Журавлиный крик

Люди, бойцы на войне полностью проявляются в дни суровых испытаний. Так было осенью 1941 года, когда Красная Армия попадала в окружения, отступала и снова шла в бой. Один эпизод кровавой войны с фашистами описывает Василь Быков в повести "Журавлиный крик". Шестерым бойцам приказано перекрыть дорогу на железнодорожном переезде, на сутки задержать передвижение противника. Старшина Григорий Карпенко бойцов не выбирал, все были "люди случайные". "Познакомиться" пришлось на этом глухом, брошенном переезде. Оказалось, что и он, опытный боец, прошедший финскую войну, не до конца понимал человеческий характер,- казалось, что Борис Фишер, интеллигент, на ходу читавший "Биографию Челлини", боец -слабый, растяпа. А Фишер первый принял бой, - погиб, дав товарищам время собраться, подготовиться к атаке. Пшеничный - внешне надёжный, сильный, оказался трусом и предателем - бежал к немцам, чтобы спастись, но и те его не приняли,- расстреляли. Алик Овсеев- "хитроватый, смекалистый боец",- как его охарактеризовал старшина,- маменькин сынок, в самую трудную минуту бросил товарищей, но был застрелен Глечиком. Замечательны бойцы Свист и Глечик. Свист, бывший вор, хулиган, сражался до конца, подбивал бронетранспортёры и танки ,-пока не был убит. Они сражались с колонной врагов, до последней капли крови. Глечик, 18-летний белорусский парнишка, "неопытный боец, робкий и тихий", выполнил приказ командира "стоять до конца". "Ему так хотелось жить, глядя на стаю журавлей, пролетающих над полем, но что-то новое, твёрдое и мужественное, властно входило в его душу". С противотанковой гранатой в руке он принял последний бой. Пронзительная повесть замечательного писателя Василя Быкова вызывает гордость за наших воинов непобедимой Красной Армии.

Ещё одна история Василя Быкова из военного времени. Трудное последнее задание пришлось выполнять партизанскому разведчику Бурову - убить предателя на станции Мостище. Не убил. Судьба распорядилась по-другому. Сущеня не был предателем,- немец сыграл злую шутку - всех из бригады путейцев повесили как диверсантов, а Сущеню отпустили. Зачем? Видно, немецкий доктор Гроссмайер был ещё тот психолог ,- он ставил своего рода эксперимент. "Захотел красиво умереть? Чтобы тебя там почитали? В листовках о тебе писали? Я тебе устрою другую смерть., большевистский ублюдок",- вопил Гроссмайер. Да, всё так и случилось,- от Сущени отвернулась вся деревня, партизаны приговорили к расстрелу как предателя. Но Буров, который знал Сущеню с детства ,не мог поверить в предательство честного парня, каким он его всегда знал. А Войтик, напарник Бурова, поверил,- ведь он судил по себе- у него был грех на душе - на его совести погибший лейтенант и семья, приютившая раненого. Сущеня, "предатель", оказался нравственно выше "незапятнанного Войтика.