נשמעו רעשים רבים. שרוליק הקטן בן החמש, התכווץ בפחד בתוך הפח הגדול. כשיצא ממנו,
אמא שחיכתה לו, כבר לא היתה שם. הוא לא ראה אותה יותר.
את הדרך לביתו בגטו, לא ידע.
כך מתחיל סיפורו של שרוליק פרידמן, ילד יהודי ג’ינג’י ששרד לבדו את השואה. עלילותיו הועלו על הכתב בספר “רוץ ילד רוץ” והפכו לרב מכר עולמי ואת שרוליק לסמל, אבל בשביל תושבת שוהם מיכל שפרנסקי-פרידמן, שרוליק הוא פשוט, אבא.
Не могу сказать, что в восторге от этой повести. Книга, конечно, предназначена детям, мне не по возрасту, но дело не в этом.
Страшная тема: Вторая мировая война, Польша, одинокий еврейский мальчик.
Кстати, и события не вымышленные, что подтверждается кое-какими документами. Но вот, видимо, мастерства не хватило автору облечь свой рассказ в пронзительное горькое повествование.
Жалость вызывает, но не более.
Как-то не хватило мне именно самого этого потерянного ребёнка, характеров взрослых вокруг него (и тех, кто помогал, и тех, кто предавал).
Как-то всё поверхностно, мазками.
Не думаю, что современным детям зайдёт такая книга. Хотя хотелось бы, очень уж тема важная.
Пожалуй, повесть Ури Орлева «Беги, мальчик, беги» одна из самых трогательных историй, рассказанная детям (да и взрослым тоже) о холокосте. Более того, автор обладает истинным правом говорить о страшных событиях тех лет: с 1940 по 1943 год мальчик Ежи Хенрик Орловски (ныне — Ури Орлев) находился в Варшавском гетто. Дальше, в принципе, можно не продолжать рассказ о судьбе писателя, и так всё понятно…
Правду говорят, что порой реальность превосходит всякое воображение.
Мне бы хотелось остановиться на самых ярких характеристиках (чертах) этой удивительной книги.
Объективность.
Существуют такие книги, в которых понять позицию автора к описываемым событиям просто-напросто невозможно. Так и здесь — Ури Орлев без надрыва ведёт биографическое повествование о еврейском мальчике, который в восемь лет оказывается предоставленным самому себе в страшный период фашисткой оккупации Польши. Честно, объективно. Потому автору веришь.
Бережливость.
В первую очередь бережливость проявляется в желании сохранить подлинность рассказываемой истории маленького беглеца из варшавского гетто. И ещё: несмотря на то, что история о приключениях еврейского мальчика вызывает гамму чувств, всё-таки писателю удалось сохранить в ней самое главное — правду о холокосте без прикрас. Кстати, проповедует автор то же самое — бережное отношение к тому опыту, что получило человечество более 70 лет назад.
Юрек знал, в чём он не может признаться, даже на исповеди. Но вот вопрос: разве быть евреем — это грех? А если грех, то смертный или обычный? Попадают ли из-за него в ад?
Полезность.
Серьёзно, книга представляет собой эдакое учебное пособие по навыкам выживания. Именно благодаря большому количеству полезной информации (как добыть себе пропитание, как не утонуть в болоте, как разжечь костёр и т. п.) повесть превращается в полноценную робинзонаду, которая будет интересна как мальчикам, так и девочкам разных возрастных групп.
Человечность.
И вера в человека. Пожалуй, данная характеристика повести одна из самых сильных. Сколько бы времени голодный ребёнок не провёл в одиночестве, замерзая в зимнем лесу, сколько бы он не страдал от психологических и физических нападок, мальчик всё равно не теряет человеческого достоинства. Более того, автор продолжает поддерживать в читателях веру в добро и справедливость. Так, даже среди немецких солдат на пути беглеца попадаются сочувствующие и действительно хорошие личности. Значит, ещё не всё потеряно. Значит, добро выше и сильнее зла.
P. S. Все рисунки, представленные в отзыве, принадлежат Наталии Салиенко.
Первой книгой моего 2023 года была Маркус Зусак - Книжный вор , прочитанная так же в рамках «Долгой прогулки». Этот год начинается книгой со схожим посылом «Беги, мальчик, беги» Ури Орлева. Казалось бы, что это? Совпадение? Традиция? Надеюсь, что все-таки первое. Несмотря на высокие оценки обеим книгам, особого восторга ни первая, ни вторая у меня не вызвали.
В обоих случаях, основными героями повествования (не рассказчиками) являются дети. Если Зусак писал на более взрослую аудиторию и повествование у него, в общем и целом, более зрелое, сформированное, то в случае Орлева книга относится к разряду детской литературы.
Глазами детей и животных показать ужасы войны, с одной стороны, проще — самые слабые существа, неспособные за себя постоять толком, вынужденные мириться с обстоятельствами, а главное, абсолютно ни в чем не виноватые, — а, с другой стороны, намного сложнее.
Как не скатиться в пошлость, в выдавливание эмоций, как остаться на этой грани, где просто трогательное и берущее за душу повествование превращается в слезовыжималку?
Книга «Беги, мальчик, беги» рассказывает историю еврейского сироты, оказавшегося в Польше в период немецкой оккупации. Лишившись родителей, мальчик по имени Давид бежит из еврейского гетто в польскую часть города, а затем и вовсе прячется с другими детьми в сельской местности, скитаясь сначала по лесам, а потом и дворам зажиточных и не очень панов, у которых работает в меру сил. Его скитания длятся долгих — почти бесконечных — два года.
В отличие от «Книжного вора» концовка книги почти хэппи энд: ребенок встречает русских, затем после войны попадает в приют для еврейских детей, восстанавливает свою историю, а затем, уже взрослый, эмигрирует в Израиль. История Лизель намного страшнее, ну да и книга там явно была рассчитана не на детей, как я уже написала.
Содержит спойлеры
Можно долго спорить, стоит ли детям знать о таких вещах, как смерть, война, боль, утрата. Я прекрасно помню, как рыдала во втором классе над «Чёрной курицей» и «Белым Бимом», а будучи чуть постарше над «Сыном полка». Дети должны понимать и испытывать и негативные чувства, уметь сопереживать, понимать боль утраты. Подобные книги учат, закладывают базу в эмпатичность и эмоциональный интеллект, а заодно просвещают ребенка об исторических событиях, как в случае с «Беги, мальчик, беги».
Понравилась ли мне книга? Нет. Я понимаю, что она хорошо, наверное, написана для маленького читателя. Что приключения Давида-Юрека достаточно увлекательны, ужасы войны здесь почти везде стыдливо прикрыты, что и не удивительно. Взрослый читатель догадывается о многом из случившегося исходя из своих знаний и опыта, а маленький ребёнок будет просто следить за мытарствами маленького героя, сопереживать его травмам, сложностям, ненавидеть его врагов, плакать над его поражениями и проживать то, что ему слава богу пережить никогда не придётся. Когда просто и наивно говорится об ужасах, всегда становится намного хуже и страшнее.
Мораль? Какая тут может быть мораль? Дети — цветы жизни, немцы плохие, евреи хорошие, Холокост — зло. Очевидные вещи, известные с детства. Надо ли знать об этом ребенку, для возраста которого написана эта книга? Да чёрт его знает, нужно ли это ребёнку. Еврейскому ребёнку и так расскажут всю эту историю в подробностях. Это их история, их наследие, их боль. Ребёнок же, выросший на руинах СССР, узнает эту историю вместе со своей: нам тоже есть кого оплакать, кому посочувствовать. Узнает это в мягкой форме на Днях памяти, классных часах посвященных Дню победы, чуть позже прочтёт в учебниках или специальной литературе. Если заинтересуется, то во взрослом возрасте уже заглянет на странички приговоров нацистов. А эта книга... Я, правда, не уверена, что захочу читать эту книгу с ребёнком. И если мне скажут выбрать книгу о Второй мировой для детей, это будет Валентин Катаев - Сын полка. С непридуманными историями о детях на войне , или Станислав Олефир - Когда я был маленьким, у нас была война , а если совсем захочется им психику пошатать, то пусть читают Борис Васильев - А зори здесь тихие... Повести (сборник) , в конце концов. Я не умаляю значимости этой книги, но для меня есть вещи трогательнее и ближе, чем история Юрека. Вещи, которые захватили намного сильнее, не слезовыжимательные, а именно трогательные. В «Когда я был маленьким» герой по возрасту схож с главным героем «Беги, мальчик, беги», но его мысли, эмоции и чувства отдаются в душе намного сильнее. Потому что при всех описанных ужасах, эта история показалась мне более рафинированной и приглаженной, чем могла бы быть. Поэтому и оценка у неё — 8/10. Не зацепило. Такое бывает.
40 понравилось
