Угрюм-река. Том второй

Угрюм-река по-прежнему катила свои волны. С виду равнодушная ко всему на свете, широко и плавно стремясь в солнечную даль, она омывала зеленые берега, где назначена могила каждому

А вскоре масленица подкатила, настоящая, сибирская: с блинами, водкой, пельменями, жареной в сметане рыбой, вся в бубенцах, в гривастых тройках, с кострами, песнями, разгулом.

-Окрепну годами-буду богатый, знатный... Буду честно жить.
-Знаю, богатый будышь, знатный будышь...Честный - трудно, Прошка

Краше золота, блестящей бриллиантов, господа, это - женская святая красота.

Не то важно, что важно, а то  важно, что не важно.

Золото, я вам скажу, дорогая штучка. Золота в земле мало, а людей, этой плесени, этой мошкары Боговой, хоть отбавляй.

Если ограничивать себя лишь дозволенным, рискуешь обратиться в нуль, и жизнь покажется тюрьмой: того нельзя, этого нельзя.

Смерть любит помахать косой, побренчать костями, где холод, мрак и нищета.

- Кругом дурак, по самое сидячье место, - согласился бродяга.

Взялся за дело - делай.