
Ваша оценкаРецензии
Nina_M22 октября 2020 г.Читать далееХорошая девочковая книга о дореволюционной России.
Маленькая девочка Саша, у которой еще даже и коса не выросла, делает только первые шаги в своей жизни и познает мир в категориях "хорошо" и "плохо". Ей повезло, что родители у нее - интеллигентные, чудные люди, но все равно приходится сталкиваться с несправедливостью и злом, которые через край плещут в то неспокойное время в той конкретной геоточке.
Прежде всего, произведение мне понравилось воспроизведением духа исторической эпохи, ведь оказалось не просто стандартным "романом воспитания", а рассказом о жизни в России до революции. В ней есть те идеалы и убеждения, которые сейчас кажутся, мягко говоря, наивными, а подчас и слегка странноватыми. Но таков был дух того времени, так действительно жили. И главное в повести даже не это, а то, как формируется настоящий человек.
Книга несколько наивна, но ведь написана она от имени маленькой девочки как рассказ о жизни ее глазами. К слову, тональность книги ("детский взгляд") не повсеместно в книге автору удался, потому я и поставила "4".291K
VikaKodak5 мая 2017 г.Читать далееКниги о взрослении вызывают у меня совершенно особые эмоции. Каждая из них словно аукается с той девочкой, которой была я: «А что ты помнишь? А что расскажешь?» и убежденно доказывает, что нет на свете людей, чьи судьбы, чьи истории были бы скучны и неинтересны. Разве Александра Бруштейн рассказывает нам о чем-то экстраординарном? Отнюдь. Ну какими событиями может быть богата повседневная жизнь ребенка дошкольного возраста? Ездили в гости… побывали в зоопарке… познакомилась с новым учителем… А на деле книга дает нам живой пример того, как, казалось бы, обыденные события, преломляясь в сознании пытливой, наблюдательной и умненькой девочки, дают уже нам, читателям, пищу для размышлений.
По своему настроению книга очень светлая и позитивная. Но очевидно, что на ясном небе уже собираются облака. Тягостное предчувствие революции явственно ощущается в воздухе и Саша, подобно маленькому барометру, ощущает, что природа уже затаила дыхание перед грозой, но это не мешает ей бесхитростно радоваться каждому прожитому дню, каждому новому другу. Это не тот случай, когда вам удастся вволю порыдать над книжными страницами. И вместе с тем здесь столько моментов, цепляющих за душу, задевающих в сердце совершенно особые струны. Да какой эпизод ни возьми… с Юлькой, безруким художником, воздухоплавателем Древницким… даже с покалеченной глупой вороной!И не могу не отметить, что для разнообразия очень приятно почитать книгу о нормальной, любящей семье! У Сашеньки Яновской просто потрясающий отец, который, несмотря на всю свою безумную занятость обязательно находит время для того, чтобы провести время с дочкой, ответить на ее бесконечные, но такие важные для ребенка вопросы. Да, порой, на мой взгляд, Яков Ефимович излишне строг, но плоды его воспитания налицо – любой отец гордился бы такой дочерью.
22599
youdonnowme27 января 2016 г.Читать далееЧитая книгу Александры Бруштейн, я не могла не вспомнить фразу, услышанную в музее, в зале, посвященном истории Гражданской войны на Дальнем Востоке: "Гражданская война до сих пор не закончена. Она все еще продолжается в душах людей. Стоит послушать, как люди говорят на эту тему, как отчаянно спорят... Наше отношение к прошлому за эти годы не стало ни более простым, ни менее болезненным.".
Мне очень симпатична Сашенька и её семья, вызывает уважение их отношение к людям. О да, здесь я полностью на стороне Сашеньки! Но... Чем дальше, тем больше в повествование входят политические вопросы, и мне почти мучительно читать вещи, слишком хорошо знакомые из моего пионерского детства, слишком канонически-правильные с точки зрения воспитания советского школьника. Герои заметно выдержаны в духе учения о классовой борьбе: бедные хороши уже потому, что бедны, богатые плохи потому, что богаты. Склонность определять человеческий характер по социальной принадлежности - черта соцреализма - на мой взгляд, однобокость и большая ложь. Понятно, проблема, согласно А.Б., в том, что богатые (все? других в книге не было) не умеют сострадать. Бесспорная и поддержанная всей русской классикой мысль (помните, чеховский "человек с молоточком?"): порядочный человек не может жить успокоенно и счастливо, когда рядом страдают люди. Но нельзя же видеть счастье человечества в избавлении от богатых!!!
- Папа... Я бы хотела, чтобы ты сделал что-нибудь очень хорошее!
- Например?
- Ну, например, пошел и убил царя!
- Ох, какая Пуговка, какая глупая Пуговица!.. - посмеивается папа. - Настоящие революционеры - такие, как Павел Григорьевич, - это не делают. Они царей не убивают!
Может быть, дело в том, что у меня в руках есть исторические спойлеры. Мы-то уже знаем, что революционеры убивают царей с детьми и близкими, что их человечность и сострадание скорее гипотетического свойства и не распространяются на живых реальных людей, а страдания человеческие, так возмущающие Сашеньку, после революции превзойдут все, что удалось добиться в этой области царскому режиму. Когда я читаю о страданиях революционеров-каторжников, я проникаюсь ими, но перед глазами стоят очереди, подобные той, в какой стояла Ахматова после ареста сына, или люди, вышвырнутые зимой на улицу с детьми как "кулаки" при запрете односельчанам проявлять сострадание и давать им приют. Сашино обостренное чувство справедливости заставляет ее возмущаться черствостью и бесчеловечностью богатых и власть имущих, мое же чувство справедливости бунтует против однобокого изображения "проклятого царского прошлого" и благостно-примитивной картины революции - на самом деле величайшей трагедии русского народа.
Не могла не возникнуть параллель с еще одной книгой: "Свежо предание" Ирины Грековой. Та же социальная группа - революционно настроенная еврейская интеллигенция, те же идеи, Дело Бейлиса вместо дела вотяков и - трагическая правда, а не наивно-восторженное восприятие революции как "зари новой жизни", где больше нет несправедливостей, лжи и страданий.Это моя единственная, хоть и серьезная, претензия к этой трилогии (да и то, скорее, субъективная. Сторонники другого взгляда на историю или безразличные к ней, вероятно, не будут реагировать так остро). В целом это хорошая книга, я рада, что прочла ее (хотя бы в качестве лекарства от собственной однобокости: из неё становятся гораздо лучше понятны истоки раздражения и даже ненависти Сашиных современников к текущей власти. Все эти загибы по части благонадежности и чинопочитания возмутят кого угодно, а при таком накале "еврейского вопроса" ничего удивительного, что еврейские интеллигенты стали заметной движущей силой революции.) Замечательно, что книга учит состраданию, совести ("иди, мой друг, всегда иди дорогою добра"), что она, в конце концов, интересная и замечательно написана. Лишь не стоит забывать, что есть и другая сторона.
22582
omniavincitamor25 февраля 2012 г.Читать далееТрилогия А.Я. Бруштейн "Дорога уходит в даль..." полна важных событий, происходивших в 19-20 вв. Невероятно интересная, познавательная, поучительная, учащая книга. Хотелось бы верить, что такие книги НИКОГДА не умрут, а будут жить в сердцах людей многие и многие годы. Столь полезная, совершенно неожиданная для меня книга была моим проводником в жизнь 19-20 веков и в Революцию 1917 года. Я впервые поняла, насколько это страшные вещи, сила власти и подавление народа...И правильно, что народ восстал против этой несправедливости и унижения. Но...Какими жертвами, какими потерями, какими трудами, рисками и, особенно, временем была достигнута победа в этой борьбе с властью, решившей, что она всемогуща и что может позволять себе унижать, травить людей, более низких рангом...Это страшно...Страшно, больно, но всё-таки правильно и необходимо...Люди, прошедшие через это всё, добились демократичного будущего страны! Добились того, что мы с вами, ныне обычные и свободные граждане, зависим только ОТ СЕБЯ И СВОИХ ЦЕЛЕЙ!!!! Мы должны, обязаны быть благодарны этим людям, рисковавшим и умиравшим в этой многолетней войне с давкой и травлением нас...Будьте благодарны...Умоляю, прочтите и, самое главное, ПОЙМИТЕ то, о чём написано... Не пожалеете. Гарантирую.
22209
Annnet13 марта 2024 г.Читать далееМилая, трогательная история. Чувствуется, как искренне любит автор своего отца, гордится им, скучает по нему. Хотелось бы мне так же чётко помнить своё детство, а еще больше хотелось бы уметь так структурировать свои воспоминания.
Это первая книга трилогии, здесь мы знакомимся с семьей юной Сашеньки и отправляемся с ней в первый класс. Отец девочки - врач, удивительно добрый, честный, порядочный, отважный, решительный человек. И именно такой он воспитывает свою дочь. Иногда жёстко, но вполне себе по-советски, хотя до революции и становления советской власти еще очень далеко. Папа сочувствует политическим и помогает им чем может, через своё ремесло. Жалеет бедняков и лечит их бесплатно из искреннего сострадания. Не боится спорить с богатыми и влиятельными людьми и отстаивать свою точку зрения в любом вопросе.
– Так… – грозно говорит Владимир Иванович. – Воров, значит, жалеете?
– Нет! – твердо отвечает папа. – Если вы, Владимир Иванович, вы, богатый человек, украдете, – в тюрьму вас! Без жалости! Украду я, человек с образованием, с профессией, – и меня в тюрьму! Вот, – папа показывает на меня, – дочка моя знает: нитки чужой, копейки тронуть не смеет! Она сыта, одета, в тепле, ее воспитывают, учат… Если она украдет, я первый полицию позову! Но если темный, безграмотный человек, для которого нигде нет работы, украдет кусок хлеба для своих голодных детей…
– Ну? – рычит Владимир Иванович.
– Сам встану и собой его от полиции заслоню! Понимаете? Сам!Книга напитана правильными посылами, она учит добру, состраданию, справедливости, дружбе, смелости и упорству.
Художник смотрит на маму, потом на меня. Вероятно, ему передается мое волнение и мое восхищение перед ним, потому что глаза его теплеют, он говорит очень сердечно и просто:
– Пусть маленькая барышня возьмет рисунок: «Дорога уходит в даль…». Когда я еще был художником, – а я был настоящим художником, прошу мне поверить! – это была моя любимая тема: «Всё – вперед, всё – в даль! Идешь – не падай, упал – встань, расшибся – не хнычь. Всё – вперед! Всё – в даль!..»Есть в ней и над чем поплакать, и чему улыбнуться.
Завивая мамины локоны, пан Теодор все время восхищался маминой красотой:
– Урода! Ах, яка урода!
Я было хотела обидеться за свою маму, но оказалось, что по-польски «урода» означает прелесть, очарование!
Продолжая уверять, что мама первая «урода» во всем городе, пан Теодор сделал ей замысловатую прическу и ушел.После прочтения остается послевкусие чего-то светлого и чистого. И хочется верить, что все обязательно будет хорошо. И жизнь прекрасна и бесценна во всех своих воплощениях. Добрых, великодушных, неравнодушных, честных людей на свете много!
Так ведь именно они, бедняки мои, – они и есть приличные люди! Бывает, сделаешь операцию в крестьянской избе, денег они, конечно, не платят, нету ведь у них денег, бог с ними! А через полгода приезжает незнакомый мужик – не могу я их всех упомнить, да с иными из них я и сговориться-то не могу: литовцы, а я по-литовски говорить не умею! – так вот, приезжает незнакомый мужик и протягивает мне курицу или горшок с медом… И я беру. Да, беру, хотя и курицу терпеть не могу, а меду и на дух не переношу. Беру и думаю: полгода – иногда больше! – помнил человек сделанное ему добро и мечтал сказать за это добро «спасибо»!21799
Katerinka_chitachka26 декабря 2016 г.Как иногда малое может сделать очень многое
Читать далееДля меня это была проникновенная книга, которая не могла оставить равнодушной!
Начало трилогии, биографическая книга Александры Бруштейн, тех времен, когда она был еще Сашенькой, живой и любознательной девочкой девяти лет.Перед собой мы видим яркую, задорную и очень справедливую девчушку с растопыренными "кудлами" на голове. Живет она в непростые революционные времена, времена изменений, несправедливости и разделения людей на богатых и бедных. Разделения настолько резкого и жестокого, что становится больно. Ведь все мы люди!!! А бедняки людьми не считались...
Отец у Саши - врач, доктор от Бога, с добрым сердцем и неотступными принципами справедливости. Сколько благодаря его стараниям не было брошено на произвол судьбы больных людей! И не цурался всех лечить, и с бедных людей даже платы не брал. Причем о себе он почти не помнил, что нужно есть, пить, отдыхать, спать (часто после долгих операций этот замечательный доктор засыпал прямо в доме, где они происходили, умастившись где-нибудь на кушетке).
Много здесь колоритных персонажей - заботливая простая домохозяюшка Юзефа; меланхоличная воспитательница-немка фрейлин Цецильхен,; наивная больная девчушка Юлька, ее мать, слепо верящая, что если ребенка положить перед иконой святой Богоматери на холодный пол и молиться целый день, то больному дитятку будет значительно лучше; рассудительный борец за справедливость воспитатель Павел Григорьевич, которому не страшна ни власть, ни наказания; надменная богатая семья Шабановых...
Много в книге и таких жизненных, проникновенных моментов, от которых влажнеют глаза и трепетно сжимается сердце. Тут и красивая кукла, которой Сашенька хвасталась перед девочками, которые баюкали вместо кукол поленья дров. А папа заставил девочкам эту куклу подарить и Саша всё поняла... Тут и больная девчушечка Юлька, которая прикована к постели, у которой ослаблены ноги от плохого питания и недостатка света, невольно заточенная в темном душном подвале. Кто сможет ей помочь - доктора или гордый священник?
А вот пример, как для того, чтобы дорогие избалованные доченьки кушали хорошо и не воротили нос от еды, были приглашены трое босоногих детей рабочих, которые принесли с собой еще и полуторагодовалую сестрёнку:
– Ладно! – разрешает Серафима Павловна. – Садитесь все за стол. Вот сюда. – Она показывает на ту половину стола, где стоят селедки и картошка. – Только уговор: если Зоенька и Риточка хотят, чтобы к ним ходили каждый день, они тоже будут хорошо кушать… Да, девочки?
Осветив всех своей доброй улыбкой, Серафима Павловна уходит из комнаты.
Неожиданные гости – Коля, Антось и Франка со своей сестренкой – быстро садятся за стол.
– Кушайте, пожалуйста, – любезно приглашает Зоя, как дама, принимающая гостей.
Но гости и без «пожалуйста» принимаются за еду.
Антось, который у них вроде как за старшего, делит картошку и селедки по трем тарелкам. Он делает это быстро, точно, справедливо, как артельный староста, – порции совершенно равные! Оставшуюся картофелину и кусок селедки он кладет на Франкину тарелку: для Зоськи.
Мы с Зоей и Ритой не едим. Мы смотрим.
Зоя и Рита, перекормленные дети, для которых еда – надоевшее, неприятное дело, хуже наказания, во все глаза смотрят на этих ребят, весело, жадно уминающих картошку с селедкой.
И хотя я расту в семье, где нет культа еды, меня к еде не принуждают, и я нередко вижу, как едят люди, проголодавшиеся после работы, едят со здоровым аппетитом, – но вот этого, что сейчас развертывается перед моими глазами, я тоже еще никогда не видела! Это – голод, застарелый, привычный голод, вряд ли когда-либо утоляемый досыта…
Франка ест сама и с материнской нежностью кормит Зоську. Если Франка случайно замешкается, Зоська требовательно тянется ручонками и кричит: «Дай, дай, дай!» Иногда она даже пытается залезть пальчиками во Франкин рот, чтобы вырвать оттуда еду: «Дай, дай, дай!»
Картошка убывает с поразительной быстротой, селедок уже нет.
Вот уже съедено все, подобраны крошки развалившихся картофелин. Коля, Антось и Франка сидят неподвижно, не сводя глаз с еды, поставленной на нашем конце стола. Они еще не сыты.
– Что же ты не ешь? – радушно спрашивает Зоя, показывая на мою тарелку, полную еды, к которой я еще не притронулась.
– Не хочется…
Мне в самом деле больше не хочется. Расхотелось. Смутное чувство подавило мой голод. Я еще не умею ни назвать, ни понять, что это – стыд. Мне стыдно есть перед голодными…
– Можно, – шепчу я Зое, – я отдам им то, что у меня на тарелке?...
Но, не дожидаясь ответа, я ставлю свою тарелку с едой перед Антосем – пусть он разделит между всеми остальными. – Я отдам им пирожки? – полувопросительно говорит Зоя. – Конечно! – пожимает плечами Рита. – С мясом же…
Пирожки мгновенно исчезают, как весенний снег, растаявший на солнце.
И тут начинается настоящий азарт! Зоя и Рита с увлечением накладывают на тарелки гостей сметану, куски курицы. Гости съедают редиску вместе с торчащими из нее хвостиками малокровной парниковой ботвы. Выражение озабоченности, бывшее на их лицах, когда они садились за стол, сменяется сиянием удовольствия.
Колька порозовел, у него залоснился нос. Но всех ярче переживает наслаждение едой Франка. Она вся светится радостью, часто хохочет, прикрывая при этом рот кулаком, чтобы ни одна крошка не выпала из жующего рта. Зоська, наевшись сметаны, сразу приваливается дремать к плечу Франки. Она во сне сопит от удовольствия и бормочет «м-м-м», как сытый медвежонок.
Все подъедено. Вчистую!
Зоя перекладывает с опустевших тарелок гостей на наши тарелки куриные кости и все, что говорит об участии гостей в ужине, который был предназначен не для них. Я смотрю на нее вопросительно – зачем она это делает?
– Знаешь, наша мама, она такая… Она может рассердиться, – рассудительно объясняет мне Зоя. – Она ведь хочет, чтобы ели мы с Риткой, а не чужие дети.
Ребята сыты. Может быть, в первый раз в жизни они так наелись...И, конечно, Саша взрослеет, много понимает в своей юной жизни, видит первую несправедливость, делает правильные выводы благодаря своему замечательному отцу! Так хотелось бы, чтобы таких людей было побольше, которые и малым могут сделать очень многое!
21555
Alex_Frolova29 апреля 2019 г.Хорошая девочка Саша
Читать далееЯ родилась в восьмидесятые и выросла в девяностые. Мое детство было богато на литературных героев самого разного толка: еще вовсю были веселые и находчивые советские школьники, уже появились будоражащие воображение своими заграничными именами юные детективы, помню, с каким интересом читала истории про крепостных мальчиков и девочек. Саня Григорьев и Питер Пэн, Пеппи Длинный чулок и партизанка Лара — все смешалось, и было это прекрасно.
Но вот Саши Яновской, девятилетней девочки живущей в 1894 году в Вильне, среди них не было, и очень жаль.
Такая героиня пришлась бы кстати в моей коллекции. В первую очередь, потому что в ней нет почти ничего героического. Да, Саша не побоялась подойти к настоящему живому слону (ну а как было не подойти, если старичок индиец так приглашал «один дама», и совсем никто не откликался) и отдала едва знакомой девочке драгоценные картинки с Ромео и Джулией (да и вы бы отдали на ее месте, сразу ведь было понятно, что это начало большой дружбы), но в абсолютном большинстве случаев она ведет себя так, как поступила бы на ее месте любая нормальная девочка. Ребенку легко себя с ней ассоциировать.
Саша — спокойная, добрая, умная и любознательная девочка, которой повезло родиться у замечательных, порядочных, отважных и великодушных родителей. На самом деле, повесть в большей степени о них, чем о девочке, а также о других прекрасных людях, окружавших ее летом 1894 года. Это история абсолютно счастливого и в то же время совершенно нормального детства, которая особенно остро воспринимается на фоне современных книг об искалеченных и отравленных в самом начале человеческих судьбах. Это вакцина доброты и порядочности, которые в описанных условиях и в среде героев повести выглядят совершенно естественно и ничуть не слащаво.
Поначалу мне уж очень бросались в глаза ярко выраженные политические акценты: вот злые эксплуататоры, а вот несчастные бедняки. С другой стороны, кто поспорит с автором о том, что в конце девятнадцатого века дело обстояло иначе.
Я обязательно предложу прочитать эту книгу своему сыну, когда дорастет, ну а меня ждет продолжение приключений Саши Яновской — еще две книги, а там уже про школу и, наверно, про любовь… эх, сама себе завидую.206,2K
desusada14 января 2014 г.Читать далееНет ни одной негативной рецензии на эту книгу - в худшем случае нейтральные. И, наверное, не стоит обращать внимания на то, что я сейчас скажу. Более того, если быть объективным, то книга не настолько уж плоха. В ней есть мораль, ценности, сюжет и хорошие и плохие люди. Но вся беда в том, что хорошие - очень уж прекрасные, а плохие - совсем ужасные. Мир этой книги черно-белый.
Главная героиня - девочка Сашенька, а, собственно, и сама автор, потому что книга автобиографична - так вот, девочка Сашенька очень умная, проницательная, тактичная, правильная девочка. Она абсолютно безгрешна, всегда поступает верно, и даже за мелочные проступки ей стыдно. Мне не удалось ее полюбить.
Ее отец еще более идеален, но это я прощаю автору, потому что отцов всегда идеализируют. Пожалуй, это даже единственное, что делало девочку Сашеньку симпатичной мне - ее любовь к отцу.
Все остальные персонажи - неплохо прописанные впрочем - делятся на правильных и неправильных.
К тому же в книге явно пропагандируется революционное движение и советская власть. Т.е. книжка тоже правильная. Очень.Не знаю, может быть если бы я читала ее в детстве, то полюбила бы и Сашеньку и всех остальных хороших. Может быть даже хотела бы быть на нее похожей - такая умница, добрая, честная, принципиальная.
Но в свои 34 я знаю, что мир не черно-белый. Более того - мне нравится, что он такой. И мне нравится видеть в плохих - хорошее, а хороших их недостатки делают более человечными.20310
s_ashka23 апреля 2012 г.Читать далееНу почему, ну почему же я не прочитала эту книгу в детстве!? Как случилось, что только во взрослом возрасте эта книга до меня добралась? Возможно, прочитай эту книгу лет эдак в 10-12, я пристрастилась бы к книгам гораздо больше и на много лет раньше. Хотя, как мне кажется, эта книга хороша для любого возраста, и для детей, и для взрослых. В ней каждый найдет что-то свое. Я получила от чтения безмерное удовольствие!
Книга необыкновенная по своей доброте, открытости, искренности и теплоте. При этом ненавязчиво и очень, на мой взгляд, аккуратно поднимаются "вечные" вопросы: богатство-бедность, классовое неравенство; геноцид; сопереживание и соучастие; бескорыстие и помощь; семья и дружба; героизм; профессионализм и самоотдача, граничащая с самопожертвованием, и многое, многое другое. Книга грустная и веселая, она учит не быть равнодушным.
А главная героиня - Сашенька - это такое чудо чудесное!! Это моя любовь с первой строчки! Ее бесконечные "почему?", "зачем?", "для чего?", "откуда?", "что?" и "как?", ее детская наивность и открытость вызвали у меня безграничное умиление и массу улыбок.20166
wonder13 июня 2023 г.Читать далееОбычно я люблю такие произведения. Первая часть полна детских мыслей, в которых кроется много чистых детской непосредственностью размышлений, в которых и взрослому открываются важные вещи, о которых с возрастом забываешь думать.
Здесь много разных проблем, воспоминаний, ожиданий, мечтаний. Показаны хорошо характеры и второстепенных персонажей, ведь каждый из них несет важный вклад в становлении личности главной героини.
Однако то, насколько это наполнено политическим духом времени, а, может, и просто слог автора, не позволило мне проникнуться теплотой к этой книге. Как будто я читаю и очень хочу полюбить произведение, а все внутри меня – отталкивает эти строки. Как будто мне не нравился сам голос, звучащий между строк. У меня такое бывает редко и очень жаль, что такое случилось именно тут.19784