Кысь

Когда антиутопию пишут мужики, то у них там все по-мужчински: борьба за существование до небес стоит, матом разговаривают, полное анальное огораживание (с анальными вышками и анальными пулеметами) и диктатура, а в качестве платежной единицы – непременный патрон к «калашу». Когда антиутопию пишет женщина, то язык не поворачивается даже, чтобы обозвать произведение таким тяжелым от латентной гомосексуальности словом – просто хорошая книга, которую не хочется загонять ни в какие жанровые рамки. И в качестве валюты здесь – не патроны, а мышки. Живые такие, веселые.

Книга мне очень понравилась – причем ее достоинства действительно лучше всего ощущаются в сравнении с мужскими книгами на подобные темы. Произведения мужчин, при всех имеющихся у них иногда достоинствах, часто страдают: 1) повернутостью на железках, за которой теряется собственно книга. У Толстой ничего никуда не теряется. 2) Тотальной продуманностью и церебральностью – это вечно целый «мир» (а то и «Вселенная»), на швах которого ясно видны следы серого мозгового вещества автора. Он долго думал и сглаживал все противоречия, чтобы получилось красиво. Мужчина всегда старается все контролировать; «разум» для него равняется «контроль». Толстая же контролем не увлекается – не в том смысле, что у нее много противоречий, просто она и не углубляется чрезмерно в детали своего мира. Для нее главное – общее настроение, то, что чувствует живущий в таком мире человек – и вот это подано прекрасно. Она просто пускает повествование на волю и позволяет ему жить. Не всегда повесть живет так, как хотелось бы – но зато читатель, утомленный настояжчими мущинскими произведениями, может отдохнуть душой.

Ну и вообще – здесь замечательный язык и интересная история о существе (все-таки оно не совсем человек, как мне показалось), которое хоть и было само нищим духом, но сокровища духовные очень ценило – и вот, в поисках Книги, в которой написано, как нам всем жить нужно, натворило такого, что явно в этой Книге написано быть не может. Хотя мало ли, что натворило – смерти все равно вроде как нет. И кыси нет, а есть лишь невежество людское. Хорошая книга.

При всей любви к Татьяне Толстой, тот самый воспеваемый критиками язык романа отправил меня в нокаут.
Ожидала стройный слог, хорошо знакомый по рассказам, а получила что-то в духе: иииэээх, соплей на руку намотаю. Не то, чтобы через силу продиралась сквозь текст, но было ощутимо душно, и порядком раздражало.

А, и скажите, пожалуйста, триста лет с момента катастрофы прошло, старые книги имеются в наличии, часть "прежних" людей выжила, а поди ж ты: последняя техническая новинка - коромысло. Встречайте по весне в каждом доме Федор-Кузьмичска.

Первые строки книги обманчивы. Начинаешь читать в полной уверенности, что речь идет о затерянной где-то в глубинке деревне. Но очень скоро в тексте начинают попадаться черные зайцы, которые почему-то живут на деревьях, и прочие неведомые огнецы, а к концу первой главы и вовсе выясняется, что здесь некогда произошла ядерная катастрофа (люди с «АРУЖЫЕМ» доигрались), необратимо изменившая мир. Как следствие, общество раскололось на неравные части: прежние, пережившие Взрыв, и их потомки (каждый с каким-нибудь последствием). Есть еще перерожденцы, которые тоже помнят прошлую жизнь - но их используют в качестве тягловой силы, запрягая в сани.

Прогресс и уровень жизни откатились глубоко назад - веку этак к XVI-XVII, чем и воспользовались власть имущие (заправляет здесь всем Набольший Мурза Федор Кузьмич). «Прежних» слишком мало, чтобы они могли вразумить общество, да и недовольство свое они предпочитают выражать в узком кругу. Перерожденцев и вовсе не воспринимают всерьез. А самое главное, под предлогом заботы о населении запрещены «старопечатные», то есть изданные до Взрыва, книги, ведь они вызывают Болезнь – но нам-то понятно, что совсем не в этом дело... Наличие таких книг тщательно скрывают, иначе примчатся страшные санитары на красных санях и с крюками. Нельзя сказать, что книг здесь нет вовсе, но выясняется, что вся сокровищница мировой литературы, оказывается, «написана» Набольшим Мурзой.

Главный герой, глазами которого мы смотрим на мир «Кыси», - сын «прежней» женщины Бенедикт. Трудится Бенедикт в казенной избе переписчиком, книги «авторства» Набольшего Мурзы перебеляет. Человек невежественный, но выделяется тем, что хоть как-то стремится к просвещению. И в какой-то момент вытягивает счастливый билет: невеста Оленька-то, оказывается, дочь самого Главного Санитара!

Став частью привилегированной семьи, он, соответственно, получает доступ к ее огромной «старопечатной» библиотеке, и увлечение книгами превращается у него в одержимость. Причем ему совершенно все равно, что именно читать:

Вот только не идет ему прочитанное впрок, и в голове у него царит форменный бардак, подобный тому, какой он навел в тестевой библиотеке. Ведь мало просто прочитать, нужно еще суметь осмыслить прочитанное, а Бенедикт из тех, кто смотрит в книгу, а видит всем известно что и продолжает воспринимать все буквально:

Судит он обо всем поверхностно, не смотрит вглубь. Но все равно ищет, ищет ту самую книгу, в которой сказано, как правильно жить…

Гремучая смесь из постапокалиптики, антиутопии и сатиры, местами даже, пожалуй, стеба, рассказанная лубочно-простонародным языком. Текст романа - еще и викторина для знатоков русской литературы: в него вплетены стихи Пушкина, Лермонтова, Блока, Мандельштама, Окуджавы, Пастернака, Цветаевой… (разумеется, без указания подлинного авторства).

Сомневаюсь, что я специалист в определении жанров, и с романом "Кысь" Толстой наверняка ошибусь. Я подозреваю, что это либо антиутопия, либо постапокалиптика (но не про выживанцев). Сюжетно роман распадается на две части: когда Беня, главный герой, обычный человек-канцелярский работник, переписывающий книжки, а потом вдруг становится зажиточным, женившись на дочери Главного Санитара. При этом, действие происходит в будущем после Взрыва, где мир откатился в своем развитии на много веков назад. Язык в романе старый, с налетом неграмотности, мысли персонажей кажутся глупыми, но в какой-то момент понимаешь: да, глупо звучит. Но мысль-то глубокая.
Новые люди работают на государя, получают какое-то жалование, но главная валюта - мыши, которые живут в каждом доме, только лови. И при этом все равно есть те, кто живут бедно, почти нищие. Из книг и искусства что-то, совсем крохи, осталось у Прежних (тех, кто выжил сразу после Взрыва и не умер), но в основном фонд безвозвратно утрачен. То, что осталось, теперь принадлежит перу Государя, и бесчисленное количество раз переписано. И вот Беня в своей прошлой, дозажиточной жизни, переписывал книги и восторгался Государем. И став зажиточным и узнав, что автор-то не Государь, погрузился в мир настоящей литературы и искусства. Деревня, понятное дело, из него выехать не смогла. Но неуемное, тугое в груди чувство несправедливости и обиды за литературу и искусство пробуждают в нем бунтаря.
Пусть Бенедикт говорит и выглядит глуповато. Пусть с одинаковым интересом читает Пушкина и журнал "Коневодство" и пусть даже ставит знак равенства между ними. Главное ему не все равно. Главное, что в нем пробуждается сила. Сила, которую может пробудить только искусство.

Зашла я на днях в Книжный Лабиринт отдохнуть, приглядеть себе список на "почитать". Стою у полки и подслушиваю, как ведётся обсуждение-поиск книг в стиле постапокалиписа. В ходе обсуждения была озвучена и эта книга, как эталон смешения постапака и антиутопии. Я, как любитель и того и другого, не могла не взять себе "на карандашик", хотя очень холодно отношусь к русским авторам.

Ну что ж, тут ни рыба ни мясо, постапокалипсис здесь выбран скорее как декорация для антиутопии, однако сама антиутопия недотягивает до хорошей. Единственное, что в этой книге мне нравится и что подтакливает считать её уникальной и достойной премий - стиль языка, в котором она написана. На каком-то таком языке говорят наши бабушки, что-то такое можно услышать в "Падал прошлогодний снег", когда старорусский смешивается с искаженным современным (пинзин вместо бензина) и присутствует много собственных деаликтизмов, не смотря на то, что события книги, казалось бы, происходят спустя 200 лет после некого "Взрыва" на месте бывшей Москвы.

Не люблю я книги из 90хх. Кысь в моём внутреннем списке встала где-то между "Лолитой" и "Поколением П" поскольку такая же странная и пропитанная духом 90хх. Это сатира о развале общества, о стебе над новым поколением и тем, что старое поколение постепенно уходит и не может сохранить наследие для новых, новое поколение просто либо совсем не воспринимает его, либо, если и понимает, переделывает под себя. Условно книгу можно разделить на 2 части. Первая будто бы перекрученный в мясорубке роман "1984", разве что с русским колоритом валютой-мышами и жесткой сатирой на то, что культура мертва. Вторая часть - "451 градус по Фарингейту" с усилением панихиды по тому, что интелегенция не может ничего привнести новому, дремучему, неразумному поколению, творчество никому не нужно, а главный герой внезапно превращается в какого-то жадного книголюба примерно с той же скоростью, что и герой Бредбери, разве что мотивации у персонажа тут почти не было. Конец совсем скатывается в какой-то сюр, который даже я не в состоянии переварить. А ведь я искренне люблю ту же Алису в стране чудес.
В итоге я остаюсь я вопросом " Ну и зачем я это читала?".

А читала я наполовину слушая её в аудиоформате. Поначалу аудиокнига своим оформлением даже нравится, как и сама книга. Оно весьма оригинально и легко погружает в этот странный мир. Но потом и оформление надоедает, потому что некоторые звуки просто раздражают, да и сама книга скатывается куда-то вникуда. Особенно бесят отголоски "Кысь" и писк мышей.
За особенный стиль и то, что она читается весьма быстро, книга и заслуживает те самые 2 звезды.

Будущее (примерно 300 лет от того момента времени, когда мы живём). В прошлом произошёл некий Взрыв, в результате которого всё было заражено радиацией, после которого начали рождаться люди с Последствиями (петушиные гребни по телу, уши из подмышек, хвост и т.д.). Люди, жившие в то время, когда это произошло, не изменились и получили возможность долгожительства и вечной молодости. Что не помешало, например, матери главного героя отравиться огнецами и умереть.

Сам главный герой (Бенедикт) - переписчик. Сидит в «Рабочей Избе» и переписывает сказки, стихотворения и прочее, что Федору Кузьмич «придумает». Жизнь Бенедикта меняется с женитьбой на Оленьке. Что (по моим сображениям) сделало его к концу книги внешним похожим на борова (растолстел, обрюзг) и человеком, потерявшим моральные принципы. Иначе говоря, он стал жертвой Кыси.

«Кысь» - это такое существо в лесу, которое несет опустошение в душе и в голове. Этим же словом описываются разные болезни. Слово Кысь вообще многозначное, и герои части применяют его, когда происходит что-то дурное: «Это тебе кысь в спину смотрит».

В числе изменений, произошедших с миром, не только внешний облик героев и их предрассудки, но и речь: «ОСФАЛЬТ», «ОНЕВЕРСТЕЦКОЕ АБРАЗАВАНИЕ», «МОГОЗИНЫ», «ИЛИМЕНТАРНЫЕ основы МАРАЛИ». Брр! Еда тоже изменилась: бедняки готовят всё из мышей (в т.ч. готовят икру из мышиных глазок) или едят червырей (червей). Богатые едят все остальное. А ещё люди того времени не знают, что такое конь - думают, что это большая мышь. Забавно, но у меня первоначально сложилось мнение, что «перерожденец» - это такой большой таракан в валенках. Возможно, я просто эту книгу перепутала с другой, в которой подобные герои были.

Невесёлый мир, согласитесь? Когда представляешь в голове всю эту картину, становиться мерзко. В этой книге мне понравились всего два момента:
1) Эпичная концовка, где все полыхнуло пламенем;
2) "Азбука" про которую говорил главный истопник. Но не та, которая алфавит, а та, где есть "сострадание, милосердие" и др.

Мне даже как-то неловко писать пусть и не отрицательную, но нейтральную рецензию на любимую многими книгу. Ведь здесь есть всё, что должно впечатлить читателя: оригинальная подача, необычный язык повествования - игра стилем гениальная. А какие диалоги: над некоторыми смеёшься, другие заставляют хмыкнуть с самоиронией, какие-то служат поводом для грусти. Быть может, мне перед самой собой неловко, что книга чисто субъективно мне не запала в сердце. А сердцу не прикажешь, как известно.

Перед нами мир далекого будущего. Москва уже давно не та - ядерная война изменила не только окружающую среду человека, но и сам образ его мыслей и жизни. Летающие зайцы и отравленные радиацией земли - не самое страшное. Страшно то, что практически всё население сделало множество шагов назад и живёт на уровне средневековой России. Но, знаете, что пугает к финалу истории всё больше и больше? Нельзя сказать, что сейчас в каждой голове не найдешь тех самых мыслей и ценностей, а отношения с власть имущими так и вовсе не изменилась, разве что живут они теперь в теремах пороскошней.

Не знаю, может следующее моё "заявление" не имеет под собой основы, но мне показалось, что Татьяна Толстая в каком-то смысле прошлась своим огненным саркастичным слогом и по нам, читателям. Что читаем книжки: умные и не очень, а жизни-то настоящей не учимся. Словно заглянула в кривое зеркало для любого влюбленного в чтение и глотающего книгу за книгой как горячие пирожки.

Прочтения эта книга несомненно достойна, думаю, что это будет самая необычная история в этом году. Она не стала любимой и не буду советовать её всему свету. Но если кто-то мне начнёт жаловаться на жизнь, на необъяснимую грусть и скачки настроения, я с пониманием буду кивать, а про себя подумаю: "Кы-ы-ысь она такая".

Татьяна Толстая "Кысь" | 350 страниц.

Так как канал у меня теперь о детской литературе, то рубрика библиотека буктьюба переезжает в букстаграм. Читал по совету Светланы и Екатерины книгу Татьяны Толстой "Кысь".
Книга из школьной программы, и я заметил, что почти все книги, которые проходятся по русской литературе заставляют меня помучаться и поразмышлять о очень многом. "Кысь" - не стал исключением. Антиутопический роман стал для меня многогранен. Я провёл очень много параллелей с нашим миром, а в книге ведь рассказывается о Москве, которая называется уже не Москва, после ядерного взрыва, который произошёл 200 лет назад. Окружение: мутанты и Прежние (которые жили до взрыва (проще говоря - это мы)). Все происходит наоборот. Все они живут будто бы в одной большой деревне и язык у них и у романа с весьма необычным диалектом. Продолжу я писать рецензию именно так, как написан роман, чтобы вы поняли, каково стоит только то, что бы понять язык. Это было очень сложно.

Ой, ну шо я могу сказать. Роман очень ФЕЛАСОФСКИ, как по-мойму. Кто такой Кысь? Ой, Боже, тьфу-тьфу-тьфу, зачем я про него говорю, забудьте, мамочки, батюшки.
Роман этот об книгах, хотя попадуца они санитаром, ой, упаси-упаси. Этож болезнь будет, они же радиацию впитывают. Нельзя книги читать, нельзя. А вот Бенедикт, главный герой - читает. Негоже! Шо он в них понимает?! Шо Кафка, шо "Как завязать морской узел" прочтёт, одно и тоже.
Антиутопией, слово-то замудренное какое, я могу это называть. Ведь живут голубчики, поживают, а Фёдора-Кузьмича, слава ему, боятся. Как и мы нашу власть. А Фёдор-Кузьмич - маленький, да удаленький!
Все бояться Кысю, а ведь мы тоже чего-то доимся, возможно даже того, чего и нет.
Голубчики боятся санитаров, а ведь мы тоже боимся тех людей, которые на самом деле имеют право сделать с нашими вещами все, что им заблагорассудится.
Ведь согласитесь, есть такое и в нашем с вами мире? И знаете, не дай Бог с нашим миром такое произойдёт. Это действительно страшно.

Я так понял эту книгу. Главный герой мне не нравился. Я понимаю, чтение это книг хорошо, но ведь не так, как делал это Бенедикт. Мне было жалко Прежних, которые с ужасом смотрели на это все и думали, как же вернуть прошлое. А ведь есть и в наше время такие люди, согласитесь?

4/5