегин. Есть что-то онегинское и в Арбенине, хотя и что-то от Чацкого в нем тоже имеется, а в еще большей степени от будущего героя самого Лермонтова - Печорина.

Арбенин - романтически герой, прошедший школу порока, бывший карточным шулером, разбогатевшим на этом, сумевшим очиститься от налипавшей грязи и попытавшимся обрести новый смысл в жизни, как он говорит о себе сам: "воскрес для жизни и добра". Но до этого он честно служил злу, обманывая и подставляя других, приобретя непримиримых врагов, которые мечтают о мести. Месть - это еще одна тема пьесы, но вернемся к ней в конце.

Пока же продолжим изучать Арбенина, как я уже сказал, в нем есть что-то печоринское, его в этом смысле тоже можно назвать "Героем нашего времени", ну, а кто еще может быть героем в маскарадном обществе, только тот, кто видит пороки невооруженным взглядом, независимо от того, есть на человеке маска или нет. Арбенин именно таков, он, как и Печорин, еще одно воплощение истинно лермонтовской фигуры - Демона. Именно демонизм, присутствующий в его натуре, отличает его от Онегина и Чацкого, делая более мудрым и проницательным.

Но, цепь парадоксов в пьесе продолжается, Арбенина как раз и губит его опытность. Зная, что в этом мире верить никому нельзя, что всякий носит маску, он попадает в ловушку с собственной женой - Ниной. Когда обстоятельства складываются таким образом, что она попадает под подозрение, опытность и прожженность Арбенина не позволяют ему усомниться в её измене. Он руководствуется аксиомой: все лгут, значит, лжет и Нина. Его знание жизни диктует ему уверенность в этом выводе. Однако, не забываем о его демоническом начале, он считает себя вправе судить и наказывать - круг замыкается, он убивает свою любовь, ту единственную, которая не принимала участия в светском маскараде, или, как сказал бы современник Лермонтова - Бальзак: в человеческой комедии.

А теперь возвращаемся к теме мести. Арбенин мстит Нине за мнимую измену, Звездичу он мстит за "поруганную честь", но и сам оказывается объектом мести - на демона находится другой демон, еще более беспощадный и коварный. Незнакомец, которого Евгений когда-то бесчестно обыграл, мстит еще ужаснее - он открывает Арбенину истину, что его жена была честна перед ним. Открывшаяся истина, усугубленная невозвратимой потерей по собственной вине, разрушает карту мира главного героя, причинно-следственные связи распадаются, эмоциональное напряжение перегорает, и, как результат - сумасшествие.

Перефразировав одну крылатую фразу, можно сказать: "лучше всех мстит тот, кто мстит последним". В завершающей сюжетной коллизии отчетливо звучит тема воздаяния за грехи, и оно настигнет всех участников маскарада, просто сегодня была очередь Евгения Арбенина. Правда, непонятно, за какие грехи пострадала Нина, единственное объяснение, что она была принесена в жертву преступной суетности бездушного маскарада.

"Что ж? умереть так умереть! потеря для мира небольшая; да и мне самому порядочно уж скучно. Я - как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что еще нет его кареты. Но карета готова... прощайте!.."

Есть у меня несколько любимых книг из школьной программы, которые люблю регулярно перечитывать, и "Герой нашего времени" - одна из них, пожалуй, даже самая любимая...

Много об этой книге написано великолепных отзывов и критиков, и литературоведов, и здесь на ЛайвЛибе на эту прекрасную книгу отзывов предостаточно - к чему повторяться? Поэтому моя рецензия - исключительно личные впечатления (без подробного анализа произведения), так сказать, несколько мыслей на тему...

"И много других подобных дум проходило в уме моем; я их не удерживал, потому что не люблю останавливаться на какой-нибудь отвлеченной мысли. И к чему это ведет?.. В первой молодости моей я был мечтателем, я любил ласкать попеременно то мрачные, то радужные образы, которые рисовало мне беспокойное и жадное воображение. Но что от этого мне осталось? одна усталость, как после ночной битвы с привидением, и смутное воспоминание, исполненное сожалений. В этой напрасной борьбе я истощил и жар души, и постоянство воли, необходимое для действительной жизни; я вступил в эту жизнь, пережив ее уже мысленно, и мне стало скучно и гадко, как тому, кто читает дурное подражание давно ему известной книге".

Роман (или повесть? путевые записки? мемуары Печорина?), отношение к которому практически не меняется со временем. Удивительное дело: ты меняешься, взрослеешь, но по-прежнему стрепетом читаешь страницы, посвящённые жизни Григория Александровича Печорина.

- Зачем же подавать надежды? - Зачем же ты надеялся? Желать и добиваться чего-нибудь - понимаю, а кто ж надеется?

Образ как собрание пороков (из предисловия книге) превратился для меня наоборот в собрание достоинств. Сила и благородство, решительность и смелость (повторяю, что я пишу исключительно о личных впечатлениях после прочтения), дальновидность и ум, стремление к независимости от всего и от всех (в особенности от женщин, которые никогда не имели над ним власти), фатализм...

"За что они все меня ненавидят? - думал я. - За что? Обидел ли я кого-нибудь? Нет. Неужели я принадлежу к числу тех людей, которых один вид уже порождает недоброжелательство?"

Продолжать можно бесконечно - Печорин вдобавок один из моих любимых литературных героев (бывает так, что книга нравится, а герой нет, например, как "Доктор Живаго", в "Герое нашего времени" мне нравится всё). Он никогда не опустится до мести женщине, он не мелочен и не злопамятен, даже амбиций в нем как будто и нет (по крайней мере, в книге на этом акцента автор не делает).

"Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера - напротив, что до меня касается, то я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится - а смерти не минуешь!"

Он не обидчив. Он может быть серьезным противником другому мужчине, но женщине - никогда. Оттого, наверное, всем прекрасным особам в книге он так симпатичен и все вспоминают его чуть ли не с благоговением. Он ничего никому из них не обещает, его равнодушие каким-то образом становится необычайно притягательным. Для всех. Едва ли не самая красивая книга в русской литературе о любви...

"Пробегаю в памяти все мое прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил? для какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных; из горнила их я вышел тверд и холоден, как железо, но утратил навеки пыл благородных стремлений - лучший свет жизни. И с той поры сколько раз уже я играл роль топора в руках судьбы! Как орудие казни, я упадал на голову обреченных жертв, часто без злобы, всегда без сожаления... Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья - и никогда не мог насытиться".

Интересно наблюдать, как с годами меняются предпочтения именно в отношении частей произведения. В юности, помню, когда в первый раз прочла его, мне безумно понравилась "Бэла" (оно и понятно - глава казалась мне верхом романтизма), потом, спустя пару лет, читая роман, что без ума от "Фаталиста" (тоже верю в предопределение). А вот сейчас, как ни странно, мне больше всего понравилась "Тамань" (в школе мне эта глава отчего-то совсем была не по душе). Такая удивительная книга для всех возрастных периодов жизни...

Если говорить о личных впечатлениях, то как обойти стороной экранизации?

Смотрела лет 8 назад (не помню точно время) российский мини-сериал, снятый по Лермонтову с Игорем Петренко в главной роли:

Ну что тут сказать...Не впечатлил как-то. Актер, конечно, красивый, кто ж спорит? Но ведь рисуя нам образ Печорина, Лермонтов никогда не делал акцент на красоте. Печорин - это удаль, харизма, обаяние. некая отрешенность...

Зато как-то еще смотрела другую экранизацию (вернее даже. театральную постановку) с Олегом Далем в главной роли.

Это режиссерское видение моего любимого литературного героя понравилось мне куда больше: оно, на мой взгляд, ближе к истине.

"Глупец я или злодей, не знаю; но то верно, что я также очень достоин сожаления, может быть больше, нежели она: во мне душа испорчена светом, воображение беспокойное, сердце ненасытное; мне все мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день ото дня... Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали - и они родились. Я был скромен - меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду - мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой".

Книга на все времена. Закрывая последнюю страницу, уже жду новой встречи))